Но это не повод сдаваться! Даже одна спасённая жизнь — это очень круто. Однажды я выхожу из депо после смены. Уставший, как собака, злой. В тот день мы не смогли спасти девушку после «дэтэпэ». Приехали на вызов, а машина ну просто всмятку, даже не знаешь, с какой стороны подобраться. Вокруг люди стоят, говорят, что из машины стон доносится. Значит, ещё жив кто-то!
Ну, мы быстренько: гидравлические ножницы, ломы. Работаю, а сам понимаю, что уйма времени пройдёт, пока мы до пострадавшего доберёмся. И вот через полчаса достаём девушку. Худенькая, лет двадцать всего. Мёртвая. Белая, как мел. Причём не виновата ни в чём была: водитель грузовика заснул за рулём и вылетел прямо на неё, она даже сообразить ничего не успела! Причём и дядька этот, водитель, был не то чтобы прям виноват: на него обманом кредиты повесили, так он, бедный, сутками без перерывов работал, чтобы семью на улицу не выгнали. Всё бегал вокруг машины, просил у всех прощения, волосы на себе рвал.
В общем, после такой смены выхожу из депо. Злой, как чёрт. Смотрю, напротив депо мальчишка стоит, лет восьми. В руках потрёпанная, грязная пожарная машина. Вид растерянный, перепуганный. Ну, думаю, потерялся. Парень прибежал в пожарное депо сравнивать свою игрушку с настоящей «пожаркой». Что, говорю, потерялся? А сам я всегда на корточки сажусь, когда с детьми разговариваю, а то я ведь большой: испугаются ещё. Мальчишка посмотрел на меня так серьёзно-серьёзно и говорит: «Вы зимой мою маму спасли, её из больницы выписали вчера, и я принёс вам подарок». Спасибо вам, говорит! И протягивает мне свою машинку!
У меня аж слёзы на глаза навернулись! Нет, нас часто благодарят, это понятно. И коньяки дарят, и сертификаты всякие. Бывает, меценат какой-нибудь нас всех на курорт отправит. Но тут-то совсем другое. Ясно дело, что для мальчишки эта машинка — самое дорогое, что есть на Свете. Смотрит на меня так серьёзно. Потому что этот малыш так рано понял, что самое ценное — это жизнь! Что все эти машинки ничего не стоят по сравнению с тем, что мама вернулась домой. Возможно, это не я спас его маму, а кто-то из коллег, но для него я — это воплощение всей пожарной службы.
— Вы приняли машинку?
— Пришлось, — усмехнулся Чейз. — Как я мог отказать малышу? Она у нас теперь на почётном месте стоит, в комнате отдыха, наравне со всякими кубками. Но мы ему взамен настоящую каску подарили, так что парень был в полном восторге.
Впереди показалось дорожное ограждение и водитель свернул на соседнюю улицу. За полусгнившими красно-белыми досками угадывался остов покорёженного моста. Проржавевший дорожный знак сообщал, что там ведутся дорожные работы.
— Сами выбрали эту работу или семейная традиция? — спросил водитель.
— Сам. С детства ещё мечтал. Ни в чём себя другом не видел. Многие говорили: на фига оно тебе надо? Денег мало, здоровье там оставишь. Кстати хочу сказать, что с деньгами всё в порядке, даже без всяких подарков. Не знаю, чего всем кажется, что мы с хлеба на воду перебиваемся. Вот я уверен, что вы в своём такси получаете гораздо меньше, уж извините.
— Ничего.
— Все работы важны и мне бы хотелось, чтобы все достойно получали. Но за себя и за своих коллег могу сказать, что нам не на что жаловаться. Разве что риски на работе, но ведь они не только у нас. Почёт опять же, уважение. Все родственники гордятся. Но я не ради славы сюда пошёл. Можно подумать, у нас тут интервью каждый день берут и мы автографы раздаём. Ха!
— Но вы же всё-таки чуть тщеславны, — водитель ему подмигнул, — признайтесь.
— Не без этого, — легко согласился Чейз. — Но знаете, тщеславие больше к самой профессии, а не ко мне лично. Мне нравится, когда к нам в депо приводят ребятишек на экскурсии. Ох, как у них глаза горят! Ахаха! Они сразу облепляют нашу машину, как обезьянки! Везде лазают, всё им интересно. Всё расскажи, всё покажи. А уж что начинается, когда мы разрешаем им включить сирену и мигалки… Ух!
Чейз хохотал, широкая, как дверь, грудь подрагивала в такт громовому смеху. Спасатель переживал лучшие моменты своей работы и весь отдавался воспоминаниям.
— Но ведь это работа правда очень опасная. Не бывает страшно? — водитель взглянул на него и прищурился.
— Нет, — пожал плечами Чейз, — чего бояться-то? Можно выйти из дома за молоком и вас собьёт машина. Знаете, какое количество таких людей я вижу по долгу службы? Человек лезет менять лампочку на кухне, падает с табуретки и ломает себе шею. А другой — строитель на стройке — падает с восьмого этажа на арматуру, которая пробивает его насквозь, а он остаётся жив! Так что тут от нас мало что зависит. От нас зависит, как мы распоряжаемся отпущенным нам временем.
— Согласен, — легко согласился водитель, — но вы наверняка несёте ответственность не только за свою жизнь. У вас есть близкие. Я слышал, что многие в вашей профессии не заводят семьи. Из-за слишком опасной работы.
— Ну, тут вы не правы, — Чейз, поморщившись, повёл могучими плечами и с опаской взглянул на потолок, словно тот падал на него. — Почти все мои коллеги с семьями. А те, у кого их нет, не заводят семьи по совершенно другим причинам.
— Но как же риски? В вашей профессии так много смертей.
Чейз посуровел. От прежней легкомысленности не осталось и следа. На пассажирском сиденье теперь был суровый, собранный профессионал, готовый ко всему.
— Да, смертей много, — глухо сказал он, — но знаете что? Я не готов отказываться от семьи из-за рисков! Жизнь — это не только работа, всё-таки.
— Значит, у вас есть семья?
— Да, жена. Она сейчас беременна. На седьмом месяце. Если бы не она, то какой смысл вообще возвращаться домой? Я захожу домой, вижу её взгляд и вся усталость словно испаряется. Все неудачи, вся боль остаются где-то позади. Словно в другой мир попадаешь! И как от этого можно отказаться? Она у меня девочка неглупая: прекрасно понимает, кем её муж работает. Никогда не спрашивает меня о работе. Знает, что счастливые случаи я сам рассажу, а о плохих ей знать ни к чему. В целом, девушка она впечатлительная: новости лишний раз не смотрит, вечно жалко ей всех. Тем более сейчас, когда она вот-вот родит. Гормоны, всё такое. Ух, как я жду этого мальчишку! Вот когда он родится, тогда заживём! Будем втроём путешествовать, ездить на рыбалку и всякое такое!
