– Что он говорит? – прошептал Джал. Алазариан пожал плечами: – Пракстин-Тар? В чем дело? Что ты говоришь?
Пракстин– Тар досадливо поморщился. А потом его, похоже, осенило: он упал перед Алазарианом на колени, схватил юношу за руку, сжал его пальцы и заглянул ему в глаза.
– Нет! – воскликнул Алазариан, пытаясь вырвать руку.
Пракстин– Тар крепко держал его пальцы, решительно качая головой. И Алазариан уступил, позволив мыслям Пракстин-Тара слиться со своими и почувствовав ослепительную молнию его страстности. Когда военачальник заговорил снова, Алазариан понимал каждое его слово.
– Да! – выдохнул Алазариан. – Да, я тебя понимаю. Понимаю!
Безграничная благодарность Пракстин-Тара затопила сознание Алазариана. Юноша исцелил Криниона и смирил военачальника. Божественное удовлетворение ощущалось в душе Пракстин-Тара, мистическое озарение. Алазариан был немного озадачен: он не понял, из-за чего военачальник так ликует. Между ними зазвучало имя, многократно повторяясь в их объединившемся сознании.
– Тарн! – тихо произнес Алазариан. – Нет, Пракстин-Тар, я – не он.
Но Пракстин-Тар рассмеялся.
– Тарн! – воскликнул он. – Ты такой, как он. Ты – дверь на небеса, которая снова открыта!
– Я всего лишь мальчишка.
– Это не так, – не согласился военачальник.
– Нет. Я – ничто.
– Ты отмечен небом!
– Я… – Алазариан замолчал. – Я боюсь. Пракстин-Тар сжал ему руку.
– Я буду тебя оберегать.
– Алазариан! – тревожно окликнул его Джал. – Что с тобой? Что происходит? Алазариан засмеялся.
– Я его чувствую, Джал! Я его слышу. Он со мной разговаривает!
– Разговаривает? И что же он говорит?
Слова Пракстин-Тара содержали так много смысла, что это было больше похоже на чтение целой библиотеки, а не одной книги. Как сжать все это настолько, чтобы Джал смог понять? Но среди томов души Пракстин-Тара оказалось одно совершенно ясное послание.
– Шакал! – прошептал Алазариан, все еще не выпуская руки военачальника. Заглядывая в глаза Пракстин-Тара, он знал, что в нем нет никакой лжи. – Он отведет нас к Шакалу, Джал. Он поможет нам встретиться с Вэнтраном.
32
Касрин стоял на палубе своего разбитого корабля. Тень новой грот-мачты «Владыки» косо падала ему на лицо: лисские кораблестроители пытались установить ее на место. На изготовление новой мачты ушло больше недели. Ее сделали, пока баржи буксировали «Владыку» к Каралону, и теперь оказалось, что мачта слишком велика и не подходит к существующему гнезду. Пока ремонтные работы двигались мучительно медленно, и каждый день приносил новые трудности и разочарования. Несмотря на свою репутацию превосходных корабелов, лисские мастера сильно отставали от графика.
Когда «Владыку» вытащили на берег, вокруг корабля воздвигли сложные строительные леса. Из-за болотистых берегов Каралона почти невозможно было создать для дредноута сухой док, но изобретательность лисских корабелов преодолела все трудности. Когда баржи подтянули поврежденный корабль к берегу, люди Джелены не стали терять времени. Они соорудили леса и окружили «Владыку» бревнами, подъемными блоками и каркасами, пытаясь его отремонтировать. Однако корабль был практически инвалидом, с виду годным только на слом. Огонь «Бесстрашного» сделал в корпусе и палубе огромные пробоины, обеспечив плотникам работу в три смены, а разбитая грот-мачта восстановлению не подлежала. Почти не осталось оснастки и парусов, а пожар на корме уничтожил верхнюю палубу, оставив в настиле зияющую дыру, открывающую вид в трюм. Мягко говоря, «Владыка» превратился в развалину, и Блэр Касрин не думал, что его корабль сможет когда-нибудь выйти в море.
После приезда на Каралон Касрин заметил, что погода поменялась. Стало тепло. Дни удлинялись, трава уже стала высокой. До первого дня лета оставалось всего три недели, а утром того дня он должен быть у Талистана и начать обстрел берегов королевства, подавая Бьяджио сигнал к началу вторжения. И туда должен будет подойти Шакал – если тот парнишка, Алазариан, выполнит свою задачу. Этот план Бьяджио походил на треножник, однако этот треножник уже грозил завалиться, поскольку одной опоры у него не хватало. Наблюдая, как лиссцы медленно заводят на место грот-мачту, Касрин безнадежно покачал головой.
Слишком серьезно пострадал корабль. И всех лисских знаний и умений не хватит, чтобы закончить ремонт вовремя. Чтобы доплыть до Талистана, нужна как минимум неделя, значит, на подготовку «Владыки» к плаванию осталось всего две. Более безнадежного дела представить себе было нельзя.
«Так же невозможно, как пустить ко дну „Бесстрашный“?»
Касрин вспомнил, что Джелена сказала ему на берегу пролива. Она пообещала ему восстановить «Владыку ужаса», и она свое слово держит. Королева предоставила ему мастеров, материалы и собственную неустанную помощь, но все казалось бессмысленным. Время неумолимо шло. «Владыка» оставался в ужасном состоянии – слишком плохом, чтобы в ближайшее время куда бы то ни было плыть.
И все же Касрин вспоминал тот день на берегу пролива. Ему было так страшно. А колени у нее были такие теплые…
Он отвернулся, не в силах больше смотреть. Может быть, сегодня лиссцам и удастся установить мачту, но потом на ней придется закреплять реи. А потом на реях должны появиться снасти, а за снастями – паруса. И только после этого можно было бы заняться кормой. Касрин закрыл глаза, прислушиваясь к стуку молотков. Эти лиссцы умеют работать и дело свое знают в совершенстве, но даже им не дано творить чудеса.
«Я не успеваю, – сказал он мысленно. – Прости, Бьяджио».
Императору придется каким-то образом устраивать свое вторжение без поддержки дредноута. Обстрела берегов Талистана не будет, так что отряды Тэссиса туда не оттянутся. Да и потом – орудия левого борта у «Владыки» все равно неисправны. Непрерывный огонь, который они вели по «Бесстрашному», расплавил стволы. Теперь на его дредноуте осталось всего три огнемета, и все – по правому борту. Джелена предложила снять орудия с «Бесстрашного», но это тоже оказалось нереальным. Только специалисты из военных лабораторий Нара знали, как устанавливать эти опасные орудия. Недостаток вооружения Касрин счел еще одним гвоздем, вбитым в крышку гроба его корабля.
Он открыл глаза и посмотрел на палубу. Его люди усердно трудились бок о бок с лиссцами, заделывая дыры смолеными досками. На горизонте уже садилось солнце, отбрасывая на дредноут длинные тени. Скоро наступит ночь. Заходящее солнце напомнило Касрину, какой устал. Всю последнюю неделю почти не приходилось спать. Дни были заняты работой, а когда он закрывал глаза, то приходили кошмары. В последнее время он и есть почти перестал, и у него постоянно кружилась голова. Но у него не оставалось времени ни на пищу, ни на сон. Он был нужен «Владыке ужаса».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
