— Ульрих! Демоны тебя раздери, где ты пропал?!
«За что?».
Так, значит, мураши жарятся от света, а свет может фокусировать даже вот такой вот огрызок битого стекла. Постоянный свет ровняется постоянное тепло, улавливаете? Конечно же эльфийская руна! Упав на колени стал ползать по полу соберая самые большие стеклянные осколки. Мне бы тубус какой или трубки, в одной части поставлю сборным рядом вот эти стекляшечки, через которые и пойдет в преломлении свет от руны, а в другом конце, ни фига не будет. Другой конец должен быть тупо металлической болванкой, которая должна нагреваться от падающего на нее луча.
— Ульрих имей совесть, за тебя дрова никто не будет носить!
«За что?».
Но между стекляшками со светом и болванкой нужно какое-то расстояние соблюсти, мало ли вдруг нагрев и вправду выйдет приличным еже чего доброго от температуры все мои линзочки полопаются и раскрошатся.
— Да где же этот несносный мальчишка?!
«За что?».
Собрав целую кучу осколков, скорой рысью ринулся вниз, по лестнице оббежав какую-то бледную девицу по пути.
— Извините леди!
«За что?».
— Ты куда это намылился? — На моем пути выросла фигура Шернье. — А это еще кто тут с тобой?
Бестиар тут же выдернула из-за пояса длинные тусклые клинки своих кинжалов, бросаясь куда-то мне за спину.
«За что?».
Понятия не имею, что там у них опять начинается, и кто там, что и за что, сбежав, наконец, по лестнице выбежал во двор, минуя пристройки конюшни, корпус столовой и ряд столярно-слесарных мастерских, уже через внутренний сад, добираясь до небольшой местной кузни. Гадство, дверь в кузню оказалась закрыта на здоровенный висячий замок.
«За что?».
— Ульрих она за тобой идет следом! — Где-то в начале моего забега мелькнула фигура Шернье бегом направляющаяся в мою сторону.
Вот настырная женщина, да принесу я попозже тебе дрова и твоей бледной подружке, занят я сейчас. Махнув им рукой, обошел здание кузни, с радостью отмечая, что заднюю дверь хоть не додумались закрыть. Внутри продираясь через металлические полосы и прочие заготовки стал лазить по металлу выискивая возможные остатки трубы, что мы когда-то отливали из чугуна, но потом перешли на керамику из-за дешевизны и долговечности которой. Благо нужный кусок вскоре нашелся, примерно метра под полтора, диаметром под двести миллиметров, хорошенький такой огрызочек, то, что надо для установочной трубки под стекло. Только вот беда, пришлось его катить по полу, так как я с трудом отрывал его от земли.
— О боги! Ты цел? — В кузницу влетела Шернье, тупо выбив входную дверь вместе с замком. — Тут железо, ей не войти.
Наступила неловкая минутная пауза, я не понимал ее, а она собиралась с мыслями что бы, наконец, озвучить тот самый вопрос что ее мучил.
— Ты вообще, какого демона тут забыл? И вообще в курсе того, что за тобой шел призрак?
— Эм, насчет призрака не уверен, но раз уж вы здесь не окажите любезность?
— Какую? — Она с недоверием огляделась по сторонам.
— Да так, пару труб перенести.
* * *
— Это какое-то проклятие, а не ребенок! — Распиналась Альва бурно жестикулируя, и рассказывая Хенгельман о наших похождениях. — Вы представляете, только что был здесь, как хоп! Пропал, ну думаю, опять выпал из реальности стоит где-то мечтает, поднимаюсь наверх, смотрю, ползает по полу и что-то бормочет, а за ним по пятам призрак парит, ручки свои тянет, чуть ли не по головке его поглаживает.
— Ничего себе. — Бабуля хлопотала у камина, варганя нам, что-то горячее, не забывая подливать, периодически чай в кружки. — И что?
— А он вдруг как подскочит и такой: «Извините леди мне надо идти!». И как деранет куда-то по коридорам, я в ножи и на призрака!
Я слушал ее краем уха, возясь в своем уголке с трубами и стеклами, что мне притащили, чуть ли не со всего замка пришедшие, наконец, вампиры. Дело оказалось муторным и до безобразия сложным, увы, ничего в этом мире не дается просто так. Стекло слишком мягко преломляло свет, причем каждый из осколков по своему, из-за чего, все кусочки приходилось выставлять по лучу, собирая этот сложный мозгодробительный пазл.
— Призрак сразу пошел на развоплощение, видимо, уже приучена гадость, что со мной шутки плохи. — Шернье покачала головой. — Хорошо я сразу за этим (печальная мина в мою сторону), побежала, смотрю уже в парке, призрак опять над ним висит, а он на нее ноль внимания! Даже не представляю, как такое может быть, что он до сих пор жив! Будь он хоть трижды маг, никто не может выдержать прикосновения призрачной материи! Это неслыханно, он уже сто раз должен был погибнуть из-за своей небрежности!
— Тысячу. — Тут же покивала некромант. — О таком даже я не слышала.
— Как же тогда это понимать? — Шернье задумчиво окинула меня взглядом. — Могу поспорить, она его касалась и не раз. Причем возможно и в первый раз, когда он ее плюшками подкармливал.
— Такое бывает, если призрак пытается войти в контакт с живым. — Бабуля заботливо погладила меня по голове, приложив ладонь ко лбу вроде как сверяя температуру. — Как если бы она пыталась что-то сказать ему или передать образ какой. Хотя с нашим бароном вообще не в чем нельзя быть уверенной. Он хоть как-то прокомментировал все эти железки, что припер сюда в комнату?
Хенгельман поочередно оглядела всех присутствующих, от каждого получая отрицательное покачивание головой. Ну, некогда мне было все им рассказывать, в конце концов, я у себя дома и могу тут хоть без трусов ходить, кому какое дело?
— Дорогой, ты вообще как? — Она наклонилось надо мной, возящимся со стеклами. Подсвечивая руной спроектированной на небольшом медном пятаке я пока смог выставить под углами четыре стекла более или менее ровно передающих пошагово луч дальше, а не рассеивая его мутным облаком. — Ничего не болит? Не хочешь бабушке рассказать, чем ты тут занимаешься?
Сначала думал промолчать по традиции, но потом все решил рассказать, ну просто человек милый, как-то и вправду неудобно, что она, что Дако, люди грамотные и не бес интересные, даже если не поймут, по крайней мере, выслушают достойно. Старик тот конечно порезче будет, а бабуля ничего так, заботой и мягкостью берет.
Послушать мои идеи собрались все, я как мог рассказывал про солнечные зайчики, на дулях пытался пояснить про преломление света но в конце повествования внезапно получил отклик со стороны доброй души некроманта.
— Это как в увеличительных стеклах! — Она покивала своим мыслям, а я подхватил отвалившуюся челюсть, как-то так привык уже, что здесь сплошь и рядом двигатель прогресса, и генератор идей это я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
