— Ты сказала мне правду, — объявил жене Андертон, снова перебираясь на свое сиденье. — Мы можем отсюда связаться с Уитвером?
Лиза молча кивнула, включила на панели управления сектор коммуникации и спросила у мужа:
— Что ты там нашел?
— Это потом. А сейчас срочно свяжись с Уитвером, это очень важно! Мне надо поговорить с ним как можно скорее.
На мониторе бурно замелькали иконки каких-то мелких чинов из нью-йоркской штаб-квартиры, пока не появилась крохотная физиономия Эда Уитвера.
— Ты меня еще помнишь? — ухмыльнувшись, спросил Андертон.
— Господи, помилуй… — Уитвер побледнел. — Что случилось? Лиза, ты везешь его сюда?.. — Он с недоверием уставился на беглого преступника и обнаружил, что тот держит здоровенный пистолет. — Эй, ты! Не смей ее трогать! — прошипел он. — Что бы ты ни воображал, Лиза перед тобой ни в чем не виновата!
— Я уже знаю, — кротко кивнул Андертон. — Послушай, Уитвер, ты можешь нас прикрыть? Видит Бог, на обратном пути нам не помешает защита.
— На обратном пути? — не веря собственным ушам, пролепетал Эд Уитвер. — Ты хочешь сказать… что сдаешься?
— Сдаюсь, — кивнул Андертон и быстро добавил: — Эд, ты должен кое-что сделать! Немедленно закрой «обезьянник», слышишь? Не пускай туда абсолютно никого, даже Пейджа. И особенно никого из военных!
— Каплан… — произнесло крошечное изображение Уитвера.
— Что — Каплан?
— Он был в «обезьяннике» и… Он только что ушел.
Андертону почудилось, что сердце у него вот-вот остановится.
— Что он там делал?!
— Собирал информацию. Копировал данные на тебя от каждого из провидцев. Каплан настаивал, что это нужно для его собственной безопасности.
— Тогда уже поздно. Он все получил, что хотел.
Встревоженный Уитвер почти закричал:
— О чем ты говоришь? Что вообще происходит?
— Я объясню тебе все, когда вернусь в свой кабинет.
8.
Эд Уитвер дожидался его на крыше здания. Как только маленький кораблик опустился на прежнее место, боевые корабли эскорта синхронно вильнули плавниками, быстро развернулись и улетели прочь. Андертон сразу вышел из лодки навстречу молодому человеку.
— Ты получил, что хотел, — сказал он Уитверу. — Теперь ты можешь арестовать меня и отправить в лагерь, но боюсь, этого будет недостаточно.
Казалось, у нового комиссара побледнели даже его вызывающе голубые глаза.
— Я не вполне понимаю…
— Это целиком моя вина. Мне вообще не следовало покидать это здание. Где Уолли Пейдж?
— Мы его уже обезвредили, — поспешил ответить Уитвер. — Пейдж нам больше не помешает.
Андертон нахмурился.
— Вы арестовали Уолли? Наверняка не по той причине, что следует. Нет ничего преступного в том, что Пейдж впустил меня в «обезьянник». А вот снабжать нашей секретной информацией посторонних — совсем другое дело. Парень, тут у тебя под боком процветал армейский шпион! Ладно, если честно, то у меня.
— Я уже отозвал ордер на твой арест. Теперь все наши группы захвата ищут Каплана.
— И каковы успехи?
— Каплан уехал отсюда на армейском грузовике. Мы проследили его путь до военного городка, но взять Каплана не получилось… Вояки сразу вывели за ворота сверхтяжелый R-3 и заблокировали единственный въезд на базу. Чтобы сдвинуть с места этот танк, потребуется, самое малое, гражданская война! А Каплан спокойно отсиживается в казармах.
Медленно, неуверенно Лиза наконец выбралась из «лодки». Она все еще была слишком бледна, на горле наливался огромный безобразный синяк.
— Что случилось? — встревожился Уитвер, и тут его глаза наткнулись на неподвижные ноги Флеминга, без сознания валявшегося в кабине. — Надеюсь, ты больше не думаешь, что все это дело моих рук? — криво усмехнувшись, сказал он Андертону.
— Нет, не думаю.
— И больше не считаешь, что я… — Уитвер брезгливо поморщился, — хочу занять место комиссара?
— Конечно, хочешь! А я вот хочу сохранить свое место за собой. Но заговором тут не пахнет.
— Почему ты думаешь, что сдался слишком поздно? Мы сейчас же отправим тебя в лагерь на недельку, и за это время с Капланом ничего не произойдет.
— Разумеется, с ним ничего не случится, проблема не в этом. Теперь он может доказать, что был бы жив и здоров, даже разгуливай я по улицам. Каплан заполучил информацию, опровергающую РБ, и теперь возмерился разрушить всю систему допреступности. Он уже победил! А воспользуется его победой, понятно, армия.
— Но зачем это нужно военным?
— Они утратили свое влияние после англо-китайской войны. Не то что в старые добрые денечки ОАЗА, когда они правили бал повсюду: в политике, экономике, гражданском обществе! Они заседали в правительстве и занимались тайным полицейским сыском…
— Как Флеминг, — слабым голоском вставила Лиза.
— Вот именно. После окончания войны Западный блок был демилитаризован, и Каплана с его коллегами скопом отправили в отставку. Я ему даже сочувствую, но дальше так не могло продолжаться.
— Ты считаешь, Каплан победил? — нахмурился Уитвер. — Разве мы не можем хоть что-нибудь сделать?
— Мы знаем, что я не собираюсь его убивать. И Каплан это знает. Судя по всему, он вскоре объявится и предложит нам сомнительного рода сделку. Скажем, мы формально продолжаем работать как ни в чем не бывало, но право реальных решений фактически отходит к Сенату. Как тебе такое понравится?
— Совсем не понравится, — горячо сказал Уитвер. — В конце концов, в один прекрасный день я возглавлю это агентство. — Внезапно он покраснел и торопливо добавил: — Не сейчас, конечно, когда-нибудь потом…
Андертон пасмурно вздохнул.
— Очень плохо, что ты широко распубликовал рапорт большинства. Крупная ошибка. Если бы ты так не суетился, мы бы осторожненько замяли дело, но теперь слишком поздно. Когда РБ уже прочитала каждая собака, мы не можем публично его дезавуировать.
— Полагаю, что не можем, — сокрушенно согласился Уитвер. — Боюсь, что… гм, я не так уж ловко провернул эту операцию, как воображал.
— Опыт приходит с практикой. Со временем из тебя получится отличный полицейский офицер, потому что ты веришь в систему. Но только учись не принимать все слишком близко к сердцу, — улыбнулся Андертон. — Ладно, пойду-ка прослушаю записи, которые легли в основу рапорта большинства. Мне надо совершенно точно выяснить, каким образом я собирался прикончить Каплана… Возможно, — какие-нибудь мыслишки и появятся в голове.
Пленки каждого мутанта содержались отдельно. Андертон вскрыл хранилище Донны и нашел там примерно то, что и ожидал. Именно этот материал использовал Джерри для своего «особого мнения».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
