все эти люди доверяют ей из-за ее происхождения?
Это был вопрос, на который не нужно было отвечать.
— Ты все еще помнишь клятву, которую дала, Фрейя?
« Брендель…… Брендель……» — пробормотала Фрейя, словно допрашивая себя.
«Фрейя, ты дочь Эвертона, но ты также дочь Бучче. Неважно, чего ты добьешься в будущем, это не изменится». Брендель стоял на ночном ветру и тихо ответил.
«Я понимаю… … Я должна была понять… …» Фрейя закрыла глаза и энергично покачала головой: «Я была неправа, Брендель, прости меня».
Брендель легонько похлопал ее по плечу. Его первоначальной целью было вернуть Фрейю к жителям деревни Бучче, но он не ожидал, что это произойдет так рано. — Хочешь войти и посмотреть? — мягко спросил он. Фрейя глубоко вздохнула и извиняющимся взглядом посмотрела на Брендель, а затем энергично кивнула.
Начиная с Года Цветов и Летних Листьев непрекращающийся приток беженцев стал самой большой головной болью для дворян Бругласа. У них не было ни возможности, ни желания помочь этим бездомным обустроиться. Местное правительство и армия перекладывали ответственность друг на друга, и средства к существованию беженцев сокращались день ото дня. Когда королевство, наконец, решило подчиниться Мадаре, у них больше не было надежды вернуться домой. Внутри серо-белого замка дворяне были заняты борьбой за власть и прибыль. Как будто поражение королевства в войне стало самым острым копьем и мечом в их руках, которыми они пронзали грудь своих противников. Группа несчастных людей пала после войны и отправилась на виселицу, но другая группа людей, которые пели песню победы, возможно, неискренни относились к этому древнему царству.
Даже на местном уровне местные жители под предводительством помещика подвергали остракизму чужаков. Хотя люди на более низких уровнях, естественно, сочувствовали, эта симпатия строилась только на предпосылке, что их собственные интересы не были поколеблены. Эгоизм в человеческой природе еще больше ухудшил положение этих бедных людей. Они были бессильны конкурировать с местным населением за живые ресурсы и могли заходить в лес только для того, чтобы сбиться в кучу, чтобы согреться. Но даже при этом им все равно приходилось сталкиваться с дискриминацией и подозрительностью местных жителей. В такой ситуации можно представить себе положение этих беженцев из района Бучче.
На самом деле беженцам все еще приходилось сталкиваться с неопределенностью своего будущего. Это было потому, что земля, на которую они полагались для выживания, все еще была территорией одного из графов в Бругласе. Чтобы не вызвать бунта, дворянам приходилось делать вид, что они не видят действий этих бедолаг. Однако такое решение может не удовлетворить графа. Его не волновала эта потеря, но это не могла быть только его потеря. Иначе не стал бы он дураком в глазах окружающих? На самом деле, граф уже обратился в Дворянский парламент с просьбой изгнать этих «бандитов», насильно оккупировавших его землю.
Такие вещи были невообразимы для обычных людей, но Дворянский парламент должен был внимательно рассмотреть просьбу графа. Защита законной собственности дворян была серьезным делом.
Старый Марден сидел у костра в хорошо выглаженной гарнизонной форме. Просто углы его мундира столько раз стирали, что они побелели. Эта форма, казалось, символизировала его честь. Хотя это было все еще дотошно, это уже было в прошлом. Дела Дворянского парламента более или менее достигли его ушей. Он посмотрел на темную ночь и глубоко вздохнул. Печаль, казалось, проникла в каждую морщинку на лбу этого старика. В тот день он не решил уйти с Брендель и Фрейей, потому что Бучче был его ответственностью. Дела молодых людей должны быть оставлены молодым людям. Что же касается его, то его старые кости уже испытали слишком много ветра и мороза. Пусть его похоронят здесь.
Он не мог отказаться от своих чувств к этой земле и не мог отказаться от знакомого запаха земли Бучче. Все были еще здесь, так как же он мог уйти?
Но сейчас ситуация с каждым днем ухудшалась. Бедная земля мало что давала, и граф запретил беженцам ходить в лес на охоту. Хотя они еще могли рубить дрова, чтобы согреться, многие люди уже не могли есть. Суть в том, что у всех не было надежды на завтра. Они как будто жили день за днём, как ходячие трупы. Они уже оцепенели и потеряли способность думать, надеяться и смотреть вперед. Когда начались такие дни? Каждый раз, когда Старый Марден вспоминал о тех временах, на сердце у него становилось тяжелее.
Единственным, что утешало его, был еще один слух, который он слышал в эти дни.
Издалека послышался шум.
Марден нахмурился. Группа молодых людей Феникса действительно не остановилась.
“Айрин, Маки, перекройте им путь к отступлению!”
“Неберто, позови своего брата Влада и Эйке. Поторопись, не мешкай!”
Люди на улице быстро ретировались, словно привыкли к такой сцене. В пустом пространстве, которое они освободили, две группы молодых людей стояли друг против друга в ряд. С одной стороны, они были одеты в различную форму милиции и гарнизона. Однако большая часть обмундирования была старой, а некоторые даже были покрыты заплатами. Только мечи в их руках сияли холодным светом, но большинство из них онемели от веревок, обмотанных вокруг рукоятей мечей. Либо они потеряли свои перчатки, либо тяжелые молоты. С другой стороны, все они были одеты в униформу патрульной кавалерии Брэггса. Они были хорошо экипированы и высокомерны. Даже сапоги на ногах ярко блестели. Было очевидно, что они дети Брэггс-Сити.
В это время тем, кто командовал ополчением, был Пети-Фини. Он был как минимум на голову выше, чем полтора года назад, и носил форму гарнизона. После Войны Черной Розы Марден рекомендовал его в резерв гарнизона Бучче. Однако вскоре после этого гарнизон Бучче стал достоянием истории и полностью утратил свое существование.
“Феникс!” Молодой патрульный кавалерист закричал. «Граф Нагин собирается вернуть эту землю. Вы, кучка нелегальных беженцев, почему бы вам не сдаться?»
Пети-Фини пренебрежительно сплюнул. «После обсуждения в Дворянском парламенте еще не поздно говорить по-крупному. Разве вы, ребята, не пытаетесь воспользоваться этой возможностью, чтобы получить какую-то выгоду? Интересно, кто был тем, кто был избит до черноты в прошлый раз. забыл боль после того, как шрамы зажили».
“Что вы сказали!?”
“Ты маленький ублюдок!”
Молодых патрульных кавалеристов тут же ударили по больному месту и начали ругаться. Они изначально думали, что с их статусом они точно смогут избавиться от этих деревенских увальней. В прошлый раз, когда они вышли подзаработать, они не ожидали, что их поймает маленький Феникс. Их поймали и хорошенько
