как ей обо всем рассказать. Боюсь ей навредить этой правдой. Да и не хочу столкновения между эльфами и магами. Что вообще творится во дворце?
— Здесь полно остроухих. Куда не плюнь, везде их холеные рожи. А еще меня скоро начнет тошнить от зеленого. Такое впечатление, что других цветов в одежде они не признают, — проворчала Ири.
— Они — дети Леса.
— Конечно, конечно. А еще самая миролюбивая раса в вашем мире, так было написано в книге по магическим расам. Только вот оторвать тому руки, кто написал такую ересь. Он явно не был знаком с верхушкой власти. Подлые, циничные шантажисты. Ничего, подруга, мы еще повоюем. А по поводу матери. Давай я сначала все разузнаю у драконов. Королеву все равно звать пока нельзя, иначе Роландэл поймёт, что ты пришла в себя. Так что лучше немного помолчим.
— Согласна.
— Ложись. Я мигом.
Я кивнула и послушно легла в кровать. Ири накрыла меня и, подхватив с тумбочки снадобья, подмигнув мне на прощанье, вышла из комнаты. Только вот я успела заметить стражников в тёмно-зелёных туниках, стоящих около моих дверей. Значит, меня охраняют… Не слишком приятная новость.
Время текло медленно, и то, что супруг не приходил, не могло не радовать. Однако я все равно вздрагивала от каждого звука в коридоре, боясь, что он вот-вот заявится сюда и потребует исполнения супружеского долга. Поэтому я отчаянно пыталась наладить связь с Алексом и звала его. Я так боялась, что он пострадал и ранен, а еще, что один неизвестно где. Сердце сжималось каждый раз от мысли, что Роландэл не сдержит слово и убьет его. Поэтому так хотелось почувствовать хоть что-то, хоть какую-то эмоцию от любимого и пробраться в его голову.
Только мое одиночество не могло длиться вечно. Супруг явно сгорал в нетерпении и был не готов дать мне отлежаться.
Дверь резко раскрылась, я с трудом удержала свое тело, чтобы не подпрыгнуть. Зажмурилась, сразу же расслабилась, старалась следить за собственным дыханием, размеренно опускать и поднимать грудную клетку.
Только вот Роландэл не был намерен ждать. Он сорвал с меня одеяло и откинул его. Я ощутила его липкий взгляд, которым он обрисовывал мое тело. Меня замутило, но я исправно следила за дыханием, притворяясь спящей. «Неужели он такой негодяй и воспользуется мной? Ири, где же ты? Пусть хоть кто-нибудь придет? Алекс! Алекс!» — мысленно я кричала и была в панике. Особенно, когда услышала как ткань зашуршала, а потом эльф что-то сбросил на стоящее рядом кресло. Снова шелест и снова что-то полетело на кресло… Он раздевается. Он раздевается… Стук бляшки ремня привел меня в ужас. О никаком спасении и речи не могло быть. Жаль, что магии нет, я его приложила бы как следует, даже если бы после этого и сама поплатилась бы. Я почувствовала, как он сел на кровать рядом со мной. Ири переодела меня в самую закрытую и длинную ночную рубашку, которую только смогла найти в моем гардеробе, только это не спасало от масляных взглядов супруга.
Почувствовала руку на щиколотке. Она, словно холодная змея, медленно перемещалась вверх по ноге, приподнимая рубашку и освобождая колено, бедро… Больше я не смогла терпеть и, открыв глаза толкнула ногой эльфа. Тот явно не ожидал этого и свалился с кровати, но тут же вскочил и ощетинился.
— Проснулась, значит. Дражайшая супруга. Оно и к лучшему. Не очень хотелось видеть бревно в постели.
— Какой же ты мерзкий, — выдохнула я и скривилась, затем подтянула ноги к груди и наблюдала за эльфом, находящимся только в одном нижнем белье. Шёлковом и зеленом. Боже мой! Кажется, зеленый и мой теперь нелюбимый цвет.
Эльф же усмехнулся:
— Ты слишком много говоришь и слишком много себе позволяешь. Но ничего, я научу тебя покорности.
— Не трогай меня.
— И не подумаю. Брак будет закреплен.
— Я тебя ненавижу.
— Переживу как-нибудь. Но довольно слов. И так слишком долго ждал. Предупрежу сразу, если снова провернешь тот трюк с потерей сознания, так и знай тебя это не избавит от долга. Я все равно сделаю то, что должен.
Меня снова замутило, как же гадко он усмехался и явно наслаждался моей слабостью.
Эльф сделал рывок в мою сторону, я перекатилась по кровати. Но длинная рубашка, которой я так была рада в начале, сыграла со мной злую шутку. Я запуталась в ее подоле. Эльф навалился сверху, а я распласталась на животе. Он перевернул меня и навис сверху. Я хотела согнуть ногу в колене, но эльф предугадал мой маневр и заблокировал ее своей ногой.
— Зря, дорогая, ты сопротивляешься. Да и, к тому же, неужели решила королеву оставить без внуков? Ей же надо чем-то заниматься, когда она отойдет от власти, — улыбка снова наползла на его тонкие и узкие губы.
Я начала выкручиваться всем телом, а эльф крепко держал меня, ничего больше не предпринимая. Вскоре я выдохлась и просто расплакалась, когда он снова полез под мою рубашку. Его губы опалили мою шею. Холодные, липкие и влажные они напоминали мне слизня. Я плакала и уже понимала, что никто не придет… Мне казалось, что еще миг, и я сломаюсь…
Сквозь пелену слез я увидела вспышку. Или мне показалось? Я уже ничего не понимала. Уши как будто заложило
Стук, рычание, и что-то теплое потекло по моей рубашке… Стало легче дышать, тяжесть тела испарилась.
Я проморгалась и дотронулась до груди, затем поднесла руку к глазам и уставилась на пальцы, которые были в крови. Повернула голову, и тут все звуки снова вернулись ко мне. Стук двери. Крик стражи: «Что не положено!». И еще один ответ: «Мне плевать хотела на то, что положено и где. Я — целитель, без меня они не справятся!». Взъерошенная Ири что-то сжимала в руках. В ее глазах я увидела страх и радость. Стража ворвалась следом.
Я повернула голову в другую сторону, откуда раздавался хрип Роландэла, и сама бы пришла в ужас, если бы чувство радости и облегчения не накрыли с головой.
Роландэл стоял на коленях перед Александром и заливал кровью пол. Его кисть валялась рядом. А Александр, как черный всадник апокалипсиса, нависал над ним. Он, израненный и весь в крови, с диким и испепеляющим взглядом взирал на скулящего эльфа.
Потом развернулся и, не глядя на свою сестру, бросил ей:
— Ири, закрой дверь.
Та немедленно так и сделала, а еще сразу же бросила заклинание тишины. Только не думаю, что крики никто не услышал. Пара выпадов,
