о себе, о своём достатке и соответственно желающий дабы общественность не возмутилась, продать свою дочку замуж подороже,– возмущался он.– Если люди не дай Бог узнают, что она со мной встречается, они тут же забудут за свои ошибки и с радостью накинутся на непутёвую семейку.
– А теперь давай рассмотрим другую ситуацию, ту в которой большинство ответит да. Я наворовал столько, что отсидев на зоне вкусно и сытно, подъезжаю на дорогом автомобиле знакомиться всё с той же семьей. Теперь, конечно же на мне костюм от брионии за 10000 тыс. долларов, часы за пол миллиона, зубки сверкают круче бриллиантов, ну и как бонус денег полные карманы. Аккуратно, не торопясь дарю дорогие подарки всему семейству, и ради интереса ввожу их в курс дела, блистая надменным, раздутым от богатства и власти эго. Я открываю не стыдясь всю правду главе семейства, – мол, жил на зоне за убийство и за воровство, отсидел жирно, освободился по Удо, деньги есть. Желаю обеспечить вас и вашу дочурку до третьего, будущего колена». 99% отцов найдут в такой щекотливой ситуации мне хорошую отговорку «мол, об какого же гада ты сыночек ручки белы замарал» и добавит с умным видом знатока «вся страна милок ворует, все там будем если спалимся». Понимаешь к чему я клоню Алекс? – резко перевел на меня вдумчивый взгляд Георг.
– Да Жор понимаю, – уверенно произнёс я. – Люди лицемерны и поршивы, я часто думаю, что любое животное лучше нас. Но иногда попадается и хороший человек. И какое у него прошлое меня мало интересует. – Не хочешь мне рассказывать, за что отсидел?! Можешь не рассказывать. – И немного задумавшись, я решил сделать ещё хитрей свою ловушку, ловушку в стиле приятельской подлизы.
– Я лично помню тебя как достойного товарища по оружию… того с кем укладывал парашют, тем самым доверяя тебе свою жизнь полностью. И так как мы оба до сих пор живы, ты можешь мне доверять по всем фронтам.
– Дело Санёк не в том, хочу я или не хочу рассказывать тебе, за что отсидел, – отозвался Георг. – Просто моя ситуация очень глупа и я весь срок мечтал, чтобы ни кто не когда не узнал где находился непутёвый дуралей. Слово величайший владыка, люди узнав правду обо мне, могут не так её понять. Каждый человек принимает одну и ту же информацию по разному, в зависимости от своей мудрой души. Если я спустя время увижу в тебе тот свет, который побеждает невежество фильтруя обыденность, то сразу же непременно поведаю тебе то, что ты с радостью захочешь забыть.
– Ну, заинтриговал злодей, ещё и слова какие умные выучил «обыденность» – мягко по дружески, скрывая своё недовольство подшутил я. И увидев как мой товарищ засобирался по своим делам, я решил спросить. – Ты где сейчас живёшь то, как мне тебя поймать?
– Живу здесь не далеко по улице «К», каждый день, я с шести утра мету три часа двор и аллею. Примерно в 9.30, если ты не занят, могу приходить на часок пообщаться, выпить чашечку горячего чаю.
– Окей,– резко по Американски сбалансировал я. – Но чай чур с меня!!! И дай мне слово, что как только увидишь во мне задаток света, расскажешь о своём печальном приключении.
– Торопиться нам с тобой некуда. Надеюсь мне не придётся ворошить прошлое,– и чуть подумав добавил. -Ты на меня сильно не огорчайся, хоть я и привык в колонии жить по волчьи и доверять зекам тот объём информации которого они достойны, сейчас дело обстоит иначе.
Блин… задумался я, когда его спина скрылась за дверью кафе, – уж не думает ли он, что я не заслуживаю услышать о его деяниях?! Может он убил кого-то и съел, – подумал я лукаво. А теперь жаждет подготовить меня к будущему перевариванию. Я слышал человеческое мясо по круче свинины и уж точно подороже. А может и какой курьёз с детьми?! Мы ведь часто слышим за ПЕДАГОГОВ педофилов и насильников. Если уж люди такой грамотности и такого воспитания достигают пожизненной, грязной славы, то, что говорить за нас… простых не образованных смертных?!
Блин, нафиг я вообще вышел покурить?! Итак связей хороших не имею, теперь ещё и этот «фрукт» на шею свалился. Что от него ожидать после восьми лет лишений свободы??? «Конечно же во мне говорил на тот момент, трусливый бараний инстинкт и обиженный ребенок. Обиженный на то, что Георг не посчитал нужным поделиться вкусной инфой».
*******************
После рабочего дня, как обычно, потный, потухший и разбитый как трёхлитровый баллон, я прибыл в свою пещеру страданий. Искупавшись под тёплым душем, чисто на автомате добрался в спальню и без какого либо желания покрыть благим матом очередной футбольный матч, я завалился без задних ног в мягкую, скрипучую кровать. Как хорошо, что нет рядом любимой жёнушки, не дай Бог захотела б ещё супружеский долг из меня выжать. Как мне её командировочный отъезд пришёлся по вкусу, кто б знал.
Супругу звали Маша, она была самой обычной умной девушкой, которых в России миллионы. То, что меня в ней привлекло … скорее всего любовь с первого взгляда, остальные приятные качества шли прицепом. Она никогда не ныла, била всегда в лоб правдой, не давая абонентам опомнится и схитрить. Она много раз удивляла мою не окрепшую психику и порой даже шокировала своей творческой натурой. Мы познакомились с ней на КСП (конкурс самодеятельной песни). Не то что бы я был творчески настроенной личностью или имел тонкий мудроватый слух на музыкальные произведения. Нет!! Просто поехал туда, где море пива, позитива, секса и рокенрола. На тот период времени мне было двадцать четыре года, а моей будущей жене полу оторве, полу мудрой красавице девятнадцать. Всё КСП состояло из огромной природной поляны, уходившей в горы, и на этом зелёном ковре, раскинули такие же, как и я «авантюристы музыканты» тысячи своих палаток, для дальнейшего жития.
На второй день знакомства, а точнее во вторую ночь, недалеко от собранной для рок-фестиваля сцены, где играли обезумевшие от амфитамина и кокаина разношёрстные группы, мы с Машкой наслаждались друг другом в прекрасной однокомнатной, звукопроницаемой палатке. Дальше всё было по заданной базовой программе: конфетно-букетный период, с нотами счастья в глазах, секс всегда и везде, море новой информации перемешанной с ложью. Хотя я добился её сердца в первый день нашего знакомства, мне всё время казалось, будто бы Маша принадлежит не мне и не нашей эпохе в целом. С её энергетикой и верой в
