Хорошо, что парень в этот момент уже ничего не ел и не пил, а то бы обязательно поперхнулся от грозно наставленных на него очков-биноклей. Но прокашляться все же пришлось. Затем Кремон вопросительно повернулся к Хлеби, расширенными глазами спрашивая о наличии такого закона в действительности. Получив от наставника утвердительный кивок, он вновь повернулся к девушке и в этот момент вспомнил, что она никогда не будет Эль-Митоланом: уж таких чудес, как не выявить Признаки к ее возрасту, просто не бывает в этом мире. Поэтому Кремон облегченно рассмеялся и торжественно пообещал:
– Конечно, не откажу! Обращайся ко мне в любое время дня и ночи. Предъявляешь свои Признаки и сразу же становишься моей первой ученицей.
Казалось бы, на этом беспредметный разговор и закончится, но Мальвика сделала серьезную заявку на то, что в будущем она вполне может стать прекрасным знатоком юриспруденции, потому как продолжила всех удивлять:
– По тем же законам я могу стать твоей телохранительницей в возрасте четырнадцати лет, сопровождать тебя буквально везде и даже спать с тобой в одном помещении. А так как мне уже шестнадцать…
Теперь уже заговорили все одновременно:
– О! Надо же!..
– Ого! Кто бы мог подумать?!..
– Такого не бывает! Неслыханно, ты же девушка!..
– Мне еще этого не хватало!..
– Весьма спорное и пикантное заявление! И ведь есть такой пункт!..
А хозяин замка подвел черту под разговором:
– Везет же некоторым: ни флага, ни имени, а к нему уже ученики толпами валят!
Рассмеялись все, но расходились из-за стола задумчивые. Никто сам себе не мог ответить на вопрос, почему это сиротке вздумалось вести такие разговоры?
Лишь Мальвика злорадно улыбалась под вуалью и с каким-то мстительным удовольствием представляла себя грозной, непоколебимой и решительной в момент «изъятия» своего «наставника» из объятий разных поселковых девиц, которые готовы ложиться под каждого встречного. На вымышленной картинке виделся поникший Кремон, идущий впереди нее с видом побитой собаки и бросающий назад извиняющиеся взгляды на свою несравненную и строгую телохранительницу. И вряд ли тогда повторятся его бессмысленные вечерние похождения и грязные танцульки, о пикантных подробностях которых ей сегодняшним утром поведала общительная молочница. Мальвика многозначительно ухмыльнулась: «А уж Бабу я и на полет стрелы не подпущу к своему учителю. Мерзкий сводник! И Лирна хороша… Подруга называется! Повела Эль-Митолана к бесстыжим шлюшкам! Ничего, я им еще покажу! Все им припомню! Теперь главное – отыскать в себе два Признака. Только вот как их правильно отыскивать? Эх, достать бы ту древнюю книгу…»
А мужчины отправились в подвальные лаборатории. Хлеби – с намерением похвастаться своими успехами перед Давидом Сонным. Кремон – для вспомогательной работы по очистке инвентаря. А Коперрульф – просто за компанию. Еще на лестнице они забыли о малолетней любительнице странных законов и обсуждали лишь свои насущные проблемы. В самой лаборатории протектор указал рукой на один большой котел, в котором уже несколько дней бродила резко и противно пахнущая густая закваска:
– Эту смесь мы сейчас тоже проварим и, если опять не получится, выкидывать не будем. То, что у нас останется в итоге, захватим в долину.
– Все-таки хочешь попробовать оплавить свои неудачные составы огнем из литанры? – Давид с плохо скрываемой брезгливостью принюхался к небольшой кастрюльке с черной смесью и отпрянул из-за едкого запаха: – Кошмар! Как вы тут дышите?
– Ха! Дело привычки! – засмеялся Хлеби, устанавливая и зажигая под котлом газовую горелку. – Тебе тоже через пять минут понравится. А вот здесь у меня та самая кислота. Смотри…
Он достал из штатива небольшую пробирку и стал подробно объяснять свойства чуть замутненной, густой жидкости. Свойства были такие диковинные, что и дворецкий, и ученик старались не пропустить ни единого слова.
Минут через десять хозяин замка спохватился, расслышав тяжелое и ленивое бульканье, и поспешил к котлу:
– О! Уже закипает. Скоро начнем добавлять ингредиенты. Кремон, дай мне лопатку для перемешивания.
Парень со скрытой улыбкой протянул наставнику ту самую, которую он сделал вчера. Заметит или не заметит, что смола не прилипает? Не заметил…
– Вот так лучше! – Хлеби снова обратился к ученику: – Тщательно вымешивай, чтобы на стенках не прилипало – Стряхнув лопатку о край котла, он передал ее Кремону, а сам поманил Давида за собой к самому большому столу. – Сегодня утром мне пришла в голову одна великолепная идея…
Но так и замер на полпути. Сонный, по инерции шагнув вперед, остановился и с удивлением воззрился на коллегу:
– Да уж! Видать, идея действительно гениальная, раз ты в ступор впадаешь от одного воспоминания о ней.
Но хозяин замка и не подумал улыбнуться на шутку. Он медленно, не двигая шеей, повернулся назад всем корпусом и уставился на стоящих у котла мужчин. Коперрульф как раз делано зажимал нос и что-то говорил Кремону по поводу запахов, а молодой колдун с пониманием утвердительно кивал и улыбался. Но Хлеби смотрел не на них конкретно, а на лопатку в руках Кремона. Да так смотрел, что через минуту все это заметили и вопросительно затихли.
– Чем это ты мешаешь? – заинтригованным голосом спросил хозяин замка.
– Да вот, – довольно улыбнулся молодой колдун, – вчера попробовал сделать такое орудие труда, чтобы смола не прилипала. Вроде получилось…
А наставник уже был рядом и чуть ли не вырвал кустарное изделие из рук ученика. Забыв о разогревающемся котле, он осторожно ощупал лопатку, затем принялся гнуть ее, стучать ею по стенке котла и напоследок сунул плоскую часть в горящее пламя. Лопатка от жара вздулась пузырями и свернулась, испустив при этом неприятный резкий дымок. И тут же загорелась, выделяя густой дым с копотью. Не обращая внимания на чадящее пламя, Хлеби пальцами загасил его и принялся выравнивать деформировавшееся при горении изделие. Для фиксации наложил тонкий слой льда, который тут же испарился. Но лопатка вновь стала прочной и гибкой. Тогда наставник бросился в угол лаборатории, где находились инструменты и приспособления для работы с деревом и металлом. Минут десять он с неразборчивым ворчанием рубил, пилил, сверлил и резал многострадальную лопатку. Капал на нее разными растворами и кислотами.
А затем продолжительно вздохнул, уселся на верстак и обвел всех немного растерянным, но довольным взглядом.
– Опытные Эль-Митоланы учеников в лаборатории не пускают. Выходит, что я неопытный, раз впустил, заставил работать, да еще и не присматривал при этом за ним. Или опытный до гениальности. Ибо мой ученик… – Он осекся, будто что-то вспомнил, испуганно вздрогнул и поспешно спросил у Кремона: – Надеюсь, ты сможешь нам сейчас повторить весь процесс изготовления?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
