38
Как замечает П. А. Гринцер, «наряду с аватарами Вишну в индуистской мифологии известны и аватары Шивы (главным образом в виде аскета и наставника в йоге; всего насчитывается 28 его аватар), но они не приобрели такого же значения, как аватары Вишну».
39
Перевод С. Я. Липкина.
40
Кришна разъяснил Арджуне три направления йоги — карма-йогу, или путь действий, джняна-йогу, или путь познания, и бхакти-йогу, или путь богопочитания. По замечанию М. Элиаде, «путь карма-йоги, то есть практического действия, отказ от одиночества и отшельнической жизни произвел огромное впечатление на Запад, привыкший к выставляемому напоказ аскетизму протестантов, особенно кальвинистов».
41
В некоторых пуранах утверждается, что Вишну имел двадцать две аватары, причем Баларама был девятнадцатой, а Кришна — двадцатой аватарой. По «Гитаговинде» Джаядевы, Кришна — не аватара, а полное проявление Вишну, аватарой же был именно Баларама. По другой версии мифа, Баларама — аватара мирового змея Шеши, на котором в традиционной иконографии возлежит Вишну. По «Вишну-пуране», когда Баларама умер, из его рта выполз змей Шеша. Этот герой помогал Кришне совершать подвиги, в частности, он участвовал в умерщвлении Кансы.
42
Перевод С. Я. Липкина.
43
Безусловно, это изложение буддийской доктрины во многом соответствует истине, однако, как справедливо замечал П. Томас, Будда никогда не был гедонистом.
44
По замечанию П. А. Гринцера, «культ Дурги вобрал в себя многие культы местных богинь — Коттравей и Эламмы на дравидском юге, бенгальской богини оспы Шиталы и т. д.».
45
Ригведийский гимн рассказывает, что Яма предложил Ями кровосмесительную связь, чтобы обзавестись потомством, но Ями отказалась, ссылаясь на кровное родство. Исследователи видят в этом гимне вариант архаического близнечного мифа о прародителях человечества и сравнивают миф о Яме и Ями с иранским мифом о близнецах Йиме и Йимаке, первопредках людей. По замечанию П. А. Гринцера, «в ведийской трактовке, отражающей сравнительную зрелость этических и религиозных воззрений, инцест отвергается и осуждается».
46
В иранской традиции Яме соответствует Йима, первый земной царь и владыка загробного мира. Согласно «Видевдат», Йима правил людьми в пору «золотого века», когда люди были бессмертными и жили в изобилии и благополучии. По прошествии времени он «соблазнился злой мыслью» и был за это низвергнут в ад, то есть стал первым, кто умер.
47
М. Бойс отождествляет иранского Варуну с Апам-Напатом — благим божеством воды, имевшим соответствие в индийской мифологии (ведийский Апам Напат).
48
Перевод С. П. Виноградовой.
49
Перевод И. М. Стеблин-Каменского.
50
«Семиглав», иначе «Ясна семи глав», — семь коротких молитв, прославляющих Ахура-Мазду и Амеша Спента. «Младшая Авеста» — собрание авестийских текстов, составленное в правление Сасанидов (IV в. н. э.).
51
«Михр-яшт», перевод И. М. Стеблин-Каменского.
52
«Абан-яшт», перевод И. М. Стеблин-Каменского.
53
Перевод З. Ф. Харебати.
54
Перевод С. П. Виноградовой.
55
В «Атхарваведе» и некоторых брахманах говорится о том, что 12 адитьев, 11 рудр (марутов) и 8 васу, вместе с Дьяусом (небо) и Притхиви (земля), образуют Вишведева (33 божества). В брахманах адитьи олицетворяют небо, васу — воздух, а рудры — землю. «Чхандогьяупа-нишада» связывает васу с Агни, рудр — с Индрой, адитьев — с Варуной, марутов — с Сомой, а садхьев — с Брахманом.
56
Трита — Трита Аптья, второстепенный ведийский бог, помощник Индры в поединке с Вритрой.
57
В индийской традиции «Рамаяна» считается первым «настоящим» литературным произведением (адикавья), а ее автор — первым «настоящим» поэтом (адикави).
58
Считалось, что изначально веды были единым целым и только с упадком нравственности и учености среди людей их разделили на четыре части, чтобы проще было запоминать.
59
По замечанию Т. Я. Елизаренковой, «отношение к питарам было двойственным. С одной стороны, их почитали и просили у них поддержки, а с другой, в похоронных обрядах отгораживались от них, стараясь себя обезопасить. Все, что связано с питарами, несколько неопределенно и расплывчато, само понятие питаров нередко сливается с понятием древних риши, основателей родов, которым принадлежали фамильные мандалы „Ригведы“, тех самых риши, чье поэтическое творчество служило образцом для подражания поэтам последующих поколений».
60
Ср.: «Сохраняя связь с асурами, Варуна становился особенно опасным в кризисный период на границе старого и нового года; его боялись, и этим объясняется табуированный характер описаний этого бога в РВ. Нигде не говорится прямо о его противостоянии богам, кроме как в гимне IV, 42, где его спор с Индрой имеет форму словесного состязания. Связь Варуны с водами в свете этой концепции является свидетельством актуализации его причастности к изначальным космическим водам, а его связь со смертью (упоминание в похоронном гимне X, 14, 7) — это причастность к миру Хаоса, который противостоит жизни» (Елизаренкова).
61
По одной из версий мифа, часть дэвов была создана в начале времен, других породил Друдж, которому способствовали люди своей недисциплинированностью, жадностью, завистью, любопытством и прочими грехами и пороками.
62
Один из эпитетов Вишну.
63
Похищение Гарудой амриты сопоставляется исследователями с похищением сомы орлом Индры; по замечанию П. А. Гринцера, «этот миф восходит, видимо, к индоевропейскому мифу о похищении священного напитка (ср. скандинавскую легенду о получении Одином священного меда у великанов) и вообще к повсеместно распространенному типу мифов о добывании „живой воды“». Миф о похищении сомы орлом излагается в нескольких гимнах «Ригведы»; говорится, что птице пришлось преодолеть сто железных крепостей, что в него выпустил стрелу божественный лучник Кришану и т. д. Тем не менее, несмотря на все препятствия, орлу удалось донести чашу с сомой до обители богов:
Птица вне себя от страха от того, унесет ли она сому,Ринулась, быстрая, как мысль, в далекий путь.Быстро пролетела она с медом — сомой,И орел при этом нашел славу.
Прямолетящий орел, держа стебель сомы,Птица издалека, преданная богам, крепко ухвативРадостный опьяняющий напиток — сому, нес его,После того как он забрал его с того высшего неба.
Орел принес сому, забрав его:Тысячу и десять тысяч выжиманий сразу…
64
В «Махабхарате» говорится, что ракшасы — потомки одного из сыновей Брахмы: «А сыновьями мудрого Пуластьи являются ракшасы, обезьяны и киннары». Ракшасами также могут стать люди, на которых наложено проклятие.
65
Известный английский писатель и исследователь Р. Грейвс, перу которого принадлежат, в том числе, книги «Белая богиня» и «Мифы Древней Греции», выдвинул теорию о том, что в своем «исконном» варианте античная — и, шире, европейская — мифология строилась вокруг сюжета о Великой богине и ее возлюбленном. В предисловии к «Мифам Древней Греции» Грейвс писал: «Я разработал следующую, в чем-то неортодоксальную и допускающую дальнейшие уточнения историческую гипотезу, которая, тем не менее, не противоречит современным археологическим и антропологическим сведениям и, надеюсь, хорошо объясняет вариации мифического образа.
В древней Европе не было богов. Великая богиня считалась бессмертной, неизменной и всемогущей. Религиозное мировоззрение пока еще обходилось без идеи отцовства. У богини были супруги-соправители, однако брала она их для удовольствия, а не для того, чтобы дать отца своим детям. Мужчины боялись своего матриарха, поклонялись и подчинялись ей; очаг, за которым она следила в пещере или хижине, являлся самым древним социальным центром, а материнство считалось главным таинством. Вот почему греческое публичное жертвоприношение предусматривало принесение первой жертвы Гестии — покровительнице очага… Небесным символом богини была луна. Три фазы луны — молодая, полная и убывающая — напоминали три фазы матриарха: девственница, нимфа (женщина в брачном возрасте) и старуха. Далее, поскольку ежегодный бег солнца напоминал рост и упадок физических сил богини (весна была девственницей, лето — нимфой, а зима — старухой), ее стали идентифицировать с сезонными изменениями в растительной и животной жизни, а следовательно, и с матерью-землей, которая в начале вегетативного года производит только листья и бутоны, затем — цветы и плоды и, наконец, перестает плодоносить. Ее можно представить и в виде еще одной триады: девушка верхнего мира, нимфа земли или моря и старуха подземного мира, персонифицированные соответственно в Селене, Афродите и Гекате…
