— Бутыль, закупоренная головой летучей ящерицы… — слова звучали неестественно спокойно, будто маг всеми силами сдерживает дрожь в голосе, — налей один глоток — не больше и не меньше — в мой мерный кубок.
По спине Фогара побежали ледяные мурашки. Эразм никогда не позволял ученику даже дотрагиваться до той бутыли. Однако подмастерье слишком хорошо знал, что в ней яд, изменяющий разум, порою необратимо. Однажды пару гоббов — заместителей погибшего Карша заставили выпить по глотку из фляги в качестве наказания за непослушание. Те демоны вышли из покоев повелителя с выпученными глазами, по подбородкам стекала слюна. После они были пригодны лишь для простейших заданий, да и то под присмотром. Неужели колдун догадался о причине своей неудачи и решил заставить Фогара самому приготовить себе яд?
Пытаясь не выдавать обуявший его ужас, подмастерье выполнил приказ мага. Первое, чему его научил колдун, — точность измерений. Полки были уставлены сосудами самой разной величины. Фогар сам чистил их специальными настоями, поскольку вода для такого дела не годилась.
Охваченный ужасом, юноша искал кубок с разметкой. Осколки знаний, почерпнутых из дюжин ритуалов, в которых он участвовал с подобным же оснащением, внезапно начали собираться в единую, ранее не осознаваемую картину.
Да, но как же то, другое воспоминание, в котором Эразм был здоров и собирался наказать Фогара? Неужели время раздвоилось?
Не говоря ни слова, хотя в голове крутилась добрая сотня вопросов, юноша сделал как велено: поставил на стол крошечный кубок величиной едва ли с пару наперстков и наполнил до краев. Вворачивая пробку обратно, Фогар чуть не задохнулся. Сильные и резкие испарения ударили прямо в нос.
— Подай сюда, лодырь! — раздраженно приказал Эразм.
Но какой из Эразмов стоял перед Фогаром? И вдруг временные потоки сейчас сольются?
Юноша осторожно передвинул бокал но столу к рукам волшебника, который, видимо, сам того не сознавая, держал их, будто сжимая хрустальный шар. Однако на этом обязанности подмастерья не закончились.
— Теперь, — колдун низко склонил голову, в меньшей степени (как подумал Фогар) подчеркивая собственную значимость, в большей — выражая глубокое почтение к черной магии, — принеси с четвертой полки фолиант в чешуйчатом переплете — книгу Азурбен-Эмпола.
Фогар направился к высоким стеллажам. Требуемая книга нашлась сразу же — он не раз держал ее в руках, но так и не избавился от неприятного чувства, рождавшегося от одного прикосновения к переплету. Подмастерье испугался, что выронит книгу, и торопливо вручил ее Эразму.
— Ну, покажи, чему выучился, хотя сообразительности тебе никогда не хватало. Открой третью песнь Эльтуса и не вздумай прикидываться дурачком. Раньше ты сотни раз твердил ее наизусть, просто тебе и в голову не приходило, заклинание какой силы ты читал.
Фогар положил книгу на стол, она охотно раскрылась на нужной странице. Юноша напрягся и тут же заставил себя расслабиться. Если хозяин притворяется слепым, дабы проверить ученика, непокорное выражение лица может принести юноше ту же участь, что и несчастным гоббам.
— Читай! — приказал колдун.
Фогар чеканил слова, смысл которых оставался туманным. Однако на этот раз каждое слово болью отдавалось в ушах и впивалось в мозг.
— Ассуа ден юлит… — Едкий запах жидкости в кубке ударил в нос, затем устремился в горло и окутал легкие. Неужели заклинание настолько пропитано тьмой, что чистый воздух бессилен обратить его в слова? — Салосса… — Фогар едва не закричал — с такой болью звук обрушился на его мозг. Теперь юноша знал правду, ведь он гораздо лучше разбирался в магии, чем полагал Эразм. Прежнее воспоминание о том, что случилось в комнате, было ненастоящим — зато эту память следует хранить, как зеницу ока!
Черный маг осторожно поднял руку. Когда его пальцы сомкнулись на кубке, колдун не поднес чашу к губам (но и Фогару не протянул, за что юноша возблагодарил Ветер), а тихонько поставил туда, где прежде покоился шар с клубящимся цветным туманом.
— Реваер, — закончил юноша и приступил к следующему предложению: — Апполенектер!
Судя по пометкам на полях, слово обозначало либо приказ, либо имя; Фогар постарался, чтобы и звучало оно соответственно.
— Апполенектер! — повторил юноша и вдруг понял, что читает: заклинание для призвания слабых демонов. Слабых, поскольку Великие снисходили до ответа лишь после неукоснительного выполнения всех церемоний и кровавых жертвоприношений , причем в черных целях использовали не только животных.
Меж ладоней колдуна возник смерч из черного дыма.
Мгновение спустя тварь — Фогар не мог подобрать для нее более подходящего названия, хотя монстр и напомнил ему каменные статуи с хищными мордами, взирающие с углов башни, — по-турецки уселась на столе. Видимо, в знак приветствия, демон хлопнул над круглой лысой головой пепельно-серыми крыльями. Нелепое, как и гоббы, существо не проявляло и толики подобострастия демонов, напротив, держалось нагловато.
Тварь захихикала — рот у нее был от уха до уха. К удивлению Фогара, последовавшие слова прозвучали на общем языке долины. Неужели она хотела, чтобы и Фогар понимал ответы… Или просто желала поставить Эразма на место?
— Что, магом третьего уровня себя возомнил? — усмехнулась горгулья. — Думал, способен вызвать одного из Великих? Глупый человечек! Неужели и впрямь решил, что раз поработил людишек, то можешь запросто общаться с… — бесенок коснулся рогатого лба когтистой лапой, выражая крайнее почтение, — с Заасбином?
Рука Эразма сжалась в кулак.
— Молчать, нечисть, иначе увидишь, что мои когти подлиннее твоих! Может, хочешь позабавить меня, сидя на привязи? — С многозначительной улыбкой колдун очертил пальцем в еще клубившемся тумане пару колец, соединенных цепью. Парящий в красных отблесках символ был не чем иным, как наручниками.
Тварь перестала хихикать и насупилась.
— Истина существует, пусть даже до таких, как ты, она доходит с трудом. Да, покуда тебе везло. Противник до сих пор не брался за тебя всерьез…
— Противник? — почти шепотом переспросил Эразм, обращаясь скорее к себе, нежели к бесу. — Какой противник? Члены ордена скованы Договором, и даже магия леса…
— Однако ты просишь помощи, — чирикнул бесенок, — чтобы подобраться к самому Ветру! Угрожай мне, как тебе заблагорассудится, безумец, ты уже вырыл яму, в которую упадешь. Магия леса во много раз превосходит по силе все, с чем ты когда-либо сталкивался.
— От тебя, презренное отродье, мне нужен лишь один точный ответ, — процедил сквозь зубы колдун. — В чем моя слабость?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
