— Арлинг, мой мальчик, как же ты изменился! — произнес Негус, и Регарди забыл о Зоргане, боли в руках и воздухе, которого не хватало.
Тем временем, царь встал и, подойдя к нему, неловко обнял. Лучшего момента для атаки было не придумать, но объятия Негуса длились меньше секунды. Даже если бы руки и ноги Арлинга обрели прежнюю силу и подвижность, времени, чтобы избавиться от пут и нанести царю хоть какое-то повреждение, все равно бы не хватило.
— Не узнал, вижу, что не узнал, — улыбнулся Негус. — А ведь мне прямо-таки сказки о твоей слепоте рассказывали. Что же, трудно признать родного дядю, а малыш?
Если раньше Арлингу просто не хватало воздуха, то сейчас он задохнулся по-настоящему. И причина была не в том, что Подобным, мятежным серкетом, Великим Негусом оказался человек, сыгравший в его жизни роковую роль. Причина была в том, что его назвали малышом, словно перечеркнув его жизнь, знания и достижения, приобретенные в Сикелии. Абир отказал ему в праве на изменение. Для него Арлинг остался тем самым несмышленым избалованным юнцом, которого он привез из Согдарии на южный континент, в надежде обменять на него знания о дороге в запретное царство. Похоже, миссия Абира удалась.
— Значит, иман показал вам путь? — не удержался он от вопроса. В свое время Арлинг много думал о том, как ему относиться к Абиру. С одной стороны, если бы дядя не задумал предательство, младший Регарди умер бы в доме для призрения слепых, куда поместил его отец. С другой стороны, Абир бросил его, беспомощного, посреди Балидета после того, как иман отказался заключать с ним сделку. Похоже, учитель все-таки передумал. Мысль о том, что иман взял его в школу, как партутаэ, жертву, которую платят серкетам в обмен на тайное знание, неприятно резанула и без того больную голову.
— Все, что было в прошлом, сейчас не имеет значения, — отрезал Абир, возвращаясь к трону.
Когда-то давно Арлинг думал точно так же, но многое изменилось. Он не знал, когда именно его прошлое перестало быть для него объектом ненависти. Может, когда керхи из Восточного Такыра, стали пытать солдата Даррена? Или после того как он встретил односельчан Магды в рудниках Иштувэга? Или когда кучеяры из Сикта-Иата прогнали его за то, что он был драганом? Или, возможно, когда узнал от Джавада, что отец по-прежнему искал его, несмотря на то что прошло немало лет, с тех пор как он бежал из Согдарии?
Однако не все свое прошлое он был готов простить и принять. Если встретив Даррена в образе Карателя, Арлинг с трудом представлял, что должен убить его, то вообразить смерть Абира удалось легко. Дело оставалось за малым — привести в порядок собственное тело, научив дышать его новым воздухом.
— Да, иман все-таки согласился на мою сделку, — ухмыльнулся Абир. — И где была его чертова проницательность, когда он вручал мне те карты… Не описать словами, что мне пришлось пережить, чтобы добраться до этого рая в небе. Но я его нашел и сделал то, что не удалось моему дорогому братцу. Я стал пятьдесят восьмым Подобным и собираюсь остаться им навсегда. Счет закончится на мне. Сегодня. И ты, мой мальчик, мне в этом поможешь.
Арлинг хотел ответить, но, подумав, решил, что не тратить силы на слова. Они ничего не изменят. Лучше освободиться от проклятых обручей, которые изрядно натерли ему запястья. Или уже не возиться с ними? В солукрае существовало несколько особых приемов на тот случай, когда воин лишался обеих рук. Но почему-то вместо того чтобы сконцентрировать внимание на атаке, Регарди тяжело опустился на колени и свесил голову — держать ее прямо становилось трудно.
— Потерпи, мой друг, — почти ласково произнес Абир. — Скоро все закончится. Пока идут последние приготовления, я тебя немного развлеку. Кстати, ты выглядишь отвратительно, но с этим ничего не поделаешь. Тем, кто пришел снизу, требуются недели, чтобы научиться дышать, как мы. Нет, дело не в высоте. Причина куда интереснее. Это земля Нехебкая, здесь все принадлежит ему — люди, горы, птицы и даже воздух. Трудно дышать воздухом бога, верно? Секрет в том, что нужно принять Нехебкая в сердце, и только тогда он позволит тебе дышать в его мире. Если ты не сделаешь этого, то и через неделю будешь задыхаться. Некоторые умирают. Однако не стоит беспокоиться, потому что ты и так скоро умрешь.
— Я знаю, что это иман послал тебя убить меня, — продолжил Негус-Абир, удобнее устраиваясь на кресле. Похоже, беседа доставляла ему немалое удовольствие. — Мы сочинили для него сказку о твоем безумии, но перехитрили самих себя. Помнишь Ларана? Он хорош, лучший в своем деле. Это он сообщил мне, что Тигр поверил в твое безумие настолько, что решил натравить на меня своего ученика. Иман специально отправил тебя на край света, в Сикта-Иат, где собирался подстроить, чтобы ты сбежал и отправился на мои поиски. Умница Джаль-Баракат оказался быстрее и поймал тебя раньше. Когда иману сообщили о твоем исчезновении, он решил, что его план сработал, и ты отправился меня убивать. Я же хотел, чтобы ты оказался здесь, как можно скорее. Редкий случай, когда наши интересы с Тигром Санагором совпали.
— Ларан предатель?
— Мой ученик, — довольно ухмыльнулся Абир. — Все сделал верно. Двойная игра — это мастерство, доступное не каждому. Когда сломался Повелитель Бурь, мы собирались временно завершить операцию в Сикелии. У нас уже было достаточно нарзидов, и твой старый дружище Даррен был нам не нужен. Его возвращение в Гургаран не планировалось — разумеется, об этом знали единицы. Многие в городе до сих пор оплакивают его трагическую гибель. Мы давно думали, как подослать своего человека в Белую Мельницу, а тут подвернулся такой удобный случай. И вот, Ларан явился к иману и заявил, что хочет быть на стороне правых, а в знак своей лояльности устроит смертельную ловушку для Карателя. Представляешь, как он расстроился, когда ты испортил ему засаду в Рамсдуте. Нам пришлось срочно менять все планы. Даррену приказали атаковать столицу. Мы знали, что армия Канцлера уже высадилась на севере, и полагали, что кампания в Самрии закончится полным разгромом Маргаджана. Однако Даррен оказался не глупым и, сняв осаду, бежал в Белое Море. Тогда мы перешли к третьему плану. Арваксы, которых нанял Ларан, должны были устроить бунт на кораблях Карателя и закончить историю с нашим первым вторжением в Сикелию. Если арваксам и не удалось одолеть Даррена, за них все сделал шторм. Я знаю, что такое Белое Море, особенно в сезон бурь. Когда мне сообщили, что армия Даррена погибла в пучине, я понял, что это был знак Нехебкая. Жаль, конечно, самрийских нарзидов, которых он вез, но, думаю, нам хватит тех людей, что переправили раньше. Ларан должен был явиться неделю назад, однако до сих пор задерживается. Возможно, из-за тех же самумов, что помешали прийти вовремя вашему каравану. Впрочем, его присутствие на ритуале неважно, ведь главный игрок передо мной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
