— О Боже мой! Они вызвали Полицию Мира! Ты видел эту синюю светящуюся полосу? Выключай же, Джек, выключай скорее! Они отслеживают адрес вызова!
Джек сидел неподвижно. Элибер отключила камеру опознания и сняла руки Шторма с клавиатуры. Полиция вполне могла еще раз запросить номер опознавательного чипа.
— Ничего больше не трогай! — крикнула она и бросилась в ванную.
Там Элибер включила кран и выбросила опознавательный чип в сливную трубу. Ей очень не понравилось это происшествие. Что случилось? Что могло так сильно переполошить саму Полицию Мира? Ее руки тряслись. Она плеснула себе в лицо пригоршню воды и отключила кран. Может быть это произошло из-за поддельного чипа? А может быть Джек что-то не то сказал?
«Милос», — да-да, вот что он сказал, увидев на экране полноватого мужчину. А тот, услышав это, тоже отреагировал странно — так, будто перед ним сидел убийца. Элибер вернулась в комнату и испугалась еще больше: Джек лежал на полу. Он был в обмороке.
— Джек! — тихо позвала Элибер. Джек не отзывался. Перламутровый корпус бронекостюма мерцал в полутьме комнаты. Девушка взглянула на темный экран компьютера. Если она успела вовремя отключить связь, сейчас они были в полной безопасности. А если нет, с минуты на минуту можно было ждать появления полиции. Кажется, у них нет времени для того, чтобы убежать.
Элибер смахнула с глаз прядь волос и попыталась взять себя в руки. Первое, что она должна была сделать, — так это вытащить Шторма из его доспехов, наполненных собственной жизнью, эгоистичной и мрачной. С огромным усилием, ломая ногти и царапая пальцы, она потянула изнутри замки герметизации и попыталась их расстегнуть. Кажется, у Джека был жар. Что-то надо было срочно предпринимать. Наконец правый замок поддался, потом наполовину открылся и левый. Этого вполне было достаточно. Элибер напряглась и стала медленно, сантиметр за сантиметром, вытягивать обмякшее тело из скафандра. У нее было такое ощущение, что этот мертвый костюм не хочет отпускать Джека.
И вдруг — что-то сдвинулось, и Шторм резко вывалился из бронекостюма. Она не успела сориентироваться и упала на пол. Из скафандра пахнуло чем-то затхлым — обычно так пахнет из канализации в старых кварталах. Элибер поморщилась. Ну ничего! Зато теперь уже ничто не помешает ей затащить Джека в ванную комнату. Она включила кран, наполнила водой голубую эмалированную ванну и, поднатужившись, перекатила Шторма через край. Ему надо было как можно быстрее очнуться и быть готовым выбраться отсюда, если в отель нагрянет полиция.
Она должна была сделать что-то еще… — Элибер вошла в комнату и наклонилась над костюмом, все еще лежавшим на полу. Ей надо было срочно придумать, что она будет говорить полиции. Собственно, полицейские давно уже должны бы были быть здесь, но пока они не появились, и это немного успокаивало.
Элибер затащила бронекостюм в спальню и спрятала его между стенкой и кроватью. Если его и обнаружат, так по крайней мере не сразу. Выходя из комнаты, девушка оглянулась и увидела, что пустой бронекостюм вздрогнул, а правый рукав поднялся и лег на грудь. Нет, конечно же, скафандр не мог пошевелиться сам. А может быть, ей все это пригрезилось? Но тогда все равно непонятно… Почему Джек так не хотел снимать этот скафандр? Он что, был привязан к нему?
Чертовщина какая-то… Элибер вернулась в ванную и как следует вымыла Джека. От теплой воды лихорадка немножечко стихла. Элибер накрыла Шторма большим махровым полотенцем и села на пол рядом с ванной. Ей надо было немножечко подумать…
Если бы Рольф узнал, что у нее кто-то есть, он бы тут же убил ее. К сожалению, ее хозяин спокойно может проникнуть за городскую границу. К тому же, у него повсюду есть осведомители, так что рано или поздно он все равно узнает о ее похождениях и явится сюда. Она была в этом уверена.
Конечно, это произойдет совсем не потому, что Рольф ее любит. В общем-то, любовью это чувство и нельзя было назвать. Он ее побаивался и уважал, хотя постоянно пытался это скрыть. К тому же, ничего на свете не могло помешать ему как следует поколотить Элибер. Он постоянно говорил ей что-то о том, каким способом она может защитить себя…
Каким же чудовищем родилась она на свет? Рольф говорил, что она убийца, но она верила ему ничуть не больше, чем Полиции Мира. Но одно она знала точно если Рольфа как следует прижмут, он найдет свидетельства тех самых якобы совершенных ею убийств. Он сумел привязать ее к себе этим страхом.
Девушка расплакалась, потом вытерла слезы и подумала о том, что уже давно ничего не ела. Кажется, возле компьютера стоял поднос с какими-то остатками пищи. Элибер поднялась и решила посмотреть, не осталось ли там чего-нибудь, чем можно немножечко подкрепиться. Она проглотила остаток сэндвича. Хлеб уже засох, но мясо все еще было вкусным. Ладно. О настоящей еде она подумает потом.
Элибер вернулась в ванную. Перемен к лучшему не наблюдалось. Джек начал бредить. Девушка осторожно потрогала рукой лазерный ожог. Рана опять начала воспаляться. Она взяла со стола остаток денег и с грустью подумала о том, что, кажется, в скором времени ей опять придется заняться воровством, конечно, только в том случае, если Шторм еще не успел заплатить за комнату, на месяц вперед. Она спустилась по лестнице вниз и, улучив момент, когда телекамера охраны повернулась в сторону, быстро выбежала на улицу.
Где можно купить нужные лекарства, Элибер сообразила быстро. То, что они пересекли границу, чувствовалось: огромных толп людей на улицах не было, да и сами улочки выглядели намного чище. Почти все камеры наблюдения работали, но это не беспокоило Элибер: она умела ловко и быстро проходить незамеченной мимо их окуляров. Девушка закупила лекарства и вернулась в отель.
Джек все еще бредил. Она втерла мазь в его рану, потом, защемив ему двумя пальцами нос, влила в рот антибиотик. Что еще можно было сделать? Ей оставалось только ждать. Элибер проверила температуру воды в ванной. Кажется, вода была уже холодновата. Ладно. Значит, надо долить еще немного горячей.
Джек очнулся и почувствовал, что очень голоден. А еще почему-то он был мокр. Он осмотрелся и увидел, что лежит в ванной, рядом с ним на полу сидела Элибер и уплетала за обе щеки дымящийся горячий суп.
— Ну, наконец-таки очнулся! — весело сказала она. — Если нам придется здесь задержаться, кому-то надо будет учиться на повара — цены в отеле бешеные!
Джек открыл рот и хотел что-то сказать, но Элибер протестующе махнула рукой и впихнула ему в рот ложку с супом.
— У тебя воспалился ожог. Ты целый день провалялся без сознания, — объяснила она, закончив вливать в него суп.
Джек осторожно дотронулся до щеки. На месте обожженного пятна пробивался тонкий слой молодой кожи.
— Бактерии нового света. — пробормотал Шторм и ухмыльнулся. Он вспомнил, как «Монреаль» ловко проскочил через все патрульные заставы перед посадкой на Мальтен. Как раз перед банкетом Джек успел сделать себе прививку, и сейчас это ему здорово помогло. Элибер кивнула и бросила ему брюки рейнджера:
— Я их уже выстирала. Одевайся. Только сейчас он заметил, что его прикрывает одно полотенце. Он выхватил брюки и крикнул:
— А ну-ка выйди отсюда!
Элибер рассмеялась:
— Конечно, выйду. Сейчас у тебя уже найдутся силы для того, чтобы одеться самому!
Джек заворчал и швырнул ей вслед огромное мокрое полотенце. Через пару минут он вышел в гостиную:
— А где мой костюм? — осмотревшись, спросил Шторм.
— Я его убрала, — ответила Элибер, не отрывая глаз от экрана. По всей комнате валялись видеокассеты. Кажется, его спутница неплохо проводила время: на огромном плоском экране, закрывающем полстены, шел какой-то детектив. Джек еще раз огляделся. Ему почему-то показалось, что все это — преднамеренная маскировка смертельно уставшей и смертельно соскучившейся девушки по вызову.
Он почесал затылок:
— Так где же мой бронекостюм?
Элибер махнула рукой:
— Да ты сначала присядь!
Джек пришел в ярость:
