был коренастый солдат с всклокоченной бородой по имени Секст Порций Блез, и он был единственным из легионеров, встречавшихся Фигулу когда-либо на его пути, , который был мощнее и крупнее его. У Блеза также был темперамент, соответствующий его впечатляющему телосложению. Вдали от поля битвы Блез был ленивым игроком, которого заботило только то, где он можно было раздобыть свой следующий бурдюк дешевого вина. Но во время боя он превращался в бесстрашного воина, вселявшего ужас в сердца своих врагов. Фигул был просто благодарен судьбе, что они сражаются на одной стороне.
Рулл покачал головой: - Я думаю, что с Линдинисом все по-другому. Вы знаете, на что похожи дуротриги. Ненавидят наши кишки больше, чем любое другое племя в Британии. Не могу представить, чтобы эта компания управлялась нами и не поднимала шума.
- Тем больше причин заказывать напитки, когда мы на суше, - заявил Блез, потирая руки и причмокивая. - Я слышал, что в Новиомагусе можно найти много хорошего и дешевого вина. И сегодня вечером я планирую попробовать и то и другое.
Рулл рассмеялся: - Вы, германцы, все одинаковые. Все, о чем ты заботишься, это где достать следующую выпивку.
- Попозже будет много времени для пирушек, - вставил Фигул. - Сначала мы должны выполнить это задание.
Ледяной ужас скрутил внутренности Фигула, когда он обратил свои мысли к заданию, которое ему поручил легат Второго легиона. Луций Элиан Целер приказав Фигулу возглавить отряд солдат из Шестой центурии и немедленно вернуться на материк. Им было поручено сопровождать имперского посланника и изгнанного правителя дуротригов в отдаленное поселение Линдинис. Как только они благополучно прибудут, они должны будут помочь возвести вождя Тренагаса в должность правителя. Оптион был выбран для этой миссии после спасения нескольких римских пленных из лап туземцев на Вектисе. Но Фигул знал, что сопровождать своих подопечных через территорию дуротригов будет далеко не просто. Прошлым летом он сражался на их землях, и даже после того, как дуротриги были полностью разгромлены в битве, их воины разбежались, а друиды изгнаны из крепостей на холмах, они отказались сдаться. Не проходило и дня, чтобы конвой с припасами не подвергся нападению или какой-нибудь отдаленный форт не был разрушен до основания. Был определенный шанс, что отряд Фигула попадет в засаду. Что еще хуже, Целер предупредил Фигула, что если посланнику или правителю дуротригов будет нанесен какой-либо вред, его военной карьере придет конец. Отбросив тревогу, Фигул оглянулся на Рулла, в тот момент, когда ветеран сузил глаза за нос и сплюнул за борт палубы.
- Нам следовало остаться на Вектисе, - пробормотал Рулл себе под нос. - Охрана какого-то вождя-изгнанника и его имперского лакея - задача не для настоящих солдат, господин. По крайней мере, если бы мы остались на Вектисе, мы бы хорошо повоевали с врагом. - Он одарил Фигула желтозубой ухмылкой. - Не говоря уже о том, чтобы получить нашу долю добычи. Лишняя монета пригодилась бы для моего пенсионного фонда, - с сожалением добавил он.
Фигул пожал плечами:- Легат сказал, что ему нужны лучшие люди для этой работы. Это оказывается мы. Итак, мы здесь.
Блез покачал головой и цинично рассмеялся: - Иногда мне хочется быть дерьмовым солдатом, господин. Сделайте мою жизнь немножечко полегче.
- Лучшие люди, говорите? - Рулл вздернул подбородок, глядя на молодо выглядевшего легионера. - Даже этот дурачок?
Все взгляды обратились на легионера, склонившегося над бортом палубы, которого сильно рвало, и он выплескивал содержимое своего желудка в бурлящую воду моря. Фигул наблюдал, как Гай Аррий Хельва выплюнул горькие остатки рвоты и громко застонал, перекрывая шипение и всплеск моря, к общему удовольствию других солдат, собравшихся на палубе. Хельва была батраком из Кампании, одним из новобранцев, недавно присоединившихся к Шестой центурии из резерва, расквартированного в Гезориакуме. Ряды Второго легиона были сильно истощены с тех пор, как началось вторжение в Британию, и каждый новобранец немедленно с подозрением относился к своим закаленным в боях однополчанам, которые по опыту знали, что существует резкая разница между суровостью легионерской подготовки и боевыми действиями в реальном бою. Но до сих пор Хельве удавалось удерживать свои позиции среди рядовых, несмотря на временную наивность и юношеское безрассудство - черты, которые Фигул распознал в нем с первых дней карьеры нового легионера. Хельва умоляла Фигула включить его в отряд, и оптион почувствовал в рекруте стальную решимость доказать товарищам свою ценность. Его энтузиазм и беззаботный характер были хороши для поднятия боевого духа, и он обладал природными навыками охоты на животных, поэтому Фигул выбрал его для этой миссии. Но теперь он начал немного сожалеть о своем решении.
- К химерам Нептуна! - прохрипел Хельва, когда выпрямился и отвернулся от моря. Краска заметно сошла с его лица, а в глазах появилось полное отчаяние. - Клянусь богами, я никогда не ступлю даже на лодку, пока жив.
Мужчины рассмеялись. К нему присоединился даже Рулл, на время забывший о собственном дискомфорте в море: - Ты худой придурок, - рявкнул он. - Если ты больше никогда не сядешь на лодку, то как, химера тебя побери, ты вообще собираешься возвращаться домой?
Хельва вытер рот тыльной стороной ладони и на мгновение задумался. Затем его глаза расширились: - А, ведь верно! Вот дерьмо …
Фигул от души усмехнулся и кивнул в сторону набережной:- Твои страдания почти закончились, парень. Мы собираемся причаливать.
«Протей» скользил по водам гавани, направляясь к пустому причалу между двумя пришвартованными транспортными галерами. Фигул заметил сухой док слева от причала, куда была вытащена пара кораблей снабжения для ремонта повреждений, нанесенных их корпусам недавними штормами. В этот момент один из палубных матросов издал резкий крик, и триерарх начал выравнивать нос корабля, в то время как палубные матросы принялись за дело, хватаясь за швартовые канаты, сложенные по обоим концам корабля, и бросая их собравшимся докерам на набережной. Как только рабочие поймали канаты, они быстро прикрепили их к прочным столбам на краю дока. Закрепив корабль, триерарх наполнил легкие и отдал приказ опустить трап. Затем Фигул приказал двум группам людей под его командованием высадиться. Один за другим шестнадцать солдат Шестой центурии спустились по узкому деревянному трапу и выстроились на небольшом расстоянии вдоль набережной. Хельва, спотыкаясь, сошел с корабля на несколько шагов впереди Фигула, шепча благодарности богам за то, что его страдания, наконец, закончились.
Фигул огляделся. Часовые патрулировали зубчатые стены над главными воротами на севере, наблюдая за военно-морской базой. На набережной надсмотрщики
