— Я редко вижу Вас, дорогой, — жаловалась она ежедневно, — я знаю Вы беспокоитесь о котах, но что вы можете поделать?
Когда беседа подходила к этой точке, лорд Брунсвик всегда вставал и покидал комнату, возвращаясь к своим исследованиям, запирая дверь. Студия была большой круглой комнатой, заполненной книгами предков лорда, с различными рассказами о Мерекларе. В центре комнаты стоял треугольный стол, каждая сторона, которого была длиной в рост человека, окруженный десятью стульями — по одному на каждого министра Мереклара. На столе стояла искусно сделанная модель города, повторяющая в точности все детали.
Каждое дерево было на своем месте, каждая река и ручей текли в нужном направлении, даже резьба на внешней стороне стен была продублирована с беспрецедентным умением.
Подобно городу, происхождение модели было тайной. Она находилась здесь, когда предки лорда заняли особняк.
Благодаря модели, лорд Брунсвик управлял страной — землями, засаженными плодами и зерном. Слуги видели, как он изучая модель, определял, какой сад должен быть оставлен, а какой расширен, какие степи можно расчистить, а какие оставить. Его жена видела, как он записывал примечания в книги и свитки. Так было раньше, до того как он, закрыв двери, приступил к исследованиям.
— Время обеда, мой лорд, — сказал один из слуг тихонько стуча в дверь.
Семья Брунсвик сидела за белым столом, отец и мать сидели по разные стороны стола, маленькие дети сидели справа, две взрослые дочери — слева. Обед обычно начинался с благодарности котам, защитникам страны и мира, за их доброту. Однако за прошлые несколько недель традиция была оставлена.
— Нет, — резко сказал лорд Брунсвик однажды вечером, когда жена начала произносить слова. — Коты больше не будут упоминаться в этом доме.
Его жена и дети конечно знали, что он был расстроен. Их коты были среди первых исчезнувших. Так что лорд Брунсвик во время обеда не говорил о котах. Зато говорил о многих других вещах. О вопросах, которые вряд ли его волновали.
— Что обсуждали сегодня в Совете, дорогой? — спросила жена, дуя на суп.
— Как обычно, — коротко ответил лорд Брунсвик.
— Отец, — начала его старшая дочь, — Вы помните. Что через две недели Праздник Ока.
Лорд Брунсвик резко глянул на дочь, но ничего не сказал. Девушка затаив дыхание, собрала всю свою храбрость.
— Когда я смогу купить себе новое платье для бала, отец?
— Ты не пойдешь, — ответил министр.
— Но вы сказали, что я пойду! Еще месяц назад, не так ли, мама? — закричала дочь.
— Да, дорогой. Вы же обещали, — сказала леди Брунсвик, странно поглядывая на мужа. — Разве Вы не помните?
— Я? — неопределенно спросил Брунсвик. Внезапно он вспылил. — Праздник Ока! У меня нет времени на подобные глупости!
Леди Брунсвик покачала головой. Она спокойно сказала своей плачущей дочери:
— Мы обсудим это позже.
Обед прошел в тишине. После обеда девочки встали из-за стола и отправились по своим комнатам
— В чем дело, дорогой? — обратилась леди Брунсвик к мужу, ее лицо выражало беспокойство. — Вы всегда наслаждались Праздником Ока. И, даже с этими ужасными проблемами, вы могли бы расслабиться и поучаствовать в нем. В конце концов он бывает только раз в году.
— Почему Вы всегда беспокоите меня тривиальными вопросами? — взорвался лорд. Его жена потрясенно смотрела на него.
— За двадцать лет нашего брака Вы никогда не поднимали голос на меня! — вскрикнула она, ее глаза наполнились слезами.
— Я собираюсь прогуляться, мирно и спокойно!
Спустилась ночь. Это была та же ночь, когда в гостинице, недалеко от города, кендер беседовал со странным чернокожим человеком; маг восстанавливал дыхание и воин распивал бутылку гномьей водки с хозяином гостиницы.
Министр оставил свой особняк через черный ход и прошел в сады, прогуливаясь, он держа левую руку за спиной, как подобает истинному джентльмену. Немногие коты, оставшиеся в Мерекларе и разгуливающие по двору, разбегались при его приближении.
Оглянувшись. Чтобы убедиться, что за ним не следят, лорд Брунсвик продолжал идти, пока не достиг окраины своих владений. Здесь стояла высокая керамическая урна, одна из многих, обозначающих владения Брунсвика. Лорд небрежно прислонился к ней. Подождав несколько мгновений, чтобы удостовериться, что он один, министр немного подтолкнул ее плечом. Урна скользнула в сторону, открывая скрытый проход в земле. Оглядевши его, как и раньше, он спустился на лестницу, которая начала пылать странным жутким светом. Вытянувшись, он нажал рычаг, выступающий из стены. Урна вернулась на место, скрывая вход.
Лорд Эрвин, министр финансов, закончил обедать в то же время, что и лорд Брунсвик. В отличие от богатого стола министра сельского хозяйства, еда лорда Эрвина была простой, он ел на глиняной посуде в кухне. Он ел один, самостоятельно готовя обед, без помощи слуг. Лорд жил один в его огромном особняке, нанимая только садовников, для присмотра за садом и деревьями. Лорд Эрвин был мизантропом и скупцом. Возвращаясь к своей работе, лорд вытянулся на стуле. Он без интереса скользнул по спику земель и их владельцев. Когда колокол на его часах ударил восемь раз, он поднялся на ноги и прошел в подвал дома.
Винный подвал был велик и хранил сотни бутылок ежегодно изготовляемого вина, стоявших на отдельных стойках. Вино хранилось здесь в течение многих лет, с каждым годом становясь все ценнее. Лорд спустился по деревянной лестнице. Взяв из зажима масляную лампу, он зажег ее и прошел в глубь подвала. Министр невнимательно шел сквозь лабиринт стоек, не заботясь о том, что они тряслись, когда он задевал их. Когда одна из бутылок упала на пол и разбилась, он даже не глянул на нее.
В глубине подвала, где стояли самые старые бутылки, лорд Эрвин приблизился к выглядевшей особенно древне полке. Проведя пальцами по вершине, он надавил на красную бутылку. Стойка сдвинулась со скрипящим звуком и скользнула к стене. Лорд вступил в туннель, открывшийся позади стойки, его шаги гулко отзывались эхом в холодных коридорах.
Той же ночью, по всему бело-стенному Мереклару, семь других благородных лордов шли семью темными и разными дорогами, направляясь в одно и то же место.
Они направлялись в гостиницу «Черный Кот», где собирались обсудить зловещее предзнаменование, вызванное исчезновением котов, их опасения лишили их сна. В конце концов усталость взяла своё и они разъехались по домам. Только один человек остался в столовой. Никто не говорил с ним, и он тоже ни с кем не заговаривал.
Наконец Йост подошел к нему.
— Я закрываюсь. Или снимайте комнату на ночь, или уходите.
Человек поднялся на ноги. — Вы ведь запираете входную дверь, не так ли? И никто не сможет выйти или войти?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
