— Не делай этого! Если ты разобьёшь сферу, мы все потонем в этом мерзком веществе. В настоящий момент она наша единственная защита.
— Мне не нужна защита, — раздражённо заявил Готрек.
— Не будь так уверен, гном, — заметил эльф, в мелодичном голосе которого проявилась ранее не наблюдаемая резкость. — Даже этот топор не сможет вечно защищать тебя в этих мистических течениях. Вскоре ты уподобишься им — потерянным душам, демонам — и станешь позором своего клана.
Последнюю фразу эльф добавил как бы невзначай, однако Феликс решил, что это была утончённая подколка. Лицо Готрека скривилось.
— Я и так уже позор своего клана.
— Значит, у тебя не останется шанса на искупление, и бесчестье твоё лишь усугубится.
Хоть волшебник и был эльфом, в гномах он явно кое — что понимал. Готрек притих, пробормотав очередное проклятие.
Феликс даже не успел ничего сказать, как пронзительный звук пронёсся сквозь сферу. Такой звук — спокойный, умиротворённый и восхищённый — могла бы издать душа, испытавшая восторг. Он обещал всё, что может пожелать твоё сердце. Мир, если ты устал от борьбы; радость, если тебе наскучила тоска; даже абсолютное счастье казалось возможным, как сейчас, так и навечно.
Поначалу показалось нелепым, что те лица способны петь подобные песни, и Феликс осознал, что это просто некое тонкое заклинание, которым демоны воспользовались, чтобы его очаровать. Жалкая уловка, явная приманка, которую легко заметить и проигнорировать. Затем, вглядевшись пристальнее, Феликс заметил, что лица изменились. Теперь они выглядели приветливыми и улыбались ему, как некто, радующийся внезапному возвращению долго отсутствовавшего любимого человека.
— Они не могли пробиться через мой барьер, пока твой приятель не помог им своим топором, — произнёс Теклис. — Но теперь это лишь вопрос времени. Молись своим человеческим богам, чтобы нам удалось выбраться раньше. В этом месте ни одному из нас не под силу долго им сопротивляться.
«Что имел в виду волшебник? — думал Феликс. — Ведь совершенно очевидно, что существа снаружи нам не угрожают. Они приветливы, дружелюбны: всё произошедшее ранее — это простое недоразумение. Они хотят поделиться с нами секретом вечного счастья. Остаётся всего лишь выслушать их».
Частью сознания Феликс понимал, что сие не может быть правдой. Это ложные обещания демонов. Но другая часть его сознания, усталая и напуганная, отчаянно хотела поверить в истинность сказанного ими, чтобы навсегда положить конец этому страданию и страху. Феликс вознёс молитву Сигмару. Такими вот способами коварнейшие из демонов воздействуют на людей, искушая их в трудных жизненных ситуациях обещаниями прекращения их невзгод. Он понимал, что не должен им верить, но желал верить по — прежнему. Хуже того, он понимал, что его желание растёт, тем самым ослабляя защищающие его заклинания. Чары ослабляет сама его связь с демонами.
Феликс заметил ещё одно знакомое лицо. Это было истязавшее его существо. Оно больше не выглядело таким злобным. У него был смущённый, извиняющийся вид. Оно манило Феликса приблизиться, чтобы дать возможность принести извинения. Сам того не желая, Феликс ощутил потребность откликнуться на призыв.
Снаружи сферы стремительно проносились Пути Древних. А вокруг неё сгрудились демоны, выжидая момент, когда падут защитные заклинания.
Теклис понимал, что разрушение его чар — это лишь вопрос времени. Топор гнома нарушил целостность плетения. При случае Теклис мог бы залатать брешь, но в настоящий момент мог лишь удерживать её закрытой. Но хуже то, что Феликс Ягер колебался. После того, как он побывал в когтях местных демонов, у него установилась с ними связь. Теклис понимал, что если они выберутся отсюда живыми, ему впоследствии придётся провести какие — нибудь ритуалы экзорцизма, чтобы снять порчу с души мужчины и обрубить любую оставшуюся связь с адскими созданиями. Если они выживут… А прямо сейчас ему нужно отыскать способ сие обеспечить.
Брошенный на гнома взгляд дал понять, что тот в порядке. Гномья раса, если уж на то пошло, даже более устойчива к искушениям Хаоса, чем эльфы — в них ещё при создании была заложена изрядная доля упрямства. Но даже если причина не в этом, оружие Готрека Гурниссона будет защищать его от любых уловок демонов. Вне всякого сомнения, первые несколько тварей, которые проломятся через магическую защиту, встретят окончательную смерть, но Теклис не представлял, как потом даже могучему гному удастся выжить в этом месте.
К своему разочарованию маг ощущал, что они приближаются к источнику отслеживаемых им возмущений. С каждой секундой всё ближе становится могучее биение энергии, угрожающее уничтожить эту древнюю сеть тоннелей. Если только у них было бы время: маг чувствовал уверенность, что сможет обнаружить источник возмущений и нейтрализовать его. Если рассматривать расстояния внутри путей, то пройти оставалось не так много. К несчастью, остались считанные мгновения до того, как его защита рухнет и они окажутся в потоке, предпринимая всё возможное, чтобы разобраться с демонами.
В тот момент, когда его посетила сия мысль, Теклис заметил неподалёку кружащийся вихрь энергии. Он был уверен, что это путь к выходу. Располагая несколькими секундами, они могли бы до него добраться и вернуться в мир людей, эльфов и гномов. Песнь соблазнения зазвучала громче, и сквозь защитную сферу проникла когтистая рука. Маг почувствовал, что они со всех сторон окружены демонами. Иного выбора не оставалось: если они намерены выбраться отсюда — нужно делать это сейчас, а потом уже столкнуться с последствиями принятого решения.
— Готовьтесь к бою, — произнёс Теклис и направил сферу в сторону портала.
Феликс услышал слова эльфа и взял себя в руки. Он понятия не имел, что вот — вот произойдёт, но не ожидал ничего хорошего. Он почти сожалел, что эльф прервал его грёзы, ибо Феликс чувствовал, что из всех людей он наиболее близок к пониманию обитателей этого необычного и чудесного места. Он понимал, что если только удастся пообщаться с этими необычными разумными существами, ему могут открыться невероятные тайны, о которых даже не помышляли обычные смертные.
Все эти мысли улетучились, как только он почувствовал внезапный и резкий рывок ускорения. Они оторвались от преследователей и направились прямиком в кружащийся водоворот света. Мгновение спустя они влетели в то, что выглядело привычной атмосферой, и приземлились на твёрдые камни. Феликс почувствовал, как от силы столкновения у него перехватило дыхание. Он ударился оземь и покатился, предпринимая всё возможное, чтобы погасить скорость. Он знал, что в процессе получил несколько новых царапин. Феликс поспешно поднялся на ноги. Они снова оказались в длинном каменном коридоре, напоминающем тот, в котором он и Готрек находились до того, как Феликса отбросило в водоворот чужеродной энергии. Позади располагался сияющий арочный проход, похожий на виденный им прежде, хоть этот был отмечен иными рунами. Быстрый как кот, Готрек уже стоял на ногах, развернувшись лицом к арочному проходу. Эльф почему — то остался парить в воздухе на высоте плеч и был окружён необычным таинственным сиянием. Вокруг его посоха пробегали зигзагообразные молнии, установленные в браслетах и высоком головном уборе драгоценные камни излучали зловещий свет. Выражение его лица было таким же мрачным, как у Готрека. Оба выглядели готовыми сражаться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
