— И что же ты сделал? — спрашивали друзья. — Отвез ее в приют?
— Нет, — отвечал Элфи, — я женился на ней.
И это было правдой. Через три головокружительных недели Долли стала женой доброго, замечательного человека. Она жила в уютной квартире. В то время как ее муж-архитектор работал над проектом дома-мечты для них двоих, Долли поступила в колледж. Теперь у нее была новая машина. Счастливица пребывала в растерянности от этой роскоши и обещала за все отплатить, но муж лишь улыбался в ответ.
Родители и друзья души не чаяли в его молодой жене. И Элфи безумно любил ее. Мир вдруг, как по мановению волшебной палочки, стал добрым и уютным. И недавние невзгоды ушли в прошлое. Теперь она могла свободно дышать, спокойно спать и смеяться.
Но Долли не находила в себе сил поделиться всем этим с Иденом. Она отпила глоток вина и улыбнулась:
— Расскажи лучше о своих путешествиях. С самого начала. Мне представляются джунгли, гориллы и пигмеи. Но уверена, что есть что-то более важное.
Так и было. Она внимательно слушала рассказ Идена, задавала вопросы и замечала постепенную перемену в его голосе: от холодно-вежливого до теплого и возбужденного. После пяти лет в Африке он поехал в Малайзию, а затем в Колумбию.
Как прекрасно было увидеть прежнего, знакомого Идена, серебристо-серый блеск его глаз. Нервозность Долли словно по волшебству исчезла. Время шло, и каждая минута наполнялась новыми картинами и образами, веянием другой жизни. Она увидела мужчину, которого когда-то знала так хорошо, совершенно в другом свете. За разговорами время пролетело незаметно, пора было возвращаться домой.
— Спасибо тебе, — сказала Долли на обратном пути. — Это был замечательный вечер.
Как и раньше, Иден с легкостью зажег в ней огонек любопытства и тяги к новому. К новым людям, мыслям и мечтам. Мужчина помог ей почувствовать себя живой и телом и душой.
Подъехав к ее дому, он помог ей выйти из машины.
Долли так не хотелось, чтобы вечер закончился. Ей было необходимо слышать его голос, видеть его глаза. Она протянула ему ключи.
«Не хочешь зайти и выпить кофе?» — чуть не вырвался у нее вопрос.
Как просто прозвучали бы эти слова. Разве он отказался бы? Но пока Долли смотрела на сильную загорелую руку Идена, открывающую дверь, что-то внутри нее надломилось и она промолчала.
«Элфи хотел видеть тебя счастливой», — сказала вчера Рода. Конечно, хотел, Долли не сомневалась в этом. Но у нее не хватило сил пригласить Идена войти.
Он улыбнулся и вернул ей ключи.
— Спасибо за чудесный вечер.
— Спасибо тебе, — ответила Долли, чувствуя, как вся уверенность покидает ее.
Воздух был наполнен серенадами цикад. Легкий ветерок обдувал разгоряченное лицо женщины.
Иден обхватил его сильными горячими руками и посмотрел в глаза. Его взгляд был наполнен воскресшими из прошлого чувствами. Сегодняшний ужин вернул их обоих на много лет назад. Руки Идена держали ее лицо скорее с силой, чем с нежностью. Сердце Долли бешено забилось, она уже не могла контролировать себя. Его губы прикоснулись к ее губам, даря поцелуй, полный страсти и желания. Но что-то мешало Долли полностью отдаться чувствам. Она выскользнула из его рук с мучительным, едва слышным сгоном. Иден моментально отступил в сторону.
На какое-то мгновение напряженная тишина повисла в воздухе.
— Прости меня, — прошептала она, чувствуя, как горячие слезы застилают глаза, всем своим существом противясь расставанию и не смея продлить встречу.
— Спокойной ночи, Долли, — со вздохом произнес Иден. Его глаза снова стали непроницаемыми.
— Иден… — Голос женщины едва звучал. Мужчина ее не услышал…
Долли вошла в дом и тихо прикрыла дверь. Она прислонилась к стене, чтобы хоть немного успокоиться. Ей еще предстояло выдержать вопрошающий взгляд Роды. Оказалось же, что вовсе не стоило беспокоиться на этот счет. Няня сидела в кресле и смотрела фильм ужасов. Она приветственно помахала хозяйке, не отрываясь от экрана. Со вздохом облегчения Долли прошла на кухню и налила себе холодной воды.
После ухода няни Долли заглянула к Лоле, а потом отправилась в свою спальню, чувствуя себя совершенно разбитой. Что случилось?
Неужели вновь влюбилась в Идена? Нет, все гораздо проще — она по-прежнему любила его. Это чувство никогда не оставляло ее, просто пряталось глубоко в душе и до поры до времени не давало о себе знать.
Сегодня вечером она почувствовала, что вновь обрела себя. Это было прекрасно и волнующе, давало силы жить.
Тогда почему же она не захотела, чтобы Иден поцеловал ее? Что заставило ее оттолкнуть милого сердцу человека? Что же это за чувства, приносящие боль и страдания?
Долли посмотрела на фотографию Элфи рядом с кроватью. Теплые карие глаза улыбались ей. У нее выступили слезы, и лицо мужа превратилось в бесформенное пятно.
— Прости меня, — прошептала растерявшаяся женщина. — О, Элфи, прости меня.
— Он хороший парень? — спросила Рода на следующее утро по телефону.
— Да, он замечательный, — ответила Долли, одной рукой держа телефонную трубку, а другой кормя из ложечки Лолу.
— Он хорошо себя вел?
— Да.
— Отлично. Это самое главное.
Долли не смогла сдержать улыбку.
— А что еще нужно?
Рода присматривала за Долли, и это было неплохо. Они познакомились в больнице, когда умер Элфи. С тех пор Рода, как старшая по возрасту, взяла ее под свою опеку. Долли любила эту женщину и нуждалась в ней. Ее практические жизненные советы во многом помогали.
— От мужчины нужны честность и чувство юмора, — проворно ответила Рода. — У него есть это?
— Да. — Долли усмехнулась в трубку. — А еще?
— Почему ты ухмыляешься?
— Вовсе нет. Ты даже не видишь меня. Я просто жду, когда ты спросишь, где он работает и сколько зарабатывает.
Из прошлого возник образ матери, и ее ясный и четкий голос…
— Ты какая-то веселая в последние дни, — сказала мать, накладывая себе картофельное пюре. — У тебя появился парень?
Долли уткнулась в свою тарелку и прикусила губу. Парень… Иден вовсе не был мальчиком, он был мужчиной.
— Не совсем, — ответила девушка, вызвав улыбку матери.
— Тогда что?
Мать выглядела не очень хорошо. В последнее время у нее появился лихорадочный блеск в глазах, а лицо стало бледным.
Дочь затаила дыхание. С одной стороны, она жаждала поделиться с матерью впечатлениями и радостью, рассказать обо всем, с другой — осторожность призывала все хранить в секрете. Любовь к Идену была нежна и прекрасна, а мать не одобряла нежность, чувственность и прочие сантименты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
