По другую сторону Врат располагался лагерь, объединявший множество различных групп. Под командованием Ранда были Девы и сисвай’аман, а также большинство Хранительниц Мудрости.
Рядом с лагерем Айил расположились Айз Седай. Ранду подчинялись примерно три десятка — все Айз Седай, принёсшие ему клятву верности, и бóльшая часть тех, кого связали Узами его Аша’маны. А это значило ещё две дюжины Аша’манов разного ранга.
Также в распоряжении Ранда был Родел Итуралде со своим войском, состоящим преимущественно из доманийцев. Их король, с узкой бородкой и мушкой на щеке, также находился при армии, но командование он доверил великому полководцу. Следуя жесту монарха, Итуралде направился к нему, чтобы доложить об увиденном. Казалось, Алсаламу было неуютно рядом с Рандом, и он не отправлялся на вылазки, в которых принимал участие Дракон. Такой порядок дел Авиенду устраивал. Она не была уверена, доверяет ли этому Алсаламу.
За палатками Айил располагался лагерь другой большой армии — тайренской, включающей в себя элитный отряд, известный как Защитники Твердыни, возглавляемый человеком по имени Родривар Тихера. С ними тоже был их король — по общему соглашению главнокомандующий союзными армиями, если не считать Ранда.
Тайренцы в планах Родела Итуралде занимали ключевое место. И как бы ни уязвляло это Авиенду, он был прав. Айильцы не сильны в обороне, и хотя, если потребуется, они могли бы удерживать проход, лучше всего было использовать их в нападении.
Для обороны позиций тайренцы подходили идеально. У них были хорошо обученные отряды пикинёров и целое знамя арбалетчиков, использующих арбалеты с новым натяжным механизмом, схему которого оружейники получили только недавно. Всю последнюю неделю они посвятили переделке снаряжения на новый лад.
Была в армии Ранда ещё одна группа войск, которая представлялась Авиенде самой проблемной — Принявшие Дракона, и в большом количестве. Они расположились одним лагерем под флагом, на котором был изображён дракон поверх древнего символа Айз Седай. Эта группа состояла из простолюдинов, солдат, дворян и дам, а также нескольких Айз Седай со Стражами. Этих людей всех национальностей, включая Айил, объединяло лишь одно: чтобы сразиться в Последней Битве, они отринули все клятвы верности, разорвали все былые связи. До Авиенды дошли тревожные слухи о том, что многие айильцы среди них — бывшие гай’шайн, которые сняли белое, утверждая, что наденут его снова после победы в Последней Битве.
Было сказано, что пришествие Ранда снимет с людей все обязательства. При его приближении рушились клятвы, и всё — любой союз, любая верность — всё это было вторично перед необходимостью служить Дракону в последнем сражении за человечество. Отчасти Авиенда желала обозвать это мокроземской глупостью, но, возможно, она слишком легко бросалась этим словом. Хранительнице Мудрости пристало смотреть на вещи более здраво.
Теперь, когда они были по другую сторону Врат, Авиенда, наконец, позволила себе отпустить саидар. Мир вокруг неё потускнел, обострённое чувство жизни и чего-то чудесного испарилось. Каждый раз, отпуская Единую Силу, она чувствовала себя немного опустошённой, радостное возбуждение покидало её, заканчивалось.
Итуралде с Руарком отправились к королю Дарлину, попутно обсуждая план боя. Авиенда же вместе Рандом направилась к его шатру.
— Кинжал сработал, — сказал Ранд. Он опустил руку и прикоснулся к чёрным ножнам, хранившим тупой кинжал. — Артам. Мне приходилось слышать о них в Эпоху Легенд, но создать такой никому не удалось. Интересно, кто же всё-таки сумел…
— Ты уверен, что сработал? — спросила Авиенда. — Может, он следил за тобой, но не выдал своего присутствия.
— Нет, я бы почувствовал его внимание, — возразил Ранд. — Кинжал действительно сработал. Если он будет при мне, Тёмный не сможет почувствовать меня, пока я вплотную не подберусь к Скважине. А когда он обнаружит это, ему будет непросто разглядеть меня и ударить точно в цель. Авиенда, то, что ты найдёшь этот предмет и распознаешь его именно тогда, когда это произошло, что Илэйн отдаст его мне… Узор вплетает всех нас туда, где нам и надлежит быть. — Ранд улыбнулся, потом добавил: — Илэйн показалась мне расстроенной, расставаясь с кинжалом. Думаю, отчасти ей хотелось оставить его себе, ведь он позволил бы ей ругаться, используя имя Тёмного, но не привлекая его внимание.
— Разве сейчас время для шуток? — спросила Авиенда, сердито глянув на Ранда.
— Сейчас смех нужен как никогда, — ответил Ранд, хотя в его голосе больше не было веселья. Когда они добрались до его шатра, к Ранду вернулась тревога.
— Что тебя так беспокоит? — спросила Авиенда.
— Печати у них, — ответил Ранд.
— Что?!
— Только Эгвейн знает, но это правда. Они были похищены. Быть может, из моего тайника, быть может, после того как я передал их Эгвейн.
— Значит, они разбиты.
— Нет, — сказал Ранд. — Я бы это почувствовал. Мне кажется, они выжидают. Возможно, им известно, что разбив печати, они расчистят мне путь к тому, чтобы воссоздать Узилище заново. Они разобьют печати в самый неподходящий момент, позволив Тёмному касаться мира, возможно, дав ему силы сокрушить меня во время нашего поединка…
— Мы найдём способ помешать этому, — решительно заявила Авиенда.
Ранд посмотрел на неё и улыбнулся.
— Воительница, всегда воительница.
— Конечно.
Кем ещё ей быть?
— Меня заботит ещё кое-что. Когда я спущусь к нему, Отрёкшиеся попытаются на меня напасть. Тёмный меня не видит, не знает, где я, и потому направляет часть своих армий на каждый из фронтов. Тень сильно теснит Лана, пытаясь уничтожить его, почти также сильно Тёмный теснит Илэйн в Кайриэне. Похоже, только у Эгвейн есть хоть какие-то успехи.
Он ищет меня на каждом поле боя, направляя туда множество своих тварей. Когда мы нападём на Шайол Гул, то сможем защитить долину от армии. Но Отрёкшиеся явятся через Переходные Врата. То, что мы будем удерживать проход, их не остановит, как не остановит и Повелителей Ужаса, будь то мужчины или женщины. Моё противостояние с Тёмным привлечёт их так же, как привлекло очищение Источника, только в тысячи раз сильнее. Они явятся, с огнём и громом, и будут убивать.
— Мы в ответ тоже.
— Я рассчитываю на это, — сказал Ранд. — Но я не могу взять тебя с собой в пещеру, Авиенда.
Авиенда почувствовала слабость, но тут же набросилась на неё, заколола и бросила подыхать.
— Я так и знала. И не думай спровадить меня куда подальше, в безопасное место, Ранд ал’Тор. Только попробуй, и…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
