В Мире Валькирий существовали свои вкусовые предпочтения касаемо красоты женского тела, правда, с одним существенным отличием. В рейтинге самых прекрасных фигур полностью отсутствовали обладательницы пышных форм, ибо источник сжигал все лишние на его взгляд запасы организма, и отложить что-то с прицелом «на холодную и суровую зиму» просто не получалось. И два женских тела, что лежали в данный момент на большой двуспальной кровати, безусловно можно отнести к самым высоким мировым стандартам: по росту, по размеру груди, длине ног и форме бёдер – красотой и стройностью своих тел они могли вызвать только восхищённые либо завистливые взгляды.
Судя по сладкому стону, время от времени срывающемуся с губ лежащей на спине брюнетки, она уже давно отключилась от всех проблем внешнего мира и полностью погрузилась в те самые ощущения, что можно получить только при занятии любовью. Девушка уже не контролировала собственное тело, которое жило собственной жизнью, яркой и наполненной острыми ощущениями, ежесекундно транслируя в пространство все грани получаемого наслаждения. Полуприкрытые глаза с едва дрожащими ресницами, частое и глубокое дыхание, стон ни с чем несравнимого удовольствия, самопроизвольно изгибающееся тело и лёгкая рябь, пробегающая по плоскому и подтянутому животу, всё это словно кричало – «Как же мне хорошо! Ещё, ещё, ещё…».
Вторая девушка была коротко стриженной блондинкой, и именно она являлась главной виновницей всех зримых воплощений блаженства, испытываемого брюнеткой. Голова блондиночки оказалась расположена между разведённых ног своей партнёрши, её правая рука неспешно поглаживала бедро любовницы, обхватив стройную ногу снизу и практически закинув себе на спину, а левой рукой она свободно дотягивалась до восхитительной и упругой груди. Маленькая ладошка легко скользила с одного сексуального холмика на другой и, не в силах полностью обхватить такое сокровище, лишь иногда судорожно сжимала понравившийся участок, вызывая очередной сладострастный стон у брюнетки, чьи руки в свою очередь беспрестанно теребили светловолосую голову, заставляя иногда переживать за целостность короткой причёски.
Обе девушки с упоением отдавались бушующим внутри них чувствам и совершенно не замечали бега времени, что неумолимо приближало их к финалу, причём уже не первому за сегодняшний вечер. Очередной стон брюнетки вышел более продолжительным, а судорожно сведённые колени вместе с выгибающимся телом дали понять, что новая волна экстаза без особых проблем добралась до своей цели. Однако стоило брюнетке обессилено откинуться на одеяле, как блондинка перешла в новую атаку, но только в этот раз юркий язычок девушки, перемежая свои ласки с горячим поцелуем губ, плавно поднялся от низа живота до притягательной груди своей любовницы, чтобы уже здесь подарить свою нежность и теплоту. Поначалу никто из предающихся любви девушек не обращал внимания на громкий телефонный звонок, раздавшийся в спальне, но настойчивый телефон не сдавался, и спустя несколько секунд за первым звонком последовал второй вызов, который было уже сложно проигнорировать.
– Подожди, это важно, – недовольно проговорила брюнетка, одновременно отталкивая голову своей настойчивой любовницы, не прекращающей попытки целовать грудь девушки.
Протянув руку к прикроватной тумбе и схватив продолжавший трезвонить аппарат, девушка нажала на кнопку ответа и с хмурым видом бросила в трубку:
– Даже не смей меня расстраивать.
– Всё получилось, как мы и рассчитывали, – раздался из динамика женский голос. – Не сумев связаться со своим мужем, Гордеева срочно вылетела из Москвы. И хотя рейс был заявлен в сторону Монголии, самолёт не прошёл контрольные точки, а значит, она рванула в Африку.
– Очень хорошо, – широкая улыбка брюнетки демонстрировала высшую степень довольства.
– Нам по-прежнему ждать Вас?
– Обязательно, я вылечу немедленно и ранним утром буду уже на месте.
Завершив разговор и бросив на край кровати телефон, девушка резко притянула к себе голову блондинки и впилась долгим поцелуем в податливые губы, а после окончания горячего поцелуя нетерпеливо проговорила:
– Ещё полчаса, и мне надо собираться.
Словно получив команду, блондинка молча склонилась к телу своей любовницы, чтобы успеть подарить ещё один незабываемый момент.
Глава 8. Улов
Крепость Зэра. Подземелье
С давних времён огонь с молнией относились к строго атакующему классу и считались одними из сильнейших магических ударных техник, однако для использования в обороне имели несколько недостатков. Зато из всех видов стихий именно вода и воздух являлись наиболее универсальными и в защите, и в нападении, пользуясь из-за этих качеств заслуженным уважением у воительниц. Благодаря гибкой структуре и возможности силового поля принимать абсолютно любую форму, их с удовольствием использовали в различных защитных амулетах и артефактах. Данные стихии могли также становиться настолько плотными, что не проигрывали в этом показателе даже считающимся традиционно более надёжными льду и земле.
Перед спуском в подземелье графиня Вяземская закономерно создала подвижный гибкий водный щит, который полностью повторял все лестничные изгибы и практически соприкасался со стенками узкого прохода, полностью перекрывая его. Защитное поле имело многоуровневую структуру, напоминая слоёный пирог, где каждый слой – это индивидуальный и практически непробиваемый щит. Когда молнии атаковали внешний уровень защиты, Агния с удвоенным любопытством смотрела на целую россыпь электрических разрядов, впившихся в этот мобильный оборонительный редут. Под ногами также находилась прочная водная прослойка, которая слегка пружинила под каждым шагом, и по ней также пробегали разряды электричества. В некоторых местах можно было увидеть почти незаметные для глаз лёгкие облачка пара, что с едва слышным шипением уносились куда-то вверх. До двери внизу лестницы добрались без особых проблем, и Агния, выглядывая из-за плеча Валькирии, рассмотрела множество магических узоров, что причудливо переплетались на деревянном полотне. И даже без особого зрения артефактора можно было увидеть светящийся круг по центру двери, разделённый на шесть секторов, и каждый из которых отвечал за одну из шести стихий.
Древняя эфиопская мастерица не поленилась и создала полную визуализацию образов, из-за чего каждый сектор выглядел, словно ожившая в миниатюре стихия. Жёлто-красный огонь горел строго в пределах границ своего участка, сектор с водой представлял собой тёмно-синее зеркало, по которому время от времени пробегала небольшая рябь. Белый искрящийся лёд, разряды молний, чёрная и, казалось бы, рыхлая земля и бледно-голубоватый туман, обозначающий воздух – всё это выглядело красиво.
Однако, по сути, абсолютно ненужная штука, причём весьма затратная в плане времени, но из-за своего эффектного вида до сих пор пользующаяся спросом. Агния считала, что любая вещь должна быть в первую очередь практичной, и главное – это отвечать всем заявленным требованиям, а не быть внешне привлекательной, и лично она бы, создавая подобный кодовый замок, ограничилась обычными символами без живого воплощения стихий. Но даже сейчас, в технологичный век, многие влиятельные люди хотят, чтобы доступ в такие хранилища в первую очередь выглядел впечатляюще, при этом совершенно забывая, что мало кто из посторонних сможет насладиться мастерством артефактора.
– Я так понимаю, пароль подбирать не будем? – спросила тем временем Вяземская.
Каждый сектор со стихией был чуть больше человеческой ладони и для того, чтобы открыть дверь, требовалось приложить руку и послать строго определённый конструкт. Причём ещё нужно угадать последовательность стихий, и для процедуры по подбору пароля придётся вытянуть руку за пределы защитного поля, но в их случае это был совершенно ненужный риск. Хоть в лагере ждали наготове сразу две лекарки, терять конечности по собственной глупости конечно не хотелось – лишних-то нет. А когда Агния говорила о трёх днях минимум, то такие сложные участки она планировала обходить только с помощью силы Валькирии.
