во многих селах действуют культурно-художественные группы, которые устраивают представления по воскресеньям и в дни народных праздников и тем самым способствуют повышению культурного уровня и укреплению социалистического сознания в рядах крестьянских масс. Так, например, крестьяне культурно-художественного общества «Вперед» из села Верхняя Мрдуша в честь праздника Первого мая исполнили разнообразную программу боевых песен в сопровождении гармоники и несколько народных танцев, в то время как драматическая секция того же общества сыграла одноактную пьесу «Триумф народа», которую с большим интересом смотрели несколько сот крестьян. Большинство их пришли из соседних сел пешком исключительно ради того, чтобы участвовать в общенародном веселье. Подобные культурно-художественные общества созданы уже и во многих других селах Далматинского Загорья.
З а н а в е с.
КАРТИНА ВТОРАЯ
Там же. Входит А н д ж а, а вскоре — Ш к о к о.
Ш к о к о. Анджа, где ты пропадаешь, мое солнышко? Совсем тебя не видать в последнее время. Все сидишь дома, прячешься, словно и видеть-то меня не хочешь…
А н д ж а. А иди ты к дьяволу, вот что! Думаешь, я буду бегать за тобой? Как бы не так! Я еще в своем уме! Хоть бы за тобой золото сыпалось. Ввязался в ссору с этими, из артели, а обо мне и думать позабыл.
Ш к о к о. Не позабыл я, Анджа, клянусь девой Марией! Каждый раз, как иду мимо твоего дома, начинаю петь во весь голос, чтобы ты на крыльцо вышла, а тебя все нет и нет.
А н д ж а. Даст бог здоровья и счастья тому, кто тебе поверит.
Ш к о к о. Анджа, клянусь тебе святым воскресением, Анджа! Если бы ты знала, как я горю, когда ты рядом со мной. (Ущипнул ее за бедро.)
А н д ж а (взвизгивает). А-а-а-а-а! Чтоб тебе счастья вовек не видать! Убери от меня свои лапищи! Я тебе не какая-нибудь городская шлюха, чтоб ты меня щипал.
Ш к о к о. Анджа, красавица моя… Если бы ты меня хоть разок пустила до себя, тебе было бы слаще, чем после святого причастия…
А н д ж а. Вот еще! Такого красавчика! Что я, с ума, что ли, сошла! Катись ты к Майкаче, пусть она тебя на себя пущает!
Ш к о к о. На кой мне сдалась эта Майкача! Я с тобой куда лучше разогреюсь. Скажи мне, Анджа, почему ты не допускаешь меня поближе?
А н д ж а (смутившись). Да так уж…
Ш к о к о. А зачем же сюда позвала?
А н д ж а. А я и не звала! Это учитель нас обоих позвал.
Ш к о к о. Учитель? А зачем?
А н д ж а. Да вот… насчет этого представления… Амлет. Мы с тобой представлять будем, знаешь? Ты будешь Амлет, а я — Омелия.
Ш к о к о. Ну хорошо, а кем они друг другу приходятся, эти Амлет и Омелия, а?
А н д ж а. Да как бы это тебе сказать… Любят они друг друга…
Ш к о к о. Ага! Вот то-то и оно! Теперь я уж для тебя не тот, кто я взаправду есть, а я для тебя теперь — Амлет… А скажи, тут, в представлении в этом, есть такое, чтобы Амлет и Омелия на соломке валялись? Если нет этого, я и представлять не буду, так ты и знай!
А н д ж а. Ох, нечистый тебя забери, у тебя только солома в голове!
Ш к о к о. Анджа, душа моя, как я тебя увижу, такую пухлявенькую… Ну что мне тогда может в голову войти?.. А что, мы с тобой только вдвоем будем представлять или там еще кто будет?
А н д ж а. Не, не вдвоем! Тут тебе еще и мой тятя, и Букара, и Майкача, и Мачак, и Шимурина.
Ш к о к о (сразу же становится серьезным). Что? И почему это ты мне сразу не сказала? Прости меня, Анджа, и отцу твоему — всякое почтение, но с ними я не буду… Скажи учителю: спасибо ему большое, что меня выбрал… да пусть поищет кого другого. Прощай! (Хочет уйти.)
А н д ж а (бросается к нему). Погоди, Иоца, постой! Скажи мне ради бога — почему это ты?..
Ш к о к о. Ты ведь знаешь, Анджа! Они отца моего ни за что ли про что в каталажку засадили. Не могу я с ними вместе шута валять.
А н д ж а. Иоца, заклинаю тебя девой Марией, не уходи… Не уходи… ради меня. Знаешь, отец меня в последнее время никуда из дому не выпускает. Только тут и можем с тобой встречаться. Если ты уйдешь, мы долго не увидимся.
Ш к о к о. А почему это отец тебя не пускает со мной на улице встречаться? Что я ему плохого сделал? Да ведь он мне тебя обещал…
А н д ж а. Ничего ты ему плохого не сделал. Вот он даже сказал учителю, чтобы тот тебя Амлетом назначил. И Букару уговорил — тот сперва было воспротивился. Не делал бы он этого, если бы что против тебя имел. Просто ты ведь знаешь, какой он. Не хочет, чтобы мы до свадьбы встречались… Останься, Иоца, нам хорошо будет! Ты — Амлет, а я — Омелия!
Ш к о к о. Да как же это я… Пойми ты… Что скажет мой отец, когда узнает, что я с ними представляю?! Да он прав будет, если мне в рожу плюнет!
А н д ж а. А что будет, если мой отец осерчает на тебя за то, что ты ушел? Он совсем не разрешит нам с тобой встречаться. Если уж ему что втемяшится в голову, всякое ведь может быть. Иоца, прошу тебя, если ты меня любишь…
Пауза.
Ш к о к о. Ну ладно, останусь я… Но это только ради тебя, так и знай!
А н д ж а. Иоца… скажи, Иоца, ты и вправду на мне женишься или ты это только так говоришь?
Ш к о к о. А ты мне сначала скажи: люб я тебе?
А н д ж а. Да… люб…
Ш к о к о. Не надо мне никакой божьей милости, Анджа, только бы это от тебя услышать… Дай-ка я чуток поприжму тебя! (Обнимает ее.)
А н д ж а (вырывается). Иди ты от меня к черту. Ты чего? С ума свихнулся!
Ш к о к о. Дай мне хоть понюхать, как ты пахнешь! (Обнимает ее.)
А н д ж а (вырывается). О, чтоб тебе счастья не видать, оставь ты меня в покое! Что ты навалился на меня, ровно козел!
Ш к о к о (тискает ее и шлепает по заду). Анджа, ну до чего же ты толстомясая, спаси нас дева Мария!
А н д ж а (визжит). А-а-а-а! Холера тебя возьми! Шлепай ты своих городских шлюх, а не меня… Ой! Идет кто-то!
Входят П у л ь о, Ш к у н ц а, Б у к а р а, М а ч а к, Ш и м у р и н а.
П у л ь о. Только смелей, товарищи! Это подойдет, а, учитель?
Ш к у н ц а. Ну, на худой конец неплохо и здесь.
Букара громко рыгает.
Ш и м у р и н а. Что это у тебя, товарищ Мате, желудок, что ли, испортился?
Б у к а р а. Да не то чтобы испортился, а просто я объелся. Вот вчера вечером Мачак барашка зарезал, ну, позвал меня и Миле. Сидели мы, сидели, да и
