Его нет в городе – они уехали всей семьёй на праздники к родственникам Ирины. Дима не берёт трубку. Я остаюсь один на один со своей неразрешимой проблемой.
Темнеет рано. Алиса требует еду. Я не придумываю ничего лучшего, чем потихоньку двигаться на вокзал, перенося на небольшое расстояние пакеты один за другим по очереди.
Улицы заполнены шумными весёлыми компаниями и людьми, спешащими к праздничному столу. По всему городу горят гирлянды и царит новогодняя атмосфера. Ещё вчера я варила холодец, пекла коржи для торта и гадала, понравится ли папе подарок. Хотела сделать ему приятное… А сегодня я буду встречать Новый год на улице как бомжиха.
Под аккомпанемент плача дочери с трудом добираюсь до зала ожидания. Он пустой – никто никуда не едет в новогоднюю ночь…
- Гражданочка, просыпаемся! – тормошит меня полицейский. – Документы покажите.
Вытаскиваю из сумки паспорт и свидетельство о рождении дочери.
- Что делаете тут в такую ночь? – спрашивает строго.
- Муж выгнал спьяну? – участливо включается в разговор второй.
Мотаю головой. От испуга забываю все слова, не могу ничего ответить.
- Пойдём-ка с нами. В участке теплее.
Оказаться в тепле – очень соблазнительно. Но доверия к полицейским у меня нет.
Пока раздумываю, второй уже подхватывает тюки, а первый берётся за коляску.
- Идём, – бросает он и направляется в сторону выхода. – А то к полуночи опоздаем. Весь год потом будем мотаться по городу как неприкаянные.
Мне ничего не остаётся, кроме как плестись за ними.
В участке и правда тепло. Горячий сладкий чай приятно разливается по организму. Накормленная Алиса сопит в коляске. Полицейские празднуют наступление Нового года.
- Спасибо вам, – говорю их главному.
Ни с того ни с сего меня пробивает на откровенность, и я делюсь с ними своей бедой. Рассказываю, что мама умерла, что я осталась без работы, что взяла у папы без спроса деньги на лекарства для дочери, и он выгнал меня из квартиры.
- Может, наваляем папаше, чтобы не борзел? – предлагает один из дежурных.
- У меня получше идея есть, – заявляет старший и куда-то уходит.
Я осмеливаюсь стянуть со стола бутерброд с колбасой. Проголодалась зверски…
- Ты ешь, давай, не стесняйся, – блондин, который нёс мои пакеты, пододвигает ко мне тарелку.
- Спасибо, – отвечаю и быстро хватаю ещё один бутерброд в другую руку, будто боюсь, что щедрое предложение может закончиться в любой момент.
Пока жую, возвращается главный.
- Ты убирать умеешь? Ну там пылесосить, плитку и сантехнику чистить…
- Конечно. Кто ж не умеет? Я и в ресторане работала уборщицей, и по дому всё делала.
Не понимаю, к чему он клонит. Попросит тут убраться?
- Тогда поехали. Побуду сегодня Дедом Морозом.
- Куда? – настораживаюсь.
Откуда мне знать, можно ли ему доверять?
- Семью одну знаю, у них позавчера уволилась домработница. Они срочно ищут замену, хозяйка в истерике. Дом большой, работы много. Обещала выделить тебе комнату – можешь у них жить пока, если подойдёшь. И даже согласны взять тебя с ребёнком, если он не будет ничего портить.
Я не верю своему счастью. Но и волнительно очень, и страшно немного. Что за люди? Вдруг бандиты какие-то? Хотя если полицейский с ними в контакте, то вряд ли преступники. Или нет?
Мои вещи опять несут куда-то, не дождавшись моего согласия.
- Меня Матвей зовут, – представляется мужчина, который открывает нам ворота и забирает мои тюки у полицейского. – Я тут охранник. Хозяев сейчас дома нет, они уехали праздновать куда-то. Хозяйка утром с тобой пообщается, а пока велела показать тебе комнату. Не хоромы, конечно, но зато тепло.
Оставляю коляску и вещи у входа, беру спящую Алису на руки и торопливо иду за ним.
- Тут везде камеры, всё записывается. Так что даже не думай где-то что-то стянуть. Хозяйка строгая, хозяин с ментами на короткой ноге. Тут почти как в армии. Но если не нарываться и выполнять все их указания, то они вполне нормальные.
Меня трудно напугать дисциплиной или строгостью. И уж точно ничего брать без спросу я не буду. Единственное, за что переживаю, – куда пристраивать на время уборки Алису.
- Это – комната поварихи. Она не постоянно тут живёт, иногда остаётся на ночь, а бывает, домой уходит. Это зависит от фронта работ. Когда хозяева вдвоём, то тут потише и проблем поменьше, а когда дети приезжают с внуками, то начинается настоящий дурдом – только успевай подавать им еду и убирать за детьми.
Я не боюсь работы. Дом хоть и большой, но уютный. Мне очень нравится.
- А тут ты будешь жить, – Матвей толкает следующую дверь. – Располагайся. Еда на кухне. Всё, что остаётся с вчера в холодильнике, можно брать. Хозяева едят каждый день свежее.
Жильё, еда и работа! Я не верю своему счастью. Самое настоящее новогоднее чудо!
* * *
В доме Екатерины Максимовны мы с Алисой проводим больше двух лет. Мне удаётся сдружиться с поварихой Тоней, мы помогаем друг другу в работе, она меня страхует с дочерью.
Главный урок, который я вынесла из своего жизненного опыта: никогда нельзя сдаваться. За чёрной полосой обязательно следует белая, и из любой ситуации есть выход, нужно только хорошенько его поискать и как следует отчаянно поработать лапками, как лягушка из притчи.
- Ольга, я хочу с тобой поговорить, – хозяйка обращается ко мне, как обычно, строгим голосом. – Как закончишь уборку, зайди ко мне в кабинет.
Екатерина Максимовна имеет собственный бизнес – производство женской одежды. Часть моделей она разрабатывает сама. Потрясающая женщина! Она даже дома всегда одета очень элегантно. Я тайком засматриваюсь на её осанку и стиль. Мне бы очень хотелось быть на неё похожей… Но пока мой удел – униформа горничной, пылесос да тряпки.
- Присядь, – хозяйка машет рукой в сторону светлого кожаного дивана, когда я с опаской вхожу в её кабинет. – Ты, наверное, слышала, что мы уезжаем жить за границу?
Киваю. Конечно, я знаю об этом и гадаю, что будет со мной. Кто будет жить в этом доме? Оставят ли они тут на каких-то условиях прислугу? Мы с Тоней уже вторую неделю сидим как на иголках.
- Уборщица тут больше не нужна, – Екатерина Максимовна отвечает на мой главный вопрос. – Но ты
