С изрядного расстояния я наблюдал за методами допроса, которые использовала Госпожа. Они были изощренными, жесткими и весьма эффективными. Для всех свидетелей этого действа наглядный урок не прошел даром. В считанные минуты душила признался, что он прибился к лагерной обслуге после победы на Чарандапраше. По приказу самого Нарайяна Сингха. Его жертвой должен был стать Лебедь Лозан. Другим краснорумельщикам определили другие жертвы. Они тоже скрывались среди лагерного сброда. Сама Дщерь Ночи призвала их при исполнении ее повеления проявлять крайнюю осторожность. Детей Кины осталось так мало, что им приходилось заботиться о сохранении своих жизней, чтобы было кому исполнить долг перед богиней.
Госпожа умела развязывать языки. Так хорошо, что душила поступился обещанным ему вечным блаженством и назвал имена.
Я пошел прогуляться — на то время, пока Нож будет отлавливать Обманников и резать им глотки.
Лишь для того, чтобы показать, как она относится к их сообществу, Госпожа лично задушила одного из Обманников. Для чего воспользовалась черным шарфом, отобранным у чернорумельщика много, лет назад. Эту историю знал каждый душила.
Таким способом она написала свое послание.
Вороны разлетелись во все стороны.
Госпожа приказала насадить головы Обманников на пики и отнести к Вершине. Таким способом она отправила послание Нарайяну Сингху.
Ко мне подошел Костоправ.
— Такова уж моя милашка, — сказал он, покачивая головой. Можно подумать, что, попади эти душилы в его руки, он обошелся бы с ними мягче.
Он догадался, о чем я думаю, и улыбнулся.
— В приличном обществе дамы не убивают людей.
— Какое еще приличное общество? Уж во всяком случае, не наш Отряд. Да и она не больно похожа на даму.
Ага, — согласился он добродушно и чуть ли не весело.
43
Я потратил немало часов, разыскивая Дрему, пока не застукал его на бивуаке особого отряда Бадьи. Эта команда занималась немаловажным делом — ей было поручено выслеживать партизан Могабы.
— Пойдем прогуляемся, — предложил я пареньку, — Мне нужно с тобой поговорить.
Я набрал пригоршню камушков: отпугивать назойливых ворон.
— Это насчет того, на что я надеюсь? — Парнишка почувствовал воодушевление. Не припоминаю, чтобы меня в свое время так вдохновляла перспектива стать знаменосцем. Я получил эту работу лишь потому, что не нашлось никого другого. Кто-то ведь должен был этим заниматься.
— Отчасти. Я тут намедни толковал со Стариком, и он сказал, что против тебя ничего не имеет. А окончательное решение предоставил мне. Так что, насколько я понимаю, твое дело на мази. Но командир хочет, чтобы я оставался при знамени, покуда мы не найдем способ окончательно разделаться с Длиннотенью. Мы можем начать учиться прямо сейчас. Только постарайся освободиться от части своих обязанностей, из тех, что попротивнее. Тебе потребуется время, особенно для обучения грамоте.
Мальчишка просиял. Я почувствовал себя последним дерьмом.
— Правда, сперва тебе придется сделать одно дельце…
Я приметил Бадью. Он направлялся к нам — видимо, спешил навесить на Дрему работенку из тех, от которых я советовал ему отмазаться.
— Что за дельце? Я справлюсь, не сомневайся.
Я и не сомневался. Бадья, наверное, тоже — потому и выбрал его из прочих.
— У меня есть секретное донесение, которое нужно доставить в Таглиос. Очень важное. Можешь захватить с собой нескольких парней, так, на всякий случай. Выбери тех, кто может скакать быстро и без передышки. Я дам тебе бумагу, позволяющую брать на подставах курьерских лошадей… — Я поднял руку, чтобы предупредить то, что хотел сказать Бадья, — Это поручение надо выполнить как можно скорее.
Бадья услышал часть разговора.
— Ты забираешь лучшего моего солдата, чтобы отвезти письмо?
— Да. Потому что его необходимо доставить по назначению.
— Такое важное?
— Потому-то я и привел Дрему сюда. Чтобы нас никто не подслушал.
— Тогда мне лучше уйти.
Для беглого вора из Бадьи получился совсем неплохой солдат.
— Вероятно.
— Жаль расставаться с тобой, паренек, — сказал Бадья Дреме и побрел прочь, чтобы дать свое задание кому-нибудь другому.
— Если ты одолжишь мне своего скакуна, — сказал Дрема, — мне не понадобится с собой никого брать. Да и обернусь я гораздо быстрее.
А ведь, пожалуй, он рассудил верно. Очень даже здорово рассудил — а мне и в голову не приходило.
— Дай-ка я пораскину мозгами.
В его предложении была и сомнительная сторона. А вдруг в отсутствии Дремы Старик выдумает для меня какое-нибудь задание. Ежели у меня не будет коня, он станет задавать вопросы.
Я не собирался посвящать капитана в свои замыслы. Потому как он бы мне запретил и помышлять о подобном.
— Я бы вернулся раньше, чем через месяц.
На моем копе он и вправду сумеет обернуться за месяц если у него железная задница. Дрема, конечно, молод, усерден, но достаточно ли он вынослив? И все же…
Маловероятно, чтобы за время его отсутствия произошли важные события. Пройдет никак не меньше месяца, прежде чем подтянутся остальные войска, а наши начальнички сумеют обмозговать какой-нибудь план. Едва ли Костоправ и к осаде Вершины подготовился так же, как и к сражению при Чарандапраше. Скорее всего, меня на этом не поймают. И коль скоро малый получит недельное преимущество, перехватить его будет не под силу даже Душелову.
— Ладно. Сделаем по-своему. Слушай, это послание необходимо вручить одному человеку. Его может не оказаться на месте. Возможно, тебе придется его подождать.
— Я сделаю все, что потребуется, Мурген.
— Хорошо, пошли в мою… — Нет, этого сделать я не мог. Тай Дэй наверняка что-нибудь да подслушает. — Нет, сперва я скажу тебе, кого надо искать.
Я огляделся по сторонам. Дрема был, пожалуй, единственным ветераном Деджагора, который не обзавелся телохранителем, но нюень бао все равно за ним приглядывали.
— Я слушаю.
Паренек горел желанием проявить себя.
— Его зовут Бонх До Тран. Он был другом моей жены. Он купец, разъезжает туда-сюда, между Таглиосом и Дельтой, да торгует всякой всячиной — от риса до крокодиловых шкур. Он стар и нерасторопен, но только с его помощью можно передать сообщение на болота.
— Но у меня же полным-полно родственников…
— Ты, наверное, заметил, что Костоправ не доверяет этим людям?
— Да.
— Есть весомые причины не доверять им. Любому из тех, кто находится здесь, с нами. Любому, кроме Бонх До Трапа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
