этом состоянии делают его тело слишком уж устрашающим. Он рассматривает мои ключицы, плечи, проходится по полотенцу взглядом, явно рассматривая очертания моего тела. Он не спешит отворачиваться и извиняться. Словно он знал, что я тут…
Просто варвар… Дикий и невоспитанный охотник, который не понимает, что нужно закрыть дверь…
Но он её закрывает. Только не оказываясь снаружи. Он заходит в душевую, и мне приходится неловко отпрянуть, чтобы он не оказался вплотную ко мне. Эта ситуация, его взгляд и его тяжёлое дыхание - смущает. Его запах, всё его огромное тело заполняет пространство и я чувствую, как мне снова не хватает воздуха.
7
- Д-дай… Те мне выйти, - шепчу я. Губы онемели от страха, паники и шока. Мужчина почти вжал меня в стену летнего душа, а его огромное тело с этими ужасными узорами татуировок сильно напрягает всё моё естество. Я впервые такое ощущаю. Это отличается от некого болезненного освобождения, которое я чувствую, прыгая во времени. Отличается от страха, с которым я часто бегу от тех или иных охотников. Удивительно, что сейчас меня смогли вообще поймать. Мне кажется, что это удалось лишь потому, что они знали, где я живу. А это значит, что они за мной следили.
Правильно, Ева. Всё верно делаешь. Нельзя поддаваться этому мужчине, нельзя показывать свои истинные чувства. Потому что я уже чувствую, как пылают мои щёки. Едва мне стоит мыслями вернуться к этому мужчине и я не могу ни о чём другом думать.
- Уверена, что хочешь уйти? - Александр усмехается и наклоняет голову. - Мне нравится этот румянец на щёчках и нравится, как ты часто дышишь. Кажется, если прислушаться, я слышу твоё бешеное сердцебиение. У тебя были мужчины, Ева?
- Что? - я чувствую натуральное оскорбление. И не от того, что он допустил мысль о том, что у меня были мужчины, а от самого его вопроса. Я провела много времени в XVIII и в XIX веках, где такой вопрос был для женщины настоящим оскорблением. И несмотря на то, что я выросла в XXI веке, несколько лет я всё же прожила в других годах и веках. И, практически, в другой жизни. А потому, если я окажусь в более современном мире и захочу с кем-то познакомиться… Наверное, это будет примерно так же. Да, скорее всего.
- Ты не поняла мой вопрос? - он играет со мной, как и всегда. Проверяет на прочность и уверенно гнёт свою линию. Но что ещё больше меня смущает, так это то, что ему действительно интересно узнать ответ на свой вопрос.
- Поняла, - поджала губы. - Но не уверена, что хочу на него отвечать, - хмурюсь, уверенно смотрю на него. По факту мы с ним наследники сильных семей. Таких, которых нет в учебниках истории и которые не стремятся быть в ней. Его предки и он сам охотились за такими, как я, и за мной в том числе. А сейчас что? Да я практически дрожу от ощущения, что всё это чертовски правильно. Но так не может быть.
- Тогда ты можешь идти, - великодушно хмыкает мужчина, и я, почти что под рукой у него, проскользаю к выходу, потуже наматывая на тело полотенце и, прихватив платье, вылетаю. И даже не успев выдохнуть, влетаю в крепкую грудь уже второго мужчины. Он рефлекторно ловит меня и даже прижимает, когда я резко вскрикиваю от боли. Я попыталась без трости бежать и после быстро удержаться на ногах. Но раненая нога даёт о себе знать, а острая боль проходится по всему телу и я вздрагиваю от неё.
- Я не нашёл её в доме и решил сказать тебе, что она ещё тут, - удерживая меня одной рукой, блондин обращается к Александру, который, собственно, видел, что я врезалась в Киприана и теперь отчаянно пытаюсь оттолкнуться от него, встать хотя бы на одну ногу и убежать. Как - тоже не понятно, ведь блондин очень сильно сжимает меня в районе талии и совсем не собирается отпускать.
- Я уже догадался, - хмыкнул Александр, ставя локоть на стену и прижимаясь лбом к кисти. Его взгляд снова опускается по моему телу. И я понимаю, что моё полотенце немного задралось оттого, что я безуспешно стараюсь оттолкнуться от Киприана. - Отпусти её. Кажется, я её очень смутил.
- Она вся горит, - хмыкнул Киприан, ослабляя хватку. Я вцепляюсь в его плечо и прикусываю губу, всё ещё прижимая платье к груди. И полотенце. Но у меня удаётся уверенно встать на одну ногу, превозмогая боль. Он смотрит уже на меня сверху вниз и немного мягче интересуется: - Стоишь?
- Да, Киприан… - шепчу. Почему-то голос охрип.
- Вкусно пахнешь, - ошалело смотрю на его губы, которыми он это сказал. Ещё буквально пару часов назад он меня едва ли не убил. Или мужчины решили меня приручить иным способом? Если силой не даюсь и не против, чтобы уже от меня избавились, то…
- Ч-что? - сглотнула я.
- Тебе послышалось, - хохотнул Александр. Но он подошёл и следующее, что он говорит - кажется ещё большей выдумкой моего воображения: - Ты поосторожнее, - шепчет в ухо, почти что одним своим дыханием пригвоздив к блондину. Встретившись с серебрянным взглядом, я больше не могу отвернуться, особенно пока говорит брюнет своим хриплым голосом. - Всё же сейчас ты одна против нас двоих. Ты очень уязвима, ибо я могу за секунду сорвать с тебя это полотенце. А если мы оба действительно продемонстрируем свои возможности, у тебя не хватит сил сопротивляться.
Нет, ну точно, они явно кардинально меняют тактику. Но я не должна вестись. Это всё состояние моего тела и моих мыслей сводит с ума. Я вздрагиваю всем телом только от того, насколько вся эта ситуация порочна и интимна. А ещё меня очень резко и неожиданно затащили именно в такое состояние. Я ведь всё ещё боюсь их. Но одновременно с этим понимаю, что… Страх уступает всему тому спектру чувств, что я резко стала ощущать.
- Пожалуйста, не нужно… - прошу. Взглядом я всё ещё прикована к серебряным блестящим глазам. А вот мыслями вся в шёпоте Александра.
- Кажется, что нам нужно всем прекратить этот диалог сейчас же, - голос блондина тоже изменился. Боже, что происходит?
Киприан ловко берёт меня за талию с двух сторон
