том, что я в Москве и попросили о встрече, таким специалистам отказывать не стоит, надо уважить троицу. В общем из гостеприимного дома генерал-фельдмаршала разъехались по домам.
А ночью, по обычаю занимаясь прокачкой рун, получил еще одно подтверждение сегодняшним мыслям о семейном счастье. Меня неожиданно накрыла волна пси-энергии. Это было не буйство стихий, как после первого секса с Лин-Лин, и не мягкий приток от нежного контакта с родственной душой Вяземской, тут получилось нечто другое и интуиция без колебаний связала это с двумя маленькими девочками. Хмм… какую же силу тогда даруют мои собственные дети и жены?
Вынесло меня знатно, сознание не потерял, но прилив получил замечательный, так что до утра выжигал, намечал контуры, прогрессировал… До завершение какой-либо из Великих Печатей еще далеко, однако в любом случае серьезно продвинулся. К тому же неожиданно обратил внимание на отпечаток, оставленный душой Тэймэй. Часть моих татуировок пересеклась с узором, делая картину более четкой.
Там после ночи любви, когда мы пробудили дочь Короля Драконов, уже появились какие-то подвижки, а сейчас из прямо далекой-далекой перспективы выглянули более или менее ясные очертания. Надо все тщательно взвесить, стоит ли включить узор в общий план развития. «Боевое предвидение» дорого стоит, а мои способности и вовсе получат мультипликативный эффект, однако новая масштабная татуировка несомненно сильно замедлит работу над Великими Печатями.
Ко всему отдельные элементы узора для меня полностью непонятны, общих контуров с моими татуировками нет, то есть процесс не продвинет выжигание остальных рун… Надо считать, появится время, стоит смоделировать процесс в «Логосе» и уже потом принимать окончательное решение. В общем до утра не сомкнул глаз, работал, а к девяти часам, был готов к встрече троицей банкиров…
*****
Барон Александр фон Штиглиц по праву считался лидером финансового мира Российской Империи, а значит имел серьезный вес и в масштабах всей планеты. Его могущество подпирали давние партнеры, товарищи по бизнесу — Михаил Сологуб и Григорий Елисеев. Их группа давно вышла за рамки обычного бизнеса и представляла собой огромный конгломерат банков, страховых организаций, инвестиционных фондов, ряда промышленных, строительных, торговых, логистических и других холдингов, контролирующих сотни крупных и тысячи мелких предприятий.
По сути, троица одна из первых сравнялась с могуществом старейших кланов России, а со временем и во многом их превзошла. В деньгах, товарах, современном оружии, политическом влиянии, банкиры оставили многих князей, бояр и других аристократов далеко позади, однако в военном потенциале они все еще сильно уступали армиям, спаянным магическими родами. Финансисты обзавелись наемниками, обложили свои именья батальонами пехоты, но звезда высокоранговых одаренных в любой момент могла разрушить мнимую власть и благополучие акул финансового мира.
Это там на бирже они были самыми крупными и опасными хищниками, но выброшенные на берег они были бессильны перед монстрами, которые тысячелетиями правили планетой и пока не собирались уступать власть. Понятное дело, что ушлые бизнесмены пытались как-то решить вопрос. Однако клан даже большими деньгами не построить, нужны верные вассалы, но одаренные люди особенные, наделенные огромной личной силой, они неохотно подчинялись кому бы то ни было.
Только долг, кодекс чести и присяга истинному сюзерену могли склонить этих стальных людей… Банкиры, при всем желании, на эту роль не тянули. Неудивительно, что барон и его друзья искали силу, слишком часто обедневшие, но спесивые аристо показывали смердам их место. Даже будучи слабее, магический род мог нанести такой урон, что весь конгломерат предпочитал позорно пасовать и улаживать дело унизительным миром.
Эта история в том или ином антураже повторялась по всей Российской Империи, да и иностранные партнеры страдали теми же проблемами. Кланы-должники могли объявить войну кредитору, ну или соблюдая внешние приличия науськивали своих друзей. Хрестоматийным был пример двух сицилийских аристократов, один взял кредит у Ломбардцев, второй у Венецианцев, а потом первый объявили войну кредитору второго и наоборот. Они еще и финансировали войну с банковскими домами их же деньгами! В итоге ростовщики отказались от долга, процентов, да еще и выплатили солидные отступные.
Однако по узкому мирку финансовых воротил прошел слушок, что есть некая организация, которая за плату малую помогает решить любые проблемы с аристо. Понятное дело, что битые жизнью банкиры на утку не повелись, но у непонятных наемников были серьезные поручители, да и они смело предлагали для начала, на пробу решить незначительную задаачку. Фон Штиглиц не устоял перед соблазном и заключил первый контракт, потом другой, следом подключились Сологуб и Елисеев.
Взаимовыгодное сотрудничество приносило неплохую прибыль, то, что раньше приходилось списывать на провизии, теперь возвращалась в банк, да и аристо стали с опаской поглядывать на финансистов и старались вовремя вернуть долг. Земля слухами полнится и тройка банкиров прослыла людьми опасными, причем даже для самых солидных кланов. Однако нашла коса на камень, Фон Штиглиц совместно с партнерами организовали синдицированный заем по запросу могущественного клана Шереметевых.
С возвратом возникли проблемы, отправленный на переговоры Мишка Сологуб был не слишком почтителен, абсолютно уверенный в поддержке таинственных наемников. Юный и вспыльчивый граф мало что решал, он только лишь сыграл самого себя: оскорбился, надавал Сологубу пинков под зад и приказал слугам спустить наглеца с лестницы. Фон Штиглиц попытался уладить конфликт, повеса Шереметов по началу в принципе был не против, но вот его наставник и еще пара глав зависимых родов закусили удила, повод для войны есть, так зачем платить долги?
Был бы жив прежний глава клана, до этого бы не дошло, но что случилось, то случилось… Троица приготовилась облегчить мошну и обратилась за услугой к таинственным наемникам, однако те решили перевести взаимоотношения на новый уровень и запросили за свои услуги долю малую. К тому же, в случае отказа, пригрозили обнародовать сотрудничество финансовых институтов с Организацией, и выставить банкиров чуть ли не борцами против тирании магов… Так что барон Александр фон Штиглиц со своими партнерами оказался между Сциллой и Харибдой.
— Говорил вам лучше было идти на поклон к Его Величеству, неужели не оборонит Самодержец верных подданых своих? — в очередной раз посетовал Григорий Елисеев, — Может не поздно еще, покаемся, вину признаем, да на честный суд…
— Верно все, кабы Мишка прилюдно не оскорбил честь графа Шеремета, — парировал барон, — Не раз уже обсуждали, войной грозил? Грозил! Силой похвалялся? Похвалялся! Теперь и ответ держать придется, как благородному дворянину, и батюшка Император нам тут не помощник, он и есть пример чести и благородства в нашем отечестве, сам заставит слово сдержать!
— Ну виноват я, казните меня или сдайте Шереметам! — надрывно выкрикнул Сологуб, — Только по
