А так — и для нас самое лучшее вложение денег, потому что в дело какое-то вкладываться — ну такая себе мысль. Нет, если не брать в расчёт мои знания из будущего, то купить заводик или корабль, да иметь с этого прибыль — мысль хорошая. Но что с тех денег, если сюда докатится большая война? А значит — магическая школа, значит — новые связи и попытки изменить то, что почти невозможно изменить.
Ну, для Печоры и лично князя тоже всё неплохо. Пусть, уже не в денежном выражении, но в престиже и репутации, что среди князей зачастую даже важнее. Пусть нас всего трое, но мы уже доказали, что стоим нескольких дюжин. Печора присылает учиться одарённых магов, демонстрирует силу, напоминает, что даже в маленьком княжестве могут быть серьёзные бойцы… Чем не прибыток, чем не лишние очки в бесконечных княжеских игрищах?
— Признаю, звучит заманчиво, — после некоторого раздумья, вынес свой вердикт Михаил Святославович. — Но вы хотя бы представляете, как сложно попасть в такое заведение, даже имея много денег? А уж про деньги я даже и не говорю…
— Ну, у вас же есть квота на поступление учеников… — пожал я плечами.
— Да, — сказал князь и слегка прищурился. — Вот только мало кому об этом известно. Так откуда это тебе известно, Конрад?
На самом деле — хороший знак, что он снова со мной на «ты». Когда начал «выкать» — аж угрозой повеяло, и даже весь этот образ доброго вежливого дядечки едва не посыпался с Его Высочества…
— Винтеры умеют хранить секреты, — дипломатично улыбнулся я.
Дипломатично — это когда ты пытаешься сказать больше, чем говоришь, при этом вообще не говоря ничего вразумительного.
— Уточню ещё кое-какие моменты. Твоей младшей сестре, Конрад, всего четырнадцать, а в магические школы берут, начиная с шестнадцати.
— А если за юное талантливое дарование попросят уважаемые люди? — приподнял я бровь.
— Но справится ли юное талантливое дарование с учёбой? — усмехнулся князь.
— Насчёт этого — не извольте беспокоиться. Тем более, что у нас ещё есть время до сентября, чтобы немного подтянуть знания.
И заодно магические навыки… Да и форму лучше подтянуть. Я, конечно, знаю, что вступительные испытания даже в самых лучших академиях жёсткие, но при этом всё равно мягче, чем наши постоянные тренировки… Но вот сёстрам этого лучше не знать, чтобы не расслабляться.
— Ваше Высочество, вы нам только дайте шанс на поступление, а дальше мы не подведём.
Князь внимательно посмотрел на меня, побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, а затем неожиданно хлопнул себя по колену.
— Добро! — кивнул Его Высочество. — Так и поступим. Я обеспечиваю вам места в Московской академии магии и высокого волшебства, каждый год оплачиваю обучение…
— Лучше бы сразу внести сумму за все три года.
— Полагаете, что я могу вас обмануть?
— Нет, просто не исключаю варианта, что клану Винтер придётся покинуть Печорское княжество.
— Мне не хотелось бы терять добрых вассалов, Конрад.
— А мне не хотелось бы уходить в неизвестность. Но, возможно, так сложится, что наше присутствие здесь лишь доставит всем… неудобства.
Князь кивнул, явно поняв намёк.
Да, это сейчас мы — герои. Но если Новгород… и кто там ещё замешан в попытке дискредитации Михаила Святославовича — Пермь? Ещё кто-то? так вот если они затаят обиду персонально на наш род, то при любом удобном случае — читай, когда Печора будет слаба — запросто могут потребовать нашей выдачи. Разумеется, ни один нормальный князь в здравом уме не станет отдавать своих вассалов, а скорее втихую организует им выезд из княжества…
Но если всё равно уезжать отсюда, то не лучше ли делать это на своих условиях?
А уезжать рано или поздно придётся, потому что если мы и заведём нужные связи, то реализовать их, сидя в этом медвежьем углу, всё равно не получится. И не бросать же Райнхарда здесь одного? Планы у меня есть на всех… Правда, не все ими останутся довольны, но что уж тут поделать?
— Сумма, конечно, немалая… — протянул Михаил Святославович.
— Ну, вряд ли больше той, в которую обошёлся возвращённый Его Высочеству бронеход, — улыбнулся я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Князь пожевал губами и со смешком махнул рукой.
— Ладно уж! К дэвам торги — остановимся на ваших условиях. Хотите заключить официальное соглашение?
— Думаю, ваша канцелярия будет настаивать на таком… Но позже. А сейчас хватит и вашего слова.
— Ударим по рукам? — усмехнулся Михаил Святославич.
— …Конечно же, клану Винтер полагается солидная премия за уничтожения множества опаснейших монстров… Но самым ценным, как я надеюсь, будет то, что из моей личной казны будет оплачено их обучение в одной из лучших академий Конфедерации!
Князь прикалывает к моему кителю орден, жмёт руку и вполне по-отечески приобнимает. Затем приходит черёд Хильды, которая получила поцелуй в щёку от старого лиса, а Вилли он чмокнул в макушку.
— Вы уж там не посрамите родное княжество! — выдал князь нам напутствие. — Не желаете ли сказать пару слов нашим добрым печорцам? Хильдегарда, Вильгельмина?
Вот только речи Хильды сейчас и не хватало. Она ж сейчас от волнения и торжественности момента начнёт материться от восхищения. А на Вилли, кажется, икота напала… И Его Высочество как назло вовсю подмигивает — дескать, по-любому надо что-то сказать для закрепления эффекта.
Вздохнул, подошёл к трибуне, машинально нашёл звуковой фокус — куда говорить, чтобы магия могла по всей площади мой голос разнести.
— Я не мастер говорить речи, — сказал я, несколько покривив душой. Произносить речи в теперь уже неслучившемся будущем мне приходилось. — Поэтому скажу просто — мы сделали то, что должны были. Ни больше, ни меньше. Мы присягнули защищать эту землю и её жителей, и будем делать вне зависимости от того нравимся мы кому-то или не нравимся. Ну, а если ещё кто-то задумал недоброе — ограбить там кого, убить или с богомерзкими демонами в сговор вступить…
Я усмехнулся.
— Таким я скажу только одно — берегитесь. Живыми или мёртвыми мы всё равно достанем вас. И лично я выбираю — мёртвыми.
Глава 6
…Перепрыгнуть ров, используя усиление ног. Пробежать по бревну, перебраться через рукотворный бурелом.
Первый огневой рубеж. Выпустить пять патронов из карабина стоя, перезарядить, продолжить движение.
Миновать лабиринт, затем узкий коридор. Перебраться через полуторасаженную стену.
Второй огневой рубеж. Стрельба лёжа, ещё пять патронов. Перезарядить, продолжить движение.
Упасть и проползти под натянутой колючей проволокой. Вскарабкаться по привязанному к дереву канату на высоту трёх саженей, перемахнуть на склон холма.
Третий огневой рубеж. На этот раз достаю не карабин, а револьвер, и разряжаю весь барабан в мишень.
Затем — короткий отдых и по новой проходить огневую полосу.
Сооружал я её по памяти — по той, неслучшившейся памяти из будущего. В текущий момент истории так, кажется, ещё никто не тренируется…
Правда для полноты картины не хватало грохота имитационных взрывов, пулемётных очередей поверх голов, дыма и горящей зажигательной смеси. Без этого картина боя была бы отвратительно неполной.
Ну а бегал я всегда наравне со всеми, потому как, если честно, так себе из меня большой начальник был. Тренировать, воевать и расписываться где покажут — это я мог, а для всего остального был толковый начальник штаба. Зато мог сказать новобранцам, что не требую от них ничего невозможного.
Впрочем, это по меркам княжеских дружин и многих наёмных отрядов я себя вёл странно — там-то обычно считалось, что маги с магами воевать не должны. А махать саблей на передовой — тем более. Ты сильный маг? Вот и действуй из-за спин более слабых чародеев и обычных солдат.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
А вот в Пакте считалось ровно наоборот — там каждый командир батальона должен был присутствовать на передовой. Правда, в основном не из-за имеющейся колдовской мощи, но и потому что на передовой можно оперативнее обстановку отслеживать. У той же Эспаньолы армия не хуже и не меньше алеманской, но оказалась жутко неповоротливой как раз из-за чрезмерной централизации. Там, где несколько пактовских батальонов могли на лету скоординировать действия, республиканцы тратили многие часы на согласование со всеми вышестоящими командирами.
