— Все-таки я поблагодарю вас, доктор, — возразила я, пожалуй, чересчур яростно. И сделала примирительный жест. — Извините. Я пока еще не в состоянии оценивать мастерство Балтира в чем бы то ни было.
К счастью для моего душевного равновесия и для душевного равновесия Моргана, коммандер Боумен передала Балтира в руки ретианской портовой администрации. В том, что он останется там, куда его выслали, не было никаких сомнений. И не только потому, что Боумен оставила на Рете-VII небольшой гарнизон своих войск, чтобы продолжить расследование. Мои милые драпски во всеуслышанье объявили о кругленькой сумме в награду за шкуру ретианина, желательно бы выдубленную. Не сказать, чтобы подобные методы считались законными и цивилизованными, но даже шеф блюстителей не удержалась от ухмылки, когда до нее дошло это известие.
Облава на саму лабораторию оказалась одновременно и результативной, и не совсем. Представители Торгового пакта прибыли как раз вовремя, чтобы остановить уничтожение всех записей и улик, шедшее полным ходом, и обнаружили столько всего интересного, что приказали опечатать здание и создать специальную комиссию, которая должна была тщательно исследовать все найденное. Буквально с первых же минут стало ясно, что здесь проводилось ошеломляющее число экспериментов, запрещенных на территории действия Торгового пакта, членом которого Рет-VII являлся. Многие из них ставились над объектами, которых принудили к этому силой, похитив с их планет.
«Нокрауд» тоже навлек на себя гнев Боумен, поскольку ретиане открыто признались, что пираты неоднократно поставляли им «новый материал». Но экипаж «Нокрауда» подкупил кого-то из портовых чиновников и покинул планету буквально через несколько часов после того, как Рек оставила меня на острове, чтобы бросить вызов своей сестрице. Я в отличие от Моргана верила, что Рек вернулась бы за мной, если бы победила.
К несчастью, как потом рассказал мне Барэк, они упустили главное действующее лицо во всей истории. Фэйтлен ди Парс, предупрежденный ли собственным предчувствием или просто в попытке свести потери к минимуму, исчез. Контейнеры, в которых мы с Морганом обнаружили спящих женщин, оказались пустыми. Не осталось никаких доказательств существования Избирающих, которые завлекли моего кузена на Испытание. Но клановцев насчитывалось вовсе на так уж и много, напомнила я ему, так что мы сможем выяснить, кто они такие.
Клан. Вот была моя следующая цель.
Я распрощалась с доктором Гинази и двинулась прочь из медотсека, пользуясь своей связью с Морганом как путеводной звездой, которая вела меня сквозь лабиринт коридоров, прорезающих необъятное чрево крейсера Боумен. «Миротворец» готов был стартовать по первому же приказу после ее возвращения. Отчасти благодарить за это следовало то, что ее крейсер не нуждался в буксире — он был оборудован всем необходимым для самостоятельного старта из любого порта, — но еще больше этому способствовало то, что начальница сектора Боумен была по горло сыта выходками Клана.
В особенности, подумала я, входя в помещение, где уже началось собрание, и встретившись с синими глазами Моргана, мгновенно ощущая себя дома и в безопасности, когда Барэк рассказал блюстительнице, что Совет не исполнил обещания отказаться от своего влияния на богатый человеческий мир Камос.
Им не следовало недооценивать эту поразительную женщину. Как весело сообщила мне доктор Гинази, сейчас мы находились в дне транссветового полета от Камоса.
Собравшиеся в вестибюле, из которого Боумен могла попасть на мостик звездолета, в небольшой личный кухонный отсек или в свою каюту, умолкли, едва я вошла. Наверное, их поразило то, что я так уверенно передвигалась, хотя еще всего полтора дня назад производила вполне достоверное впечатление умирающей. Я заулыбалась, и тут тонкая струйка эмоции, исходившая от Джейсона, затрепетала в м'хире между нами. Это было бешенство.
Раэль и Барэк тоже были здесь, как и Коупелап с 'Виксом, маячившим сбоку от Боумен, сидящей во главе прямоугольного стола. Морган сказал, что Гвидо с Терком вели «Серебристый лис», — он не стал углубляться в объяснения, почему предпочел на этот раз путешествовать на «Миротворце», да я в них и не нуждалась.
— И каков же был вердикт, фем Морган? — осведомилась блюстительница, прервав вызванную моим появлением напряженную тишину. — Годны к службе?
— Все системы в норме, хотя действуют чуть медленнее, чем хотелось бы, — отрапортовала я ей в тон и сделала жест уважения и признательности. — Благодарю вас и ваших подчиненных. — Я уселась рядышком с Морганом и легонько провела пальцами по тыльной стороне его ладони в знак приветствия. — Ну, что случилось?
— Гм, не так уж и медленно, — заметила Боумен, окинув меня оценивающим взглядом. — Очень хорошо. Ваша сестра как раз знакомит нас с кое-какими весьма тревожными фактами. Вы, кажется, собирались продолжить, фем ди Сарк?
У Раэль был такой вид, как будто она стояла перед тяжелым выбором, внезапно осознав, что легкого пути для нее не будет. Мне самой не так давно пришлось пережить подобный момент, и я с легкостью распознала симптомы. Она бросила на меня полный отчаяния взгляд.
— Подождите, — услышала я вдруг собственный голос, прозвучавший с незнакомой властностью. — Ты знаешь, кто я такая, Раэль?
Сестра слегка наморщила лоб. Я запустила в м'хир между всеми нами волну своей силы, испытывая крепость их защиты в моем новом качестве. Ни Барэк, ни Раэль не чувствовали всей моей силы с самого Соединения. Настала пора им узнать.
— Первая Избравшая, — сказала Раэль и улыбнулась.
Она сделала жест почтения, мой кузен последовал ее примеру. Гнев Моргана точно рукой сняло. Я взглянула в его сторону, чтобы показать, что я это заметила, потом обернулась к заинтригованной, хотя и начавшей уже проявлять признаки нетерпения Боумен.
— Как Первая Избравшая, — объяснила я, — я пользуюсь уважением, подобающим главе дома Сарков. Но это накладывает и определенные обязанности. Например, — я кивнула в сторону Раэль, — я желаю выступить посредником в допросе члена моего Дома. Задавайте ваши вопросы мне, будьте любезны.
— Но…
Блюстительница проглотила готовые сорваться с языка слова, а моя сестра закрыла глаза и передала мне все то, чего я еще не знала о планах нашей бабки, обстановке на Камосе и вероятной судьбе человеческих телепатов. Это заняло всего один миг, но по щекам Раэль побежали слезы.
Тогда я толкнулась…
И ощутила прилив чистейшей радости: ко мне не только вернулись силы, но и м'хир снова стал таким, каким ему следовало быть, его обитатели совершенно не интересовались мной и даже не показывались — я очень надеялась, что навсегда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
