и Исфаганская, ставшие главными центрами обрабатывающей промышленности, как крупной, так и мелкой. Передовые технологии, так же, как и передовую технику, шахский режим использовал, прежде всего, для нужд армии и оборонной промышленности. Возможность доступа к передовой технологии была одной из основных причин покупки в 1970-х годах акций ряда ведущих компаний мира. Иранское государство приобрело 25,04 % привилегированных акций западногерманской «Ф. Крупп Хюгтенверке» на сумму 100 млн. долл. Совместно с «Крупп» была создана инвестиционная компания, специализирующаяся на проектировании и обеспечении инженерно-техническими услугами металлургических, цементных, сахарных заводов, предприятий по производству пластмасс.
В значительной степени престижными и регионально-гегемонистскими целями объяснялись ядерные программы шахского режима, стоившие миллиардных затрат. В 1974 г. на правах министерства была создана Организация атомной энергии, программа деятельности которой предусматривала строительство 20 крупных реакторов, создание собственной сырьевой базы. К ядерной программе Ирана были подключены многие ведущие мировые компании, среди них немецкая «Крафтверке юнион», французская «Фраматом», американская «Вестингауз». Для облегчения доступа к сырью и ядерным технологиям Иран приобретает акции урановых концернов — «Евродиф» и «Коредиф» — соответственно 10 и 20 % акций. Несмотря на явное желание Ирана приобретать технологии двойного, в том числе военного назначения, западные компании в этот период и правительственные органы закрывали на это глаза, стараясь не упустить крупного покупателя. Так, закупки в 1977–1978 гг. у американской «Лайскем Инкорпорейтед» четырех лазеров для обогащения урана были одобрены департаментом торговли США без санкции межведомственной комиссии по проверке ядерных технологий. Признанием амбициозности программы стала организация правительством Джамшида Амузегара в 1977 г. экспертной комиссии, которая поставила под сомнение необходимость строительства такого большого количества атомных станций. Комиссии удалось убедить шаха в необходимости пересмотра программы, число реализуемых проектов по АЭС сначала было сокращено до четырех, а затем до двух. Строительство АЭС в Бушире к концу 1970-х годов было завершено «Крафтверке юнион» на 75–85 %.
Основным поставщиком в Иран новейшего вооружения, технологий и товаров двойного назначения был Запад и особенно США. С 1947 по 1970 г. США поставляли военную технику Ирану главным образом в рамках безвозмездной технической помощи и в значительной мере морально устаревших образцов. С 1970-х годов, когда у Ирана увеличились поступления валютных средств от экспорта нефти, США стали поставлять технику и новейшие разработки на коммерческой основе. За десять предреволюционных лет США продали Ирану оружия и военной техники на 20 млрд. долл. Кроме США современную военную технику поставляли Ирану Англия, Франция, Италия, СССР и ряд других стран.
Модернизировалась инфраструктура, практически полностью находившаяся в собственности государства. С помощью международных компаний был построен один из крупнейших в мире нефтяных терминалов на о-ве Харг, построены шоссейные дороги, морские порты. Большое внимание уделялось развитию средств связи, в армии действовала система компьютерной связи, с 1970 г. в Иране стала использоваться спутниковая связь.
Пожалуй, одним из самых радикальных изменений в шахский период стало создание современной банковской системы и фондовой биржи. Банки стали основным каналом, через который нефтяные деньги растекались по разным социально-экономическим стратам общества. Роль неорганизованного денежного рынка резко уменьшилась, однако банковским кредитом пользовались лишь крупные предприниматели, поэтому торгово-ростовщический кредит продолжал сохранять значительные позиции среди мелких предпринимателей. Если в начале 1960-х годов наиболее сильным было влияние ростовщического кредита на сельское население, то в конце 1960-х — конце 1970-х годов — среди городского населения. Об этом красноречиво говорят ставки по неорганизованному кредиту на городских денежных рынках в 1975/76 г., доходившие до 30–36 %, а также тот факт, что Центральный банк вынужден был учитывать возможный объем деятельности такого магната неорганизованного денежного рынка, как Али Хаваи Ширази.
Анализ персоналий, юридических и физических лип — акционеров различных компаний показывает, что практически все коммерческие и особенно специализированные банки были тесно связаны между собой, а также с крупными промышленными и торговыми компаниями. Слой предпринимателей, представлявших современные отрасли экономики, был чрезвычайно узок, как в свое время был узок и круг крупных помещиков. Когда после исламской революции встанет вопрос о конфискации собственности крупных собственников, число таких семей фактически не превысит пятидесяти.
Начавшаяся с 1973 г. кампания по продаже акций крупных и частных фирм населению, которая ставила своей целью разрушить монополистические структуры страны, в иранских реалиях привела лишь к еще большей монополизации капитала, слиянию государственного и частного, торгового, банковского и промышленного в руках тех же семейств. Монополизированный сектор практически перекрыл пути всем остальным слоям буржуазии и мелких предпринимателей. При этом он и сам потерял стимул для поднятия производительных сил, обеспечивая прибыль за счет роста цен. Даже орган прошахской партии «Растахиз» («Возрождение») вынужден был назвать проводимую по отношению к монополистическим группам протекционистскую политику «узколобой».
В то же время иранская экономическая система оказалась вполне способной освоить технологически новые производства. Рейтинг Ирана на мировых рынках с точки зрения его потенциальных возможностей освоения современных технологий и финансовых возможностей неуклонно повышался. После скачкообразного повышения в 1973 г. (не без активного участия Ирана в ОПЕК) цен на нефть интерес к нему со стороны иностранного капитала еще более вырос. Золотовалютные резервы страны к 1976 г. возросли почти до 9 млрд. долл., что составляло 13,5 % всего их объема в нефтедобывающих странах. Мощности нефтедобычи увеличивались, стали укрепляться позиции ИННК, расширяться круг иностранных компаний, участвующих в разработках нефтяных месторождений. Все более сильные позиции на иранском рынке стали завоевывать ТНК, особенно американские. Из 35 действовавших в 1976/77 г. банков более чем в десяти участвовал иностранный капитал.
Огромные изменения претерпела аграрная сфера. К 1976 г. аграрные реформы были практически завершены. Структура землевладения радикально изменена. Реформы пришли практически во все деревни страны. Собственниками земли стали 2,5 млн. крестьянских семей (из 2,6 млн.). Реформой не были затронуты владельцы садов, полностью механизированные имения (свыше 1 тыс.), 850 тыс. помещиков, принимавших участие в организации производства. Важнейшим социальным сдвигом стало также уменьшение экономической роли духовенства, произошедшее в результате перераспределения вакфных земель.
Чтобы повысить производительность и товарность хозяйств новых собственников, государство при проведении аграрных реформ не ограничилось переделом собственности, а стало белее явно влиять на повышение технико-экономической оснащенности сельского хозяйства. Основным каналом его воздействия на мелкотоварного производителя стала сельская кооперация. Государство не только сделало обязательным вступление в кооперативы при проведении первого этапа реформы, но и продолжало в последующем всячески поощрять деятельность многоцелевых сельских кооперативов. На кооперативы, в зависимости от их организационных и финансовых возможностей, местных особенностей, возлагались задачи по кредитованию крестьян, снабжению их семенами, сельскохозяйственными орудиями и машинами, удобрениями и ядохимикатами, по организации сбыта урожая, по внедрению сельскохозяйственных знаний и новых технологий. Кроме того, кооперативы должны были следить за ирригационной системой, благоустройством деревень. Большинство кооперативов имели торговые точки для продажи потребительских товаров
