а я молюсь, чтобы это был просто гормональный сбой. Только не беременность.
— Ну что там? — не выдержав молчания, нетерпеливо потарапливаю женщину.
— Беременность подтвержаю… — говорит что-то еще, но я больше ничего не слышу. Меня словно обухом по голове ударили. Смотря на экран в одну точку, я понимаю, что обречена.
— Лиана, с вами всё в порядке. — заметив моё состояние, спрашивает Дарья Дмитриевна.
— Эээ…д-да. — сглатываю образовавшийся ком в горле. — Ч-что вы сказали?
— Я говорю, беременность подтверждаю, срок 5 недель. Я выпишу вам направление, нужно сдать анализы.
Врач говорит о дальнейших действиях. Выписывает талоны и отдаёт мне.
— Мне нужно направление на аборт. — перебиваю врача, принимаю решение избавиться от ребёнка. Пока ещё не передумала.
— Лиана…вы уверены? Пло первому скринингу у вас не выявлено никаких показаний для прерывания беременности. К тому же первая беременность…
— Я уже всё решила. Выпишите мне бумажку. — перебиваю, не даю договорить. Не хочу слышать о рисках, ничего не хочу знать. Да, жестоко.
Получив направление, выбегаю из кабинета. Гаяне подрывается с места и сократив расстояние между нами в два шага, прижимает меня к себе.
— Ну что, подтвердилось?
— Да. — глотая слёзы, отвечаю я.
Направление выписали на этот четверг, то есть ждать мне ещё два дня. Как же долго. Больше всего сейчас я боюсь поменять решение. Ведь врач сделал это специально, с рассчётом на то, что я передумаю.
Два дня тянулись с мучительной скоростью. Мало того, что эти дни и ночи я думала только об одном — о своей беременности, так меня еще Алекс добивал своими звонками. Его желание контролировать каждый мой шаг вызывает приступы агрессии, в одном из таких порывов я разбила зеркало в ванной, швырнув в него бутылёк с гелем для душа.
Сегодня всё решится. Сегодня я это сделаю, а уже в следующем месяце меня здесь не будет. Липовые документы будут готовы и я улечу отсюда.
Сижу напротив кабинета, смотрю на плакаты с изображением счастливой семьи, на малышей, на их невинные глазки. Отварачиваюсь, смахивая слёзы. Напртив меня седят беременные женщины с огромными животами. Они разговаривают о том, у кого как протекает беременность и поглаживают свои животы. А я залипаю на их движениях.
"Ты уже всё решила. Ребёнок усложнит побег, он помешает. А если узнает Алекс…Нет. Всё решится сейчас".
— Лиана Тихнонова. — из кабинета выглядывает женщина средних лет. — Заходите.
Оставляю все сомнения и захожу в кабинет. Сажусь на стул, сцепляю подрагивающие пальцы в замок. Глаза застывают на процедурном кресле и инструментах. Боже, не смотри туда. Закрываю глаза, пытаюсь перевести дыхание.
— Сейчас заполним анкету и приступим. Результаты анализов готовы. Отклонений развития плода нет. Скажите, Лиана, это ваше окончательное решение? Отец ребенка…
— Да. — как-то резко вырывается ответ.
Снимаю одежду, кладу на стул, прохожу к креслу, мнусь несколько секунд и всё же ложусь на кресло. Взгляд в потолок, на яркий свет, гоню мысли из головы, одна слеза срывается и катится по виску. Я справлюсь.
Малыш, прости меня. Прости. Прости. Прости меня.
Глава 12
— Сейчас нужно принять спазмалитики, чтобы расслабить полость матки. — вытираю слёзы и принимаю лекарство. — Боли не будет, могут быть неприятные ощущения, операция будет длиться пятнадцать-тридцать минут.
— Я смогу потом родить? — не глядя на врача, задаю вопрос, который возможно заставит меня передумать.
— При вакуумной аспирации риск осложнений минимален. После мини-аборта пройдёте обследование, следующую беременность можно планировать через пол года.
Следующую беременность.
А этого малыша уже не будет.
Знаю, я бы любила своего ребёнка до безумия, не смотря на то, кто его отец. Скорее всего всю жизнь буду корить себя за убийство своего ребёнка, но другого выхода я не вижу.
С момента операции прошло четыре часа. За мной приехала Гаяне. Она забирает мою сумку, вместе направляемся к такси, едем в полной тишине. Заходим в квартиру и не проронив ни звука, направляюсь на второй этаж, в кровать.
Сейчас я хочу закрыться от всего мира. Кажется слёзы закончились, не осталось больше никаких эмоций, кроме как опустошения. Пустая.
Гаяне поняла моё желание ни с кем не говорить. Она молча заботится обо мне, оказывает моральную поддержку. Почти неделю не появляюсь в универе, не выполняю задания, забросила всё на свете.
В самобичевании не замечаю, как быстро прошли выходные. Позавтракав, я еду в универ. На днях я приняла решение взять академический отпуск. Сейчас это самое верное решение. Я очень сильно отстаю по программе, а самое главное — уже в следующем месяце мне нужно будет улететь в другой город, затеряться там. С учебой разберусь позже.
Пробыв в деканате от силы двадцать минут, я направляюсь в любимую кофейню, не далеко от универа. Надеюсь, что знакомых там не встречу.
Заказываю ванильный капучино и и клубничный чизкейк, сижу у окна, налаждаясь одиночеством. Вот только этому удовольствию не суждено было продлиться долго. К моему столику подходят два огромных, лысых бугая. Тут же узнаю их, это шестёрки Алекса.
— Александр Михайлович просит вас сесть в машину и проехать с нами. — грубый, холодный голос амбала внушает страх. Говорит, что лучше не сопротивляться.
— К-куда? — растеряно хлопаю ресницами.
— Прошу. — отходит и указывает рукой в сторону выхода, не отвечая на мой вопрос. Хозяин не велел?
Беру вещи и иду на выход. Коленки дрожат, сердце колотится, глазами ищу защиту. Только рядом как на зло никого нет. Сажусь на заднее сиденье бандитского внедорожника, тут же раздаётся щелчок блокировки дверей.
— С вами хотят поговорить. — водитель протягивает мне свой телефон, забирая при этом мою сумку, достаёт телефон и убирает его себе в карман. Сумку бросает ко мне, на заднее сиденье.
— Осторожнее. — не сдержавшись, шиплю на амбала за проявленную по отношению ко мне дерзость. Как он вообще посмел капаться в моих вещах? Лысый молчит.
Прислоняю телефон к уху.
— Алло.
— Ты меня очень разочаровала, Лиана. — слышу его голос и замираю. Конечно это он. Кто ещё. Я с самого начала знала, с кем это связано.
Узнал о беременности? О том, что я убила ребёнка?
— Не понимаю. — лепет запуганной девчонки.
— Тварь, думала я не узнаю об аборте? — не орёт в трубку, рычит, его голос слышен в салоне машины, словно на громкой связи. — Я урою тебя, как только приеду. Жди. Пожалеешь, что на свет родилась.
И всё. Раздаются короткие гудки. Он бросил трубку.
Ни за что не пожалею, не заставишь, засранец.
Меня выводят из машины, иду как под конвоем. Оглядываюсь и не понимаю, куда меня привезли. Загародный небольшой
