– Раз разреш-ш-шил, значит останеш-ш-шься. Только я сам покормлю свою надин, без твоей помощ-щ-щи, ниид. Правда, «цветочек»? – передразнил темного Анаишшш.
Сильная рука обвила меня за талию и оттащила от соперника. Шею обжег укус от острых клыков. Да так грубо, что от боли я вскрикнула и дернулась, инстинктивно пытаясь вырваться. Ставя свою метку для Шэйтассса, Анаишшш не рассчитал силу. в воздухе поплыл сладковатый аромат моей крови – «В вену, что ли попал?» – по кофточке стало расползаться темное пятно.
– Прос-с-сти… – раскаянье, и ранку попытались зализать, снова склонившись к моей шее.
Рык взбешенного ниида и, теряя над собой контроль, Шэйтассс, в знак защиты, дернул меня обратно к себе, чуть не выдернув руку из плечевого сустава (с его-то силой); иссаэр не отпустил, сжав мои ребра жестом собственника.
Это не понравилось кровавому лорду. В жутких глазах полыхнуло бездной. Наклоненная голова. Более жесткий захват. Меня собирались отстаивать по праву сильного.
Ответное шипение Анаишшша. Отпускать и уступать никто не собирался.
Мою попытку вырваться и стон боли мужчины даже не заметили, как и не обратили внимания на приблизившихся к ним раянок, требующих у нааганитов отпустить со-рин дома зеленых нитхов и успокоиться. Они подвергают ее жизнь опасности, как и жизнь детей третьего лорда. Господину обо всем будет доложено…
Угрожающее рычание с двух сторон, предназначенное друг другу, и каждый из лордов снова попытался притянуть меня к себе. Их тела исказили первые признаки трансформации: самцы готовились к сражению…
От страха происходящего и боли я закричала, прося их остановиться. И Анаишшш и Шэйтассс так увлеклись своим противостоянием, что даже не почувствовали, как начали меня убивать…
Проснулись дети…
Не знаю, что бы со мной произошло дальше, но плач напуганных энов отрезвил нааганитов получше холодной воды. Инстинкт защиты потомства гораздо сильнее соперничества за самку. Да и сама самка выглядела весьма плачевно после их собственнических замашек.
Ниид отпустил меня первым. Кажется, «бездна» и сама была в ужасе от того, что только что чуть не натворила.
Впрочем, как и иссаэр…
* * *
– Надин, прости, прости, девочка. Я не хотел. Я не думал… Сам не понимаю…
Сиреневые глаза, полные раска янья. Пальцы, проверяющие мое плечо на перелом или вывих, потому что я с трудом могла поднять руку. Заживляющая пленочка на шее, стянувшая ранки от его клыков. Осмотр моего тела и ребер на предмет других повреждений. Горячая кружка с травяным подслащенным напитком в мои трясущиеся холодные ладони. Укол атика. И снова бесконечные извинения…
– Лена, – иссаэр заставил посмотреть меня на себя, – почему ты молчишь? – и такое отчаянье в голосе, – прости…
– Почему?!! – я взорвалась. – Да потому что ты идиот!!! Ладно он, – ткнула пальцем в сидящего на кровати мрачного ниида, который тоже уже не раз попросил прощение у своего нежного хрупкого цветочка, ведь он не хотел его обидеть. Просто, когда Шэйтассс почувствовал запах моей крови, крови самки, которую он так желал, его, как ниид объяснил, немного «переклинило». – Но ты, ты хоть понимаешь, к чему может привести твоя ревность и глупое соперничество?! Да даже я своим человеческим умом осознаю, кто такой четвертый лорд империи Амморан и какую роль он играет в жизни твоего брата и в твоей, между прочим, тоже! Союз с домом черных ниидов – это основа вашей стабильности и защита вашего общего потомства! И этот союз нужно укреплять, а не разрушать! – услышала за спиной удивленный хмык. – А ты, наоборот, пользуясь его интересом ко мне и слабостью, все время задеваешь ши-ара своего эна, зная, что он не может тебе ответить. Хотя, скорее всего, просто не хочет. Вот честно, на месте ниида я бы сама давно тебя придушила, зараза ты моя ревнивая.
Отставив кружку в сторону, обняла иссаэра, стараясь не морщиться от боли в руке и погасить свой гнев, чтобы не обострять напряженную обстановку еще больше. И так малышей с трудом успокоила, передав их раянкам. Теперь вот пыталась примирить взрослых нагов, которые вели себя как псы, не поделившие сахарную кость!
И все бы ничего, только этой «костью» была я. И еще раз оказаться в такой роли мне ой как не хотелось. Сломают и не заметят.
– Я не хочу, чтобы подобное повторилось впредь. Вспомни Эйтассса. Подумай об энах!
– Прости, надин, – глухой голос, и меня осторожно пересаживают к себе на колени, заключая в нежный плен ласковых, не причиняющих больше боли, рук. – Ты права, маленькая со-рин. Нам нужен мир. – Поцеловал меня в висок. – Шяйтассс, приношу тебе извинения за свое недостойное поведение. Обещаю впредь быть более сдержанным и уважать твое положение как ши-ара моего брата и как будущего родича в связи с союзом Лейшшшара и Аналлин. Даю слово, что приму любое решение Дэйрашшша, каким бы оно не было, касающееся нашей с ним со-рин, но только в том случае, если девочка добровольно захочет подарить тебе свое тепло. Нет, свою надин обижать я никому не позволю – ни тебе, ни даже ее ньеру. – Прижал к себе сильнее, не забывая щадить мое плечо. – И брату об этом известно. Таково мое условие. Принимаеш-ш-шь?
– Принимаю. С-с-силой не возьму. – Тягучий тяжелый голос черного ниида. – И тоже приношу с-с-свои извинения за то, что причинил вред со-рин дома зеленых нитхов. Только вот мне с-с-с трудом верится, что ты сможеш-ш-шь и впредь сдерживать своего зверя. Я тебя слишком долго и хорошо знаю, дис-иссаэр, – усмешка. – Поэтому если цветочек согласится, позволь мне ее поцеловать. Тогда конфликт между нами будет полностью улажен на долгое время. – Мурлыкающие, но такие напряженные нотки. – Тебе решать, нитх, будет ли между нами и в дальнейшем мир.
Почувствовала, как напряглось удерживающее меня мужское тело от внутренней борьбы.
– Девочка все решит, – глухой голос, полный боли. – Неволить не буду.
– Цветочек? – от ожидания, что плескалось в черных внимательных глазах здоровенного наага нита с крова выми прядями у висков и алой лентой змеиного языка между белоснежных клыков, сердце ухнуло вниз.
«Но… После всех сказанных мной в запале слов разве я могу отступить? Это будет выглядеть, по крайней мере, как трусость.
К тому же, нельзя требовать чего-то от других, если не можешь сделать этого сам».
– Я не против. Только не передеритесь. Ладно? А потом спокойно пообедаем. У меня еще малыши голодные, а я тут с вами отношения выясняю.
Преодолев себя, улыбнулась и протянула руку темному лорду, принимая его приглашение.
Белый, хоть и с трудом, но все-таки меня отпустил…
Когда через десять минут в спальню влетел взбешенный ньер, вызванный по нуарру раянками, доложившими ему о конфликте двух лордов и травмах его маленькой со-рин, Дэйрашшша ждал сюрприз.
