— Ты не выйдешь отсюда, пока я не получу самое полное, обстоятельное и исчерпывающее объяснение; — заявил барон.
— Вы чересчур просто говорите о Салусе Секундус, — заметил Хават.
— Подумаешь! Исправительно-каторжная колония, только и всего, — отмахнулся барон. — На Салусу Секундус вся Галактика отсылает самую последнюю сволочь. Отребье. Ну и что еще надо знать об этой дыре?
— Хотя бы то, что условия существования на каторжной планете тяжелее, чем где-либо, — ответил Хават. — Вы, надо полагать, знаете, что уровень смертности у новичков превышает шестьдесят процентов. Что Император как только может угнетает их. Вы знаете все это — и не задаете никаких вопросов?..
— Император не позволяет Великим Домам инспектировать его каторгу, — проворчал барон. — Так зато и он не заглядывает в мои темницы.
— И всякое любопытство относительно Салусы Секундус, как бы это сказать… э-э… — Хават приложил узловатый палец к губам, — не поощряется.
— Надо полагать, ему нечем гордиться на этой планете! Хават позволил легкой улыбке коснуться его темных губ. Он посмотрел на барона, и его глаза сверкнули в свете плавающих ламп.
— И, значит, вы ни разу не задумывались, где Император берет своих сардаукаров?
Барон выпятил пухлые губы, что придало ему вид надувшегося ребенка. С раздражением в голосе он сказал:
— Н-ну… он набирает рекрутов… то есть все знают про наборы… вот и берет из новобранцев, наверное…
— Ф-фа! — фыркнул Хават. — То, что рассказывают о военных успехах сардаукаров, не относится к простым слухам… верно? Это — рассказы немногих уцелевших в схватках с ними. Так?
— Сардаукары — великолепные бойцы. Кто сомневается? — возразил барон. — Однако я полагаю, что и мои легионы…
— Туристы-отпускники по сравнению с Императорскими сардаукарами, — скривился Хават. — Или, может, вы думаете, я не понимаю, почему Император обрушился на Дом Атрейдес?
— В эту тему тебе лучше не углубляться, — предупредил барон.
Возможно ли, что он сам не знает истинных причин, побудивших Императора к этой операции? — удивился Хават.
— Мне следует углубляться в любую тему, коль скоро она относится к моим обязанностям, — возразил Хават. — Не для того ли вы меня и взяли на службу? Я ведь ментат, а от ментата нельзя скрывать информацию и нельзя ограничивать его в направлении расчетов.
Целую минуту барон пристально смотрел на Хавата и наконец пробурчал:
— Ну давай, ментат. Выкладывай.
— Падишах-Император ударил по Дому Атрейдес потому, что военачальники герцога, Гурни Халлек и Дункан Айдахо, сумели сформировать и обучить войска, вернее, совсем небольшое для начала войско из бойцов, практически ни в чем не уступающих сардаукарам. А некоторые бойцы были даже лучше их! Более того, герцог имел полную возможность увеличить это войско и добиться, чтобы оно стало столь же Сильным, как Императорский Корпус Сардаукаров.
Барон долго обдумывал эту новость. И наконец поинтересовался:
— А при чем здесь Арракис?
— Арракис здесь при том, что он является потенциальным источником рекрутов, прошедших самую суровую школу выживания.
Барон потряс головой:
— Уж не фрименов ли ты имеешь в виду?
— Именно фрименов.
— Ха! Стоило же посылать Раббану предупреждение! После сардаукарских погромов и притеснений Раббана — сколько их могло уцелеть? Какая-то горстка!
Хават молча смотрел на него.
— Не больше горстки, — повторил барон. — Да только за истекший год Раббан уничтожил тысяч шесть!
Хават продолжал молча его разглядывать.
— А за год. до того — девять тысяч, — добавил барон. — И сардаукары постарались: До их вывода с планеты они, я думаю, истребили тысяч двадцать!
— А каковы потери войск Раббана за те же два последних года? — осведомился Хават.
Барон потер свои многоярусные подбородки.
— Хм… ну да, действительно, он все время требует пополнений и рекрутов набирает в довольно широких масштабах. Его вербовщики сулят такие немыслимые блага…
— Для круглого счета — тысяч тридцать, не правда ли?
— Не многовато ли? — усомнился барон.
— Отнюдь, — возразил Хават. — Я умею читать между строк отчетов Раббана не хуже вашего. И вы, несомненно, разобрались в моих отчетах по информации от наших агентов…
— Арракис— планета суровая, — свел брови барон. — Одни только бури могут причинить…
— Мы оба знаем цифры, в которых выражаются потери от бурь, — ответил Хават.
— Ну а если он действительно потерял тридцать тысяч? Что из того? — побагровев от гнева, спросил барон.
— По вашим подсчетам, — продолжал Хават, — за два года он уничтожил пятнадцать тысяч фрименов, потеряв вдвое больше. Вы утверждаете, что сардаукары истребили еще двадцать тысяч или, может быть, немного больше. А я видел их транспортные декларации на вылет с Арракиса. Если они действительно убили двадцать тысяч, то их потери составили пять к одному. Может быть, стоит все-таки заметить эти цифры и понять, о чем они говорят, мой барон?
Нарочито холодно барон уронил:
— Это — твоя работа, ментат. Так что они значат, эти цифры?
— Я уже сообщал вам данные отчета Дункана Айдахо по сиетчу, который он посещал, — напомнил Хават. — Все сходится. Если у них хотя бы двести пятьдесят таких общин-сиетчей, то фрименское население планеты составит не менее пяти миллионов человек. А согласно моим оценкам, таких сиетчей по крайней мере вдвое больше! На такой планете население вынуждено рассредотачиваться.
— Десять миллионов?!
От изумления щеки и подбородки барона дернулись.
— По меньшей мере десять.
Барон поджал пухлые губы. Маленькие глазки в упор разглядывали Хавата… Интересно, подумал он, неужели это действительно результаты расчетов, а не блеф? Как же это никто и не заподозрил?
— Мы даже не повлияли сколько-нибудь заметно на прирост населения, — добавил Хават. — Мы только, так сказать, отбраковали слабейших, дав сильным возможность стать еще сильнее. Все как на Салусе Секундус!
— Салуса Секундус! — рявкнул барон. — Да при чем тут императорская каторжная планета?!
— Кто пережил Салусу Секундус, тот становится куда крепче и выносливее большинства остальных, — пояснил Хават. — Добавьте сюда хорошую военную подготовку — самую лучшую — и…
— Чушь! Если следовать твоим аргументам, я могу набирать в свою армию фрименов — после того как они претерпели притеснения от моего племянника!
Хават спокойно спросил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
