— Вот поэтому я и сажаю ее в стиральную машину, — укоризненно заметил Ванессе Креол. — Это самое разумное, что можно придумать.
— Папа, подними меня выше! — потребовала Джессика, тяня Креола за волосы. — Выше-выше-выше-выше!..
— Жена, убери ребенка, он меня раздражает, — потребовал в свою очередь Креол.
Ванесса продолжала лежать на диване, как раздавленная медуза. Она вяло подумала, что стоит превратиться в камень и побыть немного в тишине, но сил на трансформацию уже не осталось. Поэтому она валялась просто так, в человеческом обличье.
Несмотря на то что любимый муж и дети иногда ее порядком утомляли, Вон все равно обожала каждого из них. Всякий раз, когда она смотрела на этот цветник, на душе становилось чуточку теплее.
Дети у Креола с Ванессой получились удивительно разнообразные. Слишком уж много народностей в них смешалось. Сам Креол наградил их шумерской кровью и толикой кушитской, Ванесса — китайской и евроамериканской. В результате такого генетического коктейля мордашки у потомства получались порой довольно неожиданные.
Самый старший, носящий гордое имя Креола-третьего, был вылитый отец, только побледнее. Двенадцатилетняя Бирдин чертами пошла в мать, зато цветом кожи — в отца. Восьмилетние Айвен и Шань имели совершенно европейский тип лица. Зато пятилетняя Джессика пошла в дедушку по материнской линии и выглядела этакой загорелой китаяночкой.
Разве что волосы у всех пятерых были одинаково черные.
Пока трое младших стояли на ушах, двое старших даже не дрогнули. Креол учил их медитативному погружению — с отрешением от всего сущего, полным уходом в себя и сосредоточением на эфирном рисунке. Вихрастый подросток с серыми глазами и смуглая девчонка со вздернутым носом сидели на стульях в такой неподвижности, что казались восковыми фигурами.
Особенно Креол-третий. Бирдин еще не достигла идеального самообладания, поэтому иногда подергивала то веком, то губой. А чуть приоткрытым глазом она косила в сторону близнецов — те любили исподтишка пакостить сестричке.
Креол расхаживал перед своими отпрысками и размеренно вещал:
— Расслабьтесь. Расслабьтесь. Почувствуйте, как ваши тела становятся невесомыми. Почувствуйте, как вы наполняетесь одновременно теплом и прохладой.
Ванесса взирала на это с умилением. Не так уж много прошло времени с тех пор, как Креол объявил, что ее собственное обучение полностью закончено. Он собственноручно посвятил ее в подмастерья, а спустя еще несколько лет, когда она самостоятельно создала новое заклятие-перевертыш, — в мастера.
Теперь Креол обучал детей. Три года назад взялся за Креола-третьего, а в прошлом году к нему присоединилась Бирдин. Они оба уже умели читать ауры и вбирать ману, а Креол-третий освоил начала элементаристики.
— Дышите глубже, — журчал голос Креола. — Почувствуйте себя частью мироздания. Вдо-о-ох… выдох. Вдо-о-ох… выдох. Дочь, сосредоточься. Ты отвлекаешься. Сын… без замечаний.
— Это скучно, — недовольно пробурчала Бирдин. — Побыстрее-то научиться никак нельзя?
— Запомни, дочь, в магии нет быстрых путей, — менторским тоном произнес Креол. — Самое главное — верить в себя и следовать зову своего сердца, тогда все твои мечты сбудутся.
— Правда?! — поразилась девочка.
— Конечно нет, — фыркнул Креол. — Это просто чушь для восторженных идиотов. Самое главное — поставить перед собой определенную цель и усердно работать, чтобы ее достичь. Тогда ты, возможно, в самом деле чего-то добьешься. А мечты — это бесполезный мусор.
— Дети, не слушайте, папа вас плохому научит, — подала голос Ванесса.
— Папа научит только хорошему, — назидательно заметил Креол. — Как учили меня… как учили моего отца… как учили моего деда… Мы передаем магическое Искусство из поколения в поколение, и каждое следующее поколение становится сильнее предыдущего. Уверен, что вы станете сильнее меня, и я буду вами гордиться. Дочь, сконцентрируйся.
Бирдин снова закрыла глаза и шумно засопела. Креол еще некоторое время стоял напротив, а потом бесшумно вынес из-за спины посох. Прекрасный длинный посох из оливы. Маг примерился, размахнулся… и резко ударил по ножкам стульев!
Подростки с грохотом повалились на пол. Но Бирдин, не успев его толком коснуться, взметнулась, как распрямившаяся пружина. Схватив Креола за горло, она завопила:
— Отец, я тебя убью!!!
— Я тебя тоже убью, дочь, — одобрительно кивнул Креол, отшвыривая Бирдин в кресло. — А теперь перечисли мне девять основных техник медитации и шестнадцать побочных.
Близнецы и Джессика при виде этой картины залились смехом. Айвен и Шань уже помогли друг другу слезть с вешалок и теперь радостно тыкали в Бирдин китайскими палочками. Джессика прыгала рядом, тоже пытаясь потыкать сестру совочком.
— А вы чего ржете? — нахмурился Креол. — Через пару лет я и вас начну так учить.
Единственным, кто не присоединился к веселью, стал Креол-третий. В отличие от сестры, он вообще не пошевелился. Так и продолжал медитировать, только теперь лежа на полу, прикрытый сверху стулом.
Он вообще редко на что реагировал.
— Вот в кого он такой заторможенный? — вздохнула Ванесса, глядя на старшего сына.
— В дедушку, конечно, — пожал плечами Креол. — Мой отец был точно таким же.
— Ах вот оно что…
— У меня вообще плохая наследственность по отцовской линии. Даже странно, что я получился нормальным.
— Действительно, странно, — согласилась Вон.
Прямо сквозь стену в гостиную вплыл Хубаксис. На вытянутых руках он нес огромную чашу с джамбалайей. Айвен, Шань и Джессика оставили Бирдин в покое и принялись хватать еду прямо горстями. Все трое мгновенно перемазались, как чертенята.
Креол потянул носом и растянул губы в улыбке. Ему очень нравилось это блюдо, а Хубаксис изумительно его готовил. Свежесотворенный кафский рис, прекрасная пармская ветчина, самые спелые помидоры и кукуруза… даже Креол-третий впервые за вечер открыл глаза.
— Так, в гостиной не жрать! — возмутилась Ванесса. — В столовую все, быстро! Быстро, быстро, быстро!
— Женщина, уймись, — лениво произнес Креол, одной рукой влезая в джамбалайю, а другой подсаживая Джессику.
В столовую в конце концов все-таки перебрались. Ибо в гостиную-то Хубаксис вынес только основное блюдо, а закуски и десерты подал к столу.
Креол навалил себе полную тарелку и принялся уписывать. Как и всегда за едой, он положил перед собой финиковую косточку и пристально на нее уставился. В последние несколько месяцев эта косточка везде сопровождала Креола.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
