А Рите оставалось на это всё только смотреть. Она, конечно, потом отмерла, вызвала скорую, успокоила рыдающую мамашу, но на этом всё. Она не побежала бы спасать этого ребёнка. Просто не смогла бы.
И это не первая история, и уж точно не последняя. Панкратова своих друзей не просто любит, она ими восхищается. Быть такими самоотверженными и смелыми, уметь отбросить страх в критический момент и остаться здравомыслящими − не каждому дано. Ей не дано, но дано им. И она будет помогать близнецам всем, чем только сможет, ведь они потрясающие люди с непоколебимой верой и отвагой.
Тарасовы даже не догадываются, почему Рита так остро реагирует на колкие высказывания ненавистников в их адрес. Влад всё время отшучивается, мол, нужно спрятать их карманную чихуахуа за пазуху, потому что может и покусать. А Рита может. И была бы её воля, и в правду бы покусала. Всех, кто чешет своим поганым языком. Она просто не понимает, как можно в негативном ключе относиться к этим людям.
Та история с мальчиком могла выйти в вечерних новостях, у Тарасовых должны были взять интервью, рассказать всему миру, какие они отважные ребята. Но Влад с Викой лишь скромно поулыбались и попросили сохранить их личности в тайне, если репортаж всё же выйдет, а лучше вообще не освещать нечто подобное, потому что всё сведётся к обсуждению халатного отношения бедной матери, тогда её сделают козлом отпущения. Даже в такой ситуации заботятся о ближнем, а не о себе.
Панкратова улыбнулась. Если учитывать всё это, может сложиться впечатление, будто близнецы безотказные и всепрощающие, но это далеко не так. Что одному, что другой палец в рот не клади, откусят и не заметят. Никогда не позарятся на чужое, но яростно охраняют то, что принадлежит им. «Твоё мне не надо, но если попробуешь посягнуть на моё — пожалеешь». Не зря их опасаются и временами побаиваются. Волевые характеры и сильные натуры одновременно привлекают и пугают.
Рита вернулась из своих воспоминаний. На неё вопросительно уставились два идентичных взволнованных лица, она, видимо, так и не ответила на вопрос.
Блондинка усмехнулась, удобно устроила голову на плече подруги.
− Всё нормально, ребята, я просто ною как обычно, завтра всё пройдёт.
Влад подозрительно прищурился.
− Сделаю вид, что поверил тебе, − он положил свою голову на другое плечо сестры. Ви нежно погладила обоих по макушке. − Но если что-то случится, ты же скажешь?
Панкратова улыбнулась. Как же тепло с этими ребятами.
− Конечно.
10
«Это ещё что такое? Всё веселье сейчас пропущу!»
Влад, увидев из окна на парковке сестру в компании нескольких парней маргинальной наружности, со словами «в другой раз, дамы» выскользнул из кольца девушек, которые оцепили его по пути на кафедру. Те возмущённо запротестовали, но Тарасов уже мчался в сторону выхода, не замечая ничего другого вокруг.
Парковка пустовала, пары закончились, поэтому многие студенты уже разъехались по домам. Университет в такое время обычно представлялся пустынным и немноголюдным.
Тарасова лениво подпирала спиной свой чёрный джип и смотрела, как лёгкий ветер шелестел кроной клёна прямо над головами собеседников. Ви выглядела спокойной, даже слегка скучающей, а вот парни, напротив, были на взводе, на их лицах читался целый спектр разнообразных эмоций. Влад предвкушающе улыбнулся, прибавляя шаг. Он не может оставить своей сестре всё веселье, и не позволит ей развлекаться в одиночку.
− Это что ещё за образчики благовоспитанности?
− Чё?
− Потрясающе.
− Влад, − устало вздохнула Вика, когда брат подошёл ближе.
− Молчу, − тот поднял руки в знак примирения. Прыгнул на капот машины и свесил ноги, махая ими в воздухе. — Ну и? − вся ситуация его очень веселила. − Что приключилось такого, что вы, ребятки, решили выловить мою драгоценную сестрёнку после пар и поговорить без свидетелей?
− Ты кто вообще, парень? Иди куда шёл и не мешай нам, − огрызнулся самый высокий и самый грузный. По комплекции он превосходит всех присутствующих, а вот интеллектом явно не блистал. Что за балбес.
− Non, non, non, copain (фр. нет, нет, нет, приятель) я бы не советовал так с нами разговаривать. Здоровее будете, − Тарасов внимательно посмотрел на каждого и, кажется, несколько парней его узнали. Один, когда они встретились взглядами, даже неосознанно попятился. Влад усмехнулся, всё-таки Рита была права, когда говорила, что его чёрная репутация шагает впереди него самого.
− Твоя сестра на днях избила младшего брата одного из наших парней, − диалог взял в свои руки, кажется, самый адекватный из всей этой пацанской бравады. Визуально он тоже выглядел на порядок разумнее остальных, Влад решил окрестить его «переговорщиком». Тарасов покосился на сестру, та молча закатила глаза. Намёк ясен.
− Вы в полной мере осознаёте тупость, которую несёте?
− Чё?
− Это не она. Мы не избиваем никого со старших классов, − «переговорщик» с подозрением уставился на Влада. − Что? У нас был трудный переходный возраст.
− У двоих одновременно?
− Ага, мы же близнецы всё-таки. Чувствуем настроение друг друга на ментальном уровне, − Тарасов закинул руку на плечи раздражённой сестре. Кажется, весь этот спектакль ей начал порядком надоедать. − И сейчас я могу с полной уверенностью сказать, что терпение моей сестрёнки подходит к концу, как, впрочем, и моё, − он спрыгнул с капота и открыл водительскую дверь. Усадил Вику в машину и вновь повернулся к шайке. − Повторю, это не моя сестра и не я, − Влад подался вперёд, чтобы только «переговорщик» слышал его следующие слова. − Если ты говоришь про тот никчёмный кусок дерьма, который пристаёт к слабым и самоутверждается за их счёт, то у меня пока для него времени в своём плотном расписании не нашлось. Но не волнуйся, я всё помню, и он получит ровно то, что заслужил, − он отстранился от ошарашенного парня.
Инстинкты кричали, что Тарасов не блефует, и Диме досталось бы куда сильнее, чем те синяки, с которыми он пришёл к ним. Влад дружески похлопал парня по плечу, затем крепко сжал в нужной точке. «Переговорщик» застонал от давящей боли, на ногах его удерживала лишь крепкая хватка тяжёлой руки.
− Ведите себя тихо и не раздражайте меня и мою семью. Особенно, если не хотите разделить наказание вместе с тем идиотом, − Влад надавил чуть сильнее, удовлетворённо слушая истошный крик боли. − Попробуй только рыпнуться, и я сломаю ему ключицу, − это было адресовано тому нетерпеливому здоровяку, которого сейчас удерживали с двух сторон. Он выглядел как разъяренный бык, которого дразнил на арене матадор. Тарасов усмехнулся такому сравнению. Бык никогда не выходил из этой схватки победителем. Исключений не бывает. − Идите и не оглядывайтесь, crétins (фр. кретины), − он отпустил скулящего парня, демонстративно отряхнул руки и, обогнув машину, сел в неё рядом с сестрой. Вика нетерпеливо барабанила пальцами по рулю.
− Ты долго.
− Было весело, − Влад равнодушно пожал плечами и закинул свой рюкзак на заднее сиденье. − Я даже уходить не хотел, − он крепко задумался, затем повернулся к девушке, восторженно объявляя свою идею. − Заедем по пути в тот ресторанчик итальянской кухни, хочу пасту, − Ви вырулила с парковки, оставляя группу парней в полном одиночестве.
Они столпились вокруг «переговорщика», пока тот скулил на земле. Влад недовольно цокнул языком, отворачиваясь от этой картины. Возможно, он немного перестарался, потому что разозлился. Не нужно было его провоцировать, из-за своей семьи он становился слишком чувствительным.
//
− И всё же, − Влад пытался прожевать огромный кусок курицы и при этом вести светскую беседу с сестрой.
Ви, брезгливо поморщившись, протянула брату салфетку, одним лишь взглядом приказывая вытереть испачканный рот.
— Спасибо, − тот беспрекословно подчинился, быстро проглотил мясо и вытер губы. − Кто нас подставил? Точнее будет сказать тебя, − Тарасова пожала плечами, ковыряя вилкой свой стейк.
