покачал я головой. — Они были в курсе существования Древнего и ёкаев, сотрудничали с ним и даже пытались шпионить за ним. Неудачно. Но кое-какую информацию собрать сумели. В частности, про трёх доверенных слуг Древнего. Байхо, про которого они знали только то, что он молнии любит и в Китае родился. Этот самый «европеец»… Всё, что у них на него было, я прочитал. И какой-то Кирин, о котором оба ёкая отзывались крайне уважительно. Ах да, ещё они вычислили, что один из этой троицы всегда находится в каком-то секретном месте. Они время от времени меняются, но один всегда где-то там сидит. Подозреваю — это место обитания самого Древнего. Сакураи, к слову, даже знали, что Древний из Юлиев.
— Блокнот Сакураев ты в Персидском Хранилище достал? — спросила Хирано.
— Да, — ответил я коротко.
— То есть ты мог узнать всю эту информацию ещё боги знает когда? — приподняла она иронично бровь.
— Не трави душу, — вздохнул я. — Успокаиваю себя тем, что я до всего и сам дошёл. То есть Сакураи ничего особо нового мне и не поведали. Мелочи и технические детали, вроде того, что у Древнего осталось всего два ёкая уровня Байхо.
— Зато каких, — покачала она головой. — Кицунэ, не дай боги, девятихвостый, с силой иллюзии, и Кирин. Последний, к слову, это вообще мрак.
— Да блин… — потёр я в раздражении лоб. — И что там с этим Кирином?
— Кирин, он же цилинь — это не имя, а вид ёкая. Причём он нерождённый, а не один из нас. Природный ёкай. Их вид служил китайским богам одно время, за что они и получили прозвище Божественный зверь. А богам, если что, слабаки не служат, а прислуживают. Но чаще просто поклоняются. Так вот, кирин, если что, стоит на уровне дракона. Настоящего, а не пародии вроде Байхо.
Дермище…
— То есть с ним мы не справимся? — спросил я осторожно.
— Я — точно нет, — ответила она. — Через пару тысяч лет такое возможно, даже — скорее всего, но не сейчас. А ты… — вздохнула она тяжко. — Сейчас нет, но ведьмаков не зря называют фактором неожиданности.
— Это может быть какой-нибудь слабый кирин. Молодой, — заметил я.
— Да нет среди них слабых, — хмыкнула она. — Кирины сразу появляются максимально сильными. В этом их плюс и, одновременно, минус. В отличии от многих других ёкаев, кирины не становятся сильнее со временем.
— И как его вообще подчинили? — поджал я губы, глядя на кружку в руке.
— Скорее всего, его не подчинили, а заключили договор, — произнесла Хирано. — Нам от этого не сильно лучше, но держать в голове данный факт необходимо. Собственно, Байхо тоже не подавляли, а заключили договор. Только вот кирины те ещё гордецы, как и драконы, так что полного подчинения от них не дождёшься. В смысле, не станут они заключать договор с такими условиями.
— Хоть что-то… — пробормотал я, обдумывая пришедшую неожиданно мысль. — Слушай, Хатсуми, а ты сможешь определить, использовали ли на детях тот самый ритуал? Всё-таки они ещё достаточно маленькие. Мейкшифты могли и не успеть что-то сделать.
— Это запросто, — пожала она плечами. — Приноси их в магазин Мику, проверю. Следы этого ритуала, скорее всего, будут видны в течение пяти лет, как и с ритуалом красоты. Хотя, если там будет один ритуал, значит, и другой тоже.
Детей в магазинчик Мику я притащил на следующий день. Ну а что тормозить? С этим делом надо было разобраться как можно быстрее. Привёз я их в двойной люльке в сопровождении Итагаки, который детей и нёс. Он, кстати, впервые оказался внутри магазина, а я впервые видел на его лице столь сильные эмоции. Мой телохранитель был буквально ошарашен, увидев огромное пространство склада, запрятанное в небольшой домик. Да и самой цукумогами был впечатлён. Конечной точкой нашего маршрута был та самая комната, куда Хирано притащила Аваши — юрэя-шиноби.
Указав на центр комнаты, Хирано произнесла:
— Клади сюда. И отойди к стене, — после чего добавила уже мне: — Ты тоже.
Подняв уши и показав хвост, Хирано встала рядом с люлькой и произнесла… видимо, заклинание. Для меня это звучало как напев на непонятном языке. После этого печать на полу засветилась синим. Как и дети, которые покрылись синим туманом.
— Твою мать… — пробормотал стоящий рядом Итагаки.
И было с чего. Над люлькой появился… появилось… Больше всего эта хрень напоминала мне гнилого скарабея. Два гнилых скарабея, от лапок которых к детям шли красные линии. На эту хрень Хирано разве что взгляд бросила, после чего отправила в игнор, пристально разглядывая детей, лежащих у её ног.
— Ну что ж, — нарушила она тишину. — Могу с полной ответственностью заявить, что никаких ритуалов над детьми не проводили. Вообще никаких. Они чисты словно младенцы, — после чего запнувшись, посмотрела на меня. — Ну ты понял, в общем. Чисты они.
— А это тогда что? — указал я рукой на «скарабеев».
— Это? — приподняла она брови. — А это, Синдзи, ничто иное как блокиратор камонтоку. Именно так он выглядит в магическом плане.
Охренеть можно. Довольно мерзко, как по мне.
— Оба вида блокировки так выглядят? — спросил я.
— Да, — ответила она. — Там разница во вложенных установках. В одном их больше, в другом меньше. Оттого и артефакты для блокировки различаются.
— Ладно, хрен с ним, я понял, — постарался я абстрагироваться от этого чудовища. — М-м-м… И больше на детях ничего? То есть они не возненавидят нас только потому, что мы Аматэру?
— Нет, — усмехнулась Хирано. — Какими воспитаешь, такими они и будут.
— Ну и слава богу, — произнёс я тихо.
Минус одна проблема.
— Кстати, раз уж ты здесь, и всё подготовлено, — произнесла она, подойдя ко мне. — Как смотришь на то, чтобы и самому провериться?
— Зачем? — нахмурился я. — Думаешь, на мне что-то есть?
— Вряд ли, — пожала она плечами. — Но мало ли? Тебе самому-то не интересно?
— Я… — бросил я взгляд на выход. — Да как-то не очень. У меня с бахиром и магией как-то не складываются отношения.
— Да брось, — взяла она меня за руку. — Я же вижу, что тебе интересно. А насчёт остального не переживай — эта печать ничего тебе не сделает. Сейчас. В данном ритуале. Просто окутает силой и всё. Внутрь не полезет, — прошептала она мне на ухо.
Вообще надо бы. Чисто на всякий случай. Но если я своих сил лишусь, меня эта ушастая тут же изнасилует. А потом ещё и попросит взять на себя ответственность… Ай ладно, была не была.
— Давай, только по-быстрому, — произнёс я неуверенно.
— Эй, — окликнула она Итагаки, — Забери детей.
Что он и сделал, бросив
