Внутри девушки все ликовало. Было немного тревожно оттого, что, скорее всего, обнаружив инопланетную технологию, власти спустят всех собак на поиск ее владельца, но ведь этого может и не произойти. Зато теперь Хейм никуда не улетит.
— Ты в опасности, — проговорила Вера, когда мужчина, не обнаружив даже крошки от собственноручно разнесенной вчера льдины, опустился на холодную брусчатку, сжав пальцы в замок, глядя прямо перед собой столь решительным взглядом, что у нее все похолодело внутри от нераспознанной угрозы. — Это то, чего я боялась. Он попал в руки наших мудрецов и воинов. Нам надо срочно уходить, тебя могут узнать.
Хеймдаль ее не слышал. Кто-то из проходящих мимо спросил, все ли хорошо, не вызвать ли скорую. Надо было уходить, пока Хейму не пришла в голову блестящая идея допросить патрульных, прикрутив энергопутами к стулу. Да и внимания уже привлекли выше крыши.
— Встань, пожалуйста. У меня не хватит сил тебя поднять. Пойдем, мы что-то придумаем…
Хейм пошевелился, закатал рукав куртки. Только этого не хватало — демонстрировать свой браслет при таком скоплении народа! Вера присела рядом, закрывая его своей спиной. Смотрела, как на циферблате пляшут непонятные символы, а едва заметные разряды бегут под кожей. Зрелище было эффектным, но странным. И спустя минуту мужчина поднялся на ноги, в его глазах появился незнакомый прежде блеск.
— Мне стало известно, у вас есть технология, позволяющая получить любую информацию. Это так? Отвечай!
Вера растерялась.
— Интернет, что ли? Ну да, теоретически, так и есть. Любую…
— Дай мне ее сейчас же.
— Не могу, это надо домой… через специальное устройство.
— И чего мы ждем?
Вера еще не поняла, чем ей грозит допуск Хейма во всемирную сеть, как и не осознала, что эта идея пришла к нему внезапно, будто голос внутренний подсказал. Доехали быстро, к огромной радости Женьки.
— О, Чувак-Мороз! Дай пять! — просиял мальчишка, завидев Хейма. — Вот это прикид, улет! Ты реальный хипстер! Это Верка тебе такой лук запилила?
В других обстоятельствах неоднозначность ситуации повеселила бы, но сейчас Вера испытывала тревогу. С горящим от нехорошего предчувствия сердцем подвела Хеймдаля к компьютеру. Было горько еще и оттого, что, узнав о существовании интернета, он быстро потерял к ней интерес.
— Что это? Это излучение медленно убивает все вокруг! Зачем ты держишь в доме подобную вещь? — возмутился асгардиец, когда компьютер запустился. Даже отпрянул, недоверчиво глядя на экран с летней заставкой, изображающей песок и пальмы.
— Все используют такую технику. И никто до сих пор не умер.
— Я уже молчу об излучении той штуки, твоего передатчика, что ты подносишь к уху. Откуда вам знать, что лед безопасен, и гораздо технологичнее вот этого…
— Лед? — покачала головой Вера. — Наш лед тает! Ты сам видел, когда пил кофе.
Хейм размял пальцы, сел в кресло, недоуменно разглядывая клавиатуру.
— Вода имеет пять состояний, Вера.
— Только три.
— Пять. Три вам известны, верно? Но невдомёк, что есть высшая форма льда, который тает только в огне при огромных температурах, сравнимых с поверхностью светил. И есть органическая форма, из которой произрастают растения. Вы бы о них знали, если бы не выбрали убивающее воздействие тепла и излучений. И мы рады с вами будем поделиться этими знаниями!
Вера попыталась возразить, но Хейм ее не слышал. Впал в полутранс, поглаживая браслет. Когда очнулся, его пальцы резво забегали по клавиатуре на глазах у изумленной девушки. Похоже, браслет играл для него роль навигатора, адаптера и советчика одновременно.
Напрасно Женя звал Хеймдаля, обещая показать лего и машинки. Инопланетный без пяти минут захватчик не слышал никого из них и, похоже, не замечал. С чувством неотвратимости глобальной катастрофы Вера приготовила обед, велев брату не мешать Деду Морозу составлять список всех, кого нужно поздравить, успокоила, пообещав, что первого января Женя вернется от тети Вали, и они втроем проведут день, да и подарки никуда не денутся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Надо ли говорить, что Женя расстроился. И без того вера в «Чувака Мороза» пошатнулась, когда он увидел его в прикиде хипстера, да еще герой детских ожиданий чуда уткнулся в комп, не обращая на него никакого внимания, прям как отец в свои выходные. У Веры защемило сердце, когда пришло время собирать брата к тете Вале — тот с трудом сдерживал слезы. Напоследок, подбежав к равнодушному Хейму, всхлипнул, обнял за торс, скрытый новомодным свитшотом. Хеймдаль же едва оторвался от экрана, потрепал Женьку по голове. Сухая, едва заметная улыбка тронула губы инопланетного разведчика. Мальчик, поспешно отвернувшись, побежал прочь, и только тогда Хеймдаль прервался. Поднял руку с зажатой в пальцах фигуркой марвеловского Тора, разглядывая ее с каким-то изумлением, и даже оглядел свои руки, будто сравнивая. Но не произнес ни слова, усугубляя Женькину травму.
«Я тебе этого не забуду! — зло подумала Вера, перекинув через плечо сумку с вещами брата. — Захват Земли готова забыть, а вот за родных разорву!»…
ГЛАВА 7
Всю дорогу к загородному дому тетки Женька молчал, отвернувшись, и изо всех сил старался не плакать. Вера же думала о том, что собственноручно сдаст толстокожего и эгоистичного инопланетянина спецслужбам, если он не пойдет на ее условия и не отыграет первого января для брата спектакль, в котором сыграет партию Деда Мороза. Придётся потратить оставшуюся часть сбережений, отложенную на поездку в тур по Скандинавии, чтобы купить брату гироборд и положить под елку. Ничего. Детство стремительно уходит, и только в ее силах удержать его для брата, подарив чудо.
«Почему я ничего не делаю? Мало того, что Хейм решил поработить всех нас, так еще и денег у него нет. Альфонс, а не завоеватель, иначе не скажешь!» — зло подумала Вера, намереваясь высказать все это Хейму в лицо по приезду. О последствиях она не думала.
Рвалась домой, но мамина сестра была непреклонна. Накормила вкусным ужином, поделилась последними сплетнями из мира шоубиза, вручила Женьке вертолет на радиоуправлении, а затем вызвала такси для Веры, насильно впарив ей пакет с деликатесами. Но настроение девушки все равно осталось подавленным, даже когда тетя подарила ей стеклянную туфельку духов Good girl, о которых Вера давно мечтала. Ехала в такси, задумчиво глядя на улицы, заполненные людьми в ожидании Нового года, весёлыми, беззаботными, верящими в чудеса. Как долго им еще осталось, и где будет все это, когда на Землю вторгнется вражеский десант с климатическим оружием на борту? И даже если привыкшие к холодам жители северного города особой перемены сразу не почувствуют, что будет с теми, то живет в странах вечного лета?
Вера ожидала, что Хейм все так же будет втыкать в компьютер, когда она вернётся. Хоть бы нашел порносайт или стрелялку, пусть подсядет и забудет о своих планах! Но ожидания девушки не оправдались. Инопланетный гость ждал ее — решительный, непримиримый, с особым блеском в глазах, который Вере не понравился.
— Ты не провидица.
«Вот и все, — подумала Вера, рывком срывая с шеи шарф. — Я упустила возможность спасти Землю. Надеялась, что он никогда не догадается, и я смогу наслаждаться его обществом до бесконечности…»
Она ничего не ответила. Сняла шапку, полушубок, сапоги. Прошла в комнату, жалея, что прямо сейчас не может уйти к себе и дать волю слезам. А Хеймдаль пошел следом походкой крадущегося хищника, и Веру едва не сбило с ног мощной волной его ни с чем не сравнимой мужской энергетики. Она была похожа на пламя посреди вечной мерзлоты, на лед айсберга, в котором плясали разряды искрящейся силы… она умела выбивать почву из-под ног.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Не провидица, — хрипло повторил Хейм, обдав дыханием ее затылок. — Значит, теперь у меня есть на это право…
Вера не успела спросить, как же он догадался о том, что она вела нечестную игру, и какое право теперь у него появилось. Только изумленно охнула, когда жаркие вопреки всем ожиданиям ладони мужчины сжали ее плечи. Прикосновение было требовательным, жаждущим, но совсем не ласковым. Мужчина был разозлен тем, что его обманули, и одновременно с этим возбужден. Его горячий шепот проник в ее кровь — сначала арктическим холодом, а затем жарким пламенем:
