на одного толпой — вас сразу отстрелят остальные мятежники. Нужно хотя бы примерно разобрать цели. И не геройствуйте, отрываясь дальше в атаку — вышли, ликвидировали миномёты и спешно отходим. И да, никакого «УРА!» — ведём себя тихо. Чем тише подойдём, тем больше шанс выполнить поставленную мной задачу. Вопросы есть?
— А как их ликвидировать? — спросил Туманов.
— Миша, каждый из вас получил по одной противопехотной гранате. Хотя бы одну в ствол миномёта и порядок. Больше он причинять нам неприятности не будет.
Спустя двадцать минут, когда огонь по окнам общежития почти стих, двери одного из чёрных ходов ожили. Открывшись, они выпустили десяток юнармейцев, одетых в камуфлированные штаны, берцы и тельники, и почти сразу же закрылись. Ведомые командиром, он бежали молча.
Мятежники не сразу заметили группу людей, бежавших со стороны общежития — сейчас из взгляды были прикованы на треск автоматных очередей, исходивших с одной из главных улиц, ведущих к комплексу. Миномёты молчали, ожидая новой порции боеприпасов. Именно в этот момент, почти достигнув цели, юнармейцы обрушили на них шквал противопехотных гранат. Неиспользованными остались только у пары человек — Туманова и самого Сергея. Как только бойцы ЮнАрмии залегли, прижимаясь разгорячёнными телами к мёрзлому асфальту, раздались взрывы. Мятежники опомнились, но слишком поздно — Ершов и Михаил подскочили к миномётам и ловко бросили внутрь стволов взрывчатку. И тут же, не дожидаясь взрывов, кинулись на оставшихся в живых в миномётных расчётах. Кому-то достались уже раненые мятежники, других сковало удивление от нежданной атаки защитников общаги — но всё вместе дало большую фору людям Ершова. Рукопашная стала скоротечной — пару минут, не больше. Заодно в трофеи достался один ПКМ с полным боезапасом и с десяток «калашниковых» разных моделей. Понимая, что пока назад ход отрезан, Сергей приказал своим бойцам организовать круговую оборону.
Оставшиеся в живых мятежники сразу переключили своё внимание на горстку юнармейцев. Постоянно отстреливаясь, те пытались обозначить огневые точки противника для оставшихся внутри общежития защитников и те оценили такую помощь — оставшимся боезапасом сумели подавить их большинство.
— Как только у нас кончится боезапас, снова идём в рукопашную! — прокричал Ершов. — Уйти обратно уже не получится, так хоть продадим наши жизни за дорого! Никто кроме нас!
— Никто кроме нас! — поддержали его бойцы ЮнАрмии.
* * *
Маша Федотова сидела на броне БМП, которым командовала сама Катя Буряк. Лейтенант уже ликвидировала несколько мятежников, а сейчас буквально впивалась взглядом в окна и двери домов — получить пулю ей хотелось меньше всего. Внезапно БМП остановился и сразу же заработал АГС-17. Девушка пригнулась, чтобы не попали осколки, потом отряхнула пыль на прицеле винтовки и снова приникла к оптике.
БМП как раз выскочил на небольшую площадь, где происходило сражение — несколько мелких фигурок в тельниках были зажаты у угла одного из зданий. Там же валялись два миномета. Мгновенно оценив картину боя, она приникла к гарнитуре в ухе и микрофону.
— Я — «Василёк-1» Вижу наших! Они предприняли вылазку и уничтожили вражеские миномёты. Катя, нужно помочь им!
— Маш, где? — мигом откликнулась та.
— Слева, на десять часов.
— Ага, вижу… Ёптыть! Да это же сам Ершов! Маш, прыгай с брони! Я сейчас шваркну «Корнетом» по этим уродам, атакующим Серёгу!
Через минуту сразу две ракеты ушли к обидчиками юнармейцев. Если бы вместо Ершова командовал боем кто-то из его ротных, быть беде — у них не было того опыта, что имел Сергей. Он мгновенно понял, кто стреляет и зачем стреляет. Поэтому мигом отдал команду залечь.
Волна осколков прошуршала над головами бойцов ЮнАрмии. Когда Ершов осторожно высунулся над мешком с песком, вокруг их небольшого островка обороны в живых не осталось никого из мятежников. БМП на полном ходу рванул к ним и вскоре замер у самого бруствера, повернувшись к нему боком. Спустя несколько секунд очередь из ПКТ и орудия кучно прошлась по противоположной части площади. Тут же из улицы вырулил танк, который сразу же выстрелил по тем же позициям путчистов, кроша в пыль их временные укрепления. За ним, словно чёрт из табакерки, вырулил ТОС. Пара минут и оборонительная позиция мятежников окуталась волной всепожирающего огня. Только после этого башенка БМП пришла в движение, открылся люк и из него высунулась голова старшего лейтенанта с потным и в разводах пыли лицом. Встретившись взглядом с Ершовым, девушка подмигнула ему.
— Ну как, Серёга, успели мы?
— Мля… ты даже не представляешь как вы вовремя, Кать, — мотнул он головой и улыбнулся.
— Почему нет, представляю, — ухмыльнулась она. — Небось, боезапас почти в ноль и хотел в рукопашку?
— Выхода другого не было, — пожал он плечами окончательно выбравшись из-за укрытия. — Сначала эти суки где-то нашли миномёты, а потом понял, что обратно нам просто не дадут уйти. Вот и решили продать свои жизни подороже.
— Эт ты брось! А мы на что? Сам знаешь, что Первая Отдельная — это дружба навсегда. Минуту! Меня тут Илья вызывает… — она снова юркнула в башенку и уже оттуда Ершов услышал её голос. — Да, Илья! Только что ворвалась на площадь перед комплексом. Да! Подавила практически все огневые точки! Видела Ершова. Он предпринял попытку ликвидации вражеских миномётов. Он успел и я успела — у него боезапас кончался и старлей хотел уже идти врукопашную. Так точно! Сейчас перегруппируюсь и встану под защиту общежития. Конец связи! — она снова вылезла наружу. — У меня для вас небольшой подарок — в отсеке несколько ящиков с патронами, — подмигнула девушка. — Дай команду своим бойцам, пусть загружаются на борт БМП. Подъедем ко входу и сразу встанем за защиту вас. Вон и остальные подъезжают, — кивнула она в сторону выезжающих на площадь двух БМП и ещё одного танка. — Пусть только сунутся, сразу узнают, что такое бронетехника ЮнАрмии.
Тем временем. Аэропорт Толмачёво
Юля Новикова только что получила радиограмму от самого главного из юнармейцев — самого майора Еромлаев. Получила и сразу расплакалась. Так, со слезами счастья, она схватила листок и устремилась к трём генералам беседующим около скопления техники. За пару десятков шагов до них она перешла с бега на шаг и, почти чеканя его, подошла вплотную. Первым её заметил Виктор Сергеевич.
— Что случилось, сержант? Потери? — попытался он угадать.
— Никак нет, — улыбнулась она сквозь слёзы. — Наших деблокировала танковая рота старшего лейтенанта
