— Это единственный тип пистолета, который не заметен под смокингом, — с легким снобизмом сказал тогда генерал Хиггинс.
Поколебавшись, Малко оставил оружие в чемодане. На первый взгляд чемодан имел вполне обычный вид. На самом же деле он был водонепроницаемым и, кроме того, мог при необходимости выполнять функцию бомбы: при попытке вскрыть его в руках взломщика взрывался пластиковый заряд.
В восемь часов Малко был полностью готов и спустился в холл. Портье проводил его к такси, и шофер поспешно включил счетчик.
Миссис Ленц сама открыла ему дверь. На ней был красный шелковый костюм, который бросился бы в глаза за сотню метров в самый сильный лондонский туман. Она поцеловала Малко, слегка коснувшись его грудью. У него создалось впечатление, Что Илна только что приняла ванну из духов.
— Куда поедем ужинать, гуапо? — поинтересовалась она.
— От мужа ничего не слышно? — для очистки совести спросил в ответ Малко.
Она покачала головой.
— Ничего. Мне безразлично, когда он явится — через два дня или через две недели.
«Или никогда», — подумал Малко. Они сели в такси. По дороге он рассказал Илне о своей встрече с чамало. Она рассмеялась.
— Я же говорила, что он тяжелый человек. Теперь будь осторожен...
Они вышли из машины напротив «Марии-Изабель». Илна жадно вдохнула свежий воздух, разглядывая мраморный фасад отеля.
— Здесь даже воздух пахнет деньгами, — мечтательно проговорила она, не замечая игравших на близлежащем пустыре голых индейских ребятишек и их родителей, просивших милостыню на бульваре.
Фелипе Чано ждал их за столиком в баре. На нем была белая рубашка и галстук; он низко поклонился миссис Ленц. С появлением индианки разговоры в баре затихли. Мужчины, все до единого, посмотрели на нее, женщины заскрипели зубами от ревности. Довольная произведенным эффектом, миссис Ленц грациозно подплыла к столу.
Малко провел церемонию знакомства.
— Мы поедем в типичный национальный ресторан, — объявил Фелипе. — Называется «Фуэнте». Там можно хорошо поесть, выпить, потанцевать... Даже, если хотите, сыграть в карты...
— Отлично! — оживилась миссис Ленц. — Я знаю это место.
Она уже успела заказать три коктейля с текилой, выпить свой и заказать три новых. Малко дал сигнал к отправлению. Выходя, он заметил, что все ближайшие столики заняты только мужчинами...
Около получаса они ехали по столичным улицам. Миссис Ленц бесцеремонно положила руку на бедро Малко. Фелипе старался не смотреть на них.
«Фуэнте» оказался огромным зданием, сверкающим неоновыми огнями. По обе стороны от входа висели плакаты с изображениями пышнотелых красоток, участвующих в развлекательной программе. Заведение состояло из двух частей. Внизу, на первом этаже, находились танцплощадка и оркестр. Там при свечах ужинали изысканно одетые супружеские пары. А на втором этаже вдоль всего зала шла длинная галерея. Здесь все было гораздо проще: всего за пятьдесят песо можно было выпить теплого пива и поглазеть на счастливчиков, сидящих внизу.
Фелипе повел их на первый этаж. Метрдотель, видимо, имел многолетний опыт приема почетных гостей, поскольку мигом расчистил им путь к заказанному столику.
— Соседний стол заказала сеньора Ариман, — шепнул Фелипе на ухо Малко.
Это был стол, сервированный на двенадцать персон и стоящий прямо напротив сцены и оркестра — лучшее место во всем зале.
Принесли меню. Фелипе заказал для всех «тамало» и фирменное блюдо — цыпленка с острым соусом. Не забыл он и о текиле. Все вокруг отважно налегали на спиртное. Мужчины клали на тыльную сторону ладони щепотку соли, быстрым движением слизывали ее и одним махом опрокидывали стакан. Женщины пили не так демонстративно, но от своих спутников не отставали.
Миссис Ленц была на седьмом небе от счастья: кто-то бросил ей сверху розу — правда, слегка увядшую, но зато от всей души. Под прикрытием стола она положила свою ногу на ногу Малко. Фелипе молча жевал, поливая «тамало» соусом, который мог бы запросто прожечь дыру в столе.
Сеньора Ариман появилась в тот момент, когда они принялись за цыплят и за вторую бутылку текилы. Малко отвел от нее глаза только тогда, когда миссис Ленц больно куснула его за руку.
Кристина Ариман была восхитительна! Белое вечернее платье с блестками подчеркивало красоту ее матовой кожи. Ее волосы были уложены в шиньон, и благодаря своему высокому росту она, казалось, парила над толпой. Ее можно было сравнить с надменной царицей инков, если бы не ее глаза: два ярких теплых луча, которые словно окутывали Малко неясным золотистым туманом. Взгляд этих глаз говорил о том, что она любит мужчин, как любят драгоценности или меха.
По воле случая она села лицом к Малко. Справа от нее сидел молодой человек с точеным лицом индейца. Он бросил на Малко злобный, ревнивый взгляд. Слева примостился толстый коротышка с черными усиками и напомаженными волосами — типичный Санчо Панса — остальные пятеро мужчин, сидевшие за столом, производили неизгладимое впечатление. Все они в своих светлых костюмах казались на одно лицо: бездушные, высокомерные, с черными ледяными глазами и гладко зачесанными волосами.
— Братья Майо, — шепнул Фелипе. — Вашей организации стоило бы принять их на работу, сеньор SAS. Это самые опасные убийцы во всей Южной Америке. К сожалению, они не продаются.
— Они работают на Кристину Ариман?
— Не на нее, а вместе с ней. Деньги их не интересуют. Братья живут на вилле Аримана и время от времени уезжают: то на Кубу, то еще куда-нибудь. Однажды американцы создали у гватемальской границы южнее Кампече секретную базу для подготовки антикастровцев. Братья Майо появились там среди ночи, перерезали горло всем инструкторам — «гринго» и всадили нож в сердце начальника-мексиканца. И ушли. После этого базу закрыли.
— Зачем они это делают?
— В их жилах течет индейская кровь. Они ненавидят всех «гринго», в том числе и американцев. Поэтому и помогают Кастро. Братья мечтают освободить весь континент от американского владычества. Ради этого они готовы на все!
Малко покосился на Фелипе:
— Постойте, да ведь в ваших жилах тоже, кажется, течет индейская кровь? Фелипе засмеялся:
— А у кого ее здесь нет, сеньор SAS? Но индейская раса уже потеряла былую силу. Ее время прошло.
Возмущенная столь явным невниманием к своей персоне, миссис Ленц молча встала и направилась в туалет. Воспользовавшись моментом, Фелипе сказал:
— Есть новости о чамало. Его машину видели на дороге, ведущей в Акапулько. Я постараюсь устроить так, чтобы там за ним проследили.
— Акапулько? Кажется, это те самые места?..
— Да. Неплохо бы туда съездить.
В проходе показалась миссис Ленц, и они принялись обсуждать секреты охоты на акул.
Малко уже несколько раз встречался глазами с Кристиной Ариман и неизменно отводил взгляд первым. Его золотисто-карие глаза словно утратили свое обычное магическое действие. Зато в глазах метиски он уловил явный интерес к своим светлым волосам, которые, по всей видимости, являлись в этих краях музейной редкостью.
Понимая испанскую речь, Малко улавливал отрывки разговора между Кристиной и ее спутниками. Беседа шла о выборах Диаса, нового президента республики.
Со сцены оглушительно грянул оркестр. После нескольких вступительных аккордов он заиграл диковинную и завораживающую мелодию — смесь конги[8] и самбы. Большинство тут же ринулось на танцплощадку, состязаясь в гибкости и проворстве.
Кристина Ариман величаво встала и проследовала на площадку за красавцем, сидевшим справа от нее. Она танцевала с необычайной грацией, и открытое платье выставляло напоказ ее прелестные формы. Малко быстро сообразил, что второй такой случай представится не скоро. Он встал, протянул руку миссис Ленц и, мысленно извинившись перед Иоганном Штраусом и его страстными поклонниками — австрийскими предками, ударился в мексиканский танец.
Его партнерша, едва ступив на танцплощадку, с головокружительной быстротой принялась неистово извиваться. Запрокинув голову и закатив глаза, она вся ходила ходуном, будто силясь избавиться от смертельного недуга, при этом Илна бешено вращала бедрами, словно ублажая воображаемого любовника. Каждый раз, когда она касалась Малко, он чувствовал жгучее желание подхватить ее на руки и где-нибудь в укромном уголке завершить то, что она начала без него.
