На следующий день ближе к полудню появилась ее старшая мать, она выглядела расстроенной и озабоченной.
- Меня вызвали на Совет, - только и сказала она.
Ботика заплакала: - Он убийца, он мидгардец!
- Хватит, девочка, - резко оборвала ее старшая мать, - передо мной не надо притворяться.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Только то, что мне теперь будет стыдно смотреть в глаза Арте. Я просмотрела тебя, что-то упустила.
- Ты хочешь сказать, что я опозорила свой род? Но это не так! Я имею права думать так, как думаю.
- Конечно, имеешь. Каждый имеет право иметь свое мнение, но никто не имеет права оскорблять женщин другого рода. Ты - это сделала. Ты даже не посчиталась с тем, что Коста спас твоего мужа от смерти. И не надо говорить мне, что ты не можешь простить ему то, что он мидгардец. Ты не можешь простить ему то, что он лучше тебя. Я слишком поздно это поняла. И самое неприятное лично для меня то, что и Совет Белого братства и советники Раджана сделают все, чтобы ни малейшая тень не легла на мой род. Понимаешь, не я - старшая мать, а представители чужих родов будут обелять меня. Позор! Потребовать от мужчины, встать перед тобой на колени! И как ты могла только произнести такое?
- Я только хотела, чтобы он навсегда отказался от своих, мидгардцев, убийц!
- Человек, отказывающийся от своего рода, - пропащий человек! Коста мидгардец, и гордится этим, он отличный парень, а это значит, что среди чужеземцев есть хорошие люди! В грязи младенец чистым не будет. И то, что сын Арты такой, какой есть, заслуга тех, кто воспитывал его, тех, кто наполнил его душу светом. А передать ребенку то, чего у тебя нет - невозможно! Запомни это, девочка!
- Матушка, вы не справедливы ко мне, - всхлипнула Ботика.
- Держи лицо, детка! - вздохнула старшая мать, - Пойдем.
Большой зал совета был полон. Белые жрецы сидели слева, советники Раджана справа. Вот только глав совета не была ни там, ни тут. Сюа и Кэрт были отцом и матерью мидгардца, и не имели права участвовать в Совете, Грэг был мужем сестры Косты, а Агнар мужем Ботики. Так и получилось, что оба совета чувствовали себя не очень уверенно, лишившись своих лидеров.
Посередине была скамейка, на которую сели две старшие матери Арта и Дения. Они держались за руки, как сестры, подбадривая друг друга. Ботику посадили напротив. Подняв гордо голову, девушка сидела, замерев с царственной величавостью.
Первым встал пожилой белый жрец:
- Ботика, мы жрецы, как никто понимаем твои чувства. У каждого из нас, как ты знаешь, нет родителей, как и у тебя. Перед нами встала дилемма, сделать так, чтобы и тебе, и Косте из рода Уллина можно было сосуществовать, не раня твое сердечко. Мы подумали, и пришли к выводу, что, ты должна вернуться к себе в селение. Мы постараемся, сделать так, чтобы мидгардец никогда не приезжал к вам. Сама знаешь, работы знахарю всегда хватает, а уж у вас в клане полян особенно. А Коста, нужен нам в Туле, мы хотим представить его к вступлению в Белое братство. Я все сказал.
Затем слово взял советник Раджана:
- Ботика, нам будет очень не хватать тебя. Но в данном случае, мы согласны с белыми братьями. Для твоего же блага, ты должна уехать из Туле. И мы постараемся со своей стороны сделать так, чтобы Коста, никогда не пересек границы вашего селения...
Ботика изо всех сил старалась держать лицо: не расплакаться, и не показать, что поражена решением. Ее просто мягко изгоняли из города. И она Ботика должна вернуться домой! Ужас охватил девушку. Она думала, ее поругают, пожурят, и оставят. Но белые жрецы и советники Раджана, которые редко сходились во мнениях, и подолгу переругивались, в этом вопросе неожиданно стали единодушны.
- Я принимаю это, - тихо сказала Ботика и вышла из зала Совета. У входа ее догнали старшие матери. Арта прошла мимо, всем своим видом, показывая, что никогда не простит ей горьких слов сказанных в адрес ее сына. А Дения, взяла Ботику за руку.
- Не переживай так, - стала успокаивать она, - в клане найдутся парни, которые с восторгом примут твое мнение. Поверь мне, ты еще найдешь свое счастье!
- Агнар, отказался от меня, - догадалась Ботика.
- Да, он заявил, что не смог сделать тебя счастливой, не смог быть достойным тебя и отпускает. Я просила его не провожать нас, чтобы не делать еще больней.
- Матушка, ты осуждаешь меня?
- Да, что уж осуждать глупую девчонку, когда слова сказаны, обида нанесена. Себя виню. И вот еще, хочу, чтобы ты знала, мне понравился этот Коста, он добрый, открытый и забавный. Я считаю, что Арте повезло с сыном, а мидгардец он, или раттерианец, не важно. Он ее сын. Ну, вот слова сказаны, точки расставлены, пошли собираться.
Шеле соскочила с коня, на площади перед домом Лаа, и обратилась к древлянам, окружившим ее:
- Где я могу видеть Никке? Мне нужна Никке!
- Она там, - сказал один из молодых людей, кивнув на дом старшей матери и пристально глядя ей в глаза.
Шеле передернула плечом, и легко взбежала по ступеням. В большой комнате, женщины разбирали травы.
- Мир и здоровье всему роду, - привычно приветствовала всех Шеле, - Где я могу видеть Никке?
- А зачем тебе, - ревниво спросила Лаа, - ты откуда? Что-то я раньше не видела тебя.
- Я из Туле! Помогаю в Храмовине знахарей. У нас один жрец отравился газом, нужны травы, вот список, - и она протянула листок.
- А почему именно к нам?
- Нас Энике послала, мы долго решали к какому роду обратиться, но Энике сказала, что лучше, чем Никке, из твоего рода никто трав не подберет.
- Правильно сказала! - удовлетворительно кивнула старшая мать. - Раз ты из Туле, может, знаешь род Уллина.
- А кто его не знает, - засмеялась Шеле. - он у нас самый знаменитый.
- А, правда, что мидгардец Коста привез девушку из рода озорян, и взял ответственность за ее судьбу на себя?
- Правда! - кивнула веста Палетика и встретилась с взглядом с заплаканной красавицей...
- Ну, вот, что я говорила, - торжественно произнесла Лаа, и с вызовом посмотрела на понурившуюся Никке. - мне сообщили, что она стала вестой сына Кэрта! Это правда?
- И это правда! - согласилась Шеле, - самого младшего Палетика!
- Как Палетика? А Коста? Он же взял ответственность на себя! - удивилась старшая мать.
- А он вообще странный, этот Коста. Он, видите ли, просто хотел спасти ей жизнь, а жениться наотрез отказался, говорит, у него есть уже веста! Ой, какой скандал был! - заговорщицки проговорила девушка.
- А где он сейчас? - поинтересовалась Лаа.
- А кто его знает, - пожала плечами Шеле. - Ну, так как насчет трав? Меня в Храмовине ждут.
- Никке, собери травы, - разрешила старшая мать, - часть в хранилище возьми, а вот последние можешь живыми отдать. Они в силе, пока морозы не ударили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
