гостинице остались, в Рапид-Сити, что за двадцать миль отсюда!
– А так нельзя? – спрашиваю. – Без удостоверения?
– Сорри. Без удостоверения нельзя. Правила.
Мои более предусмотрительные спутники начинают надо мной подшучивать.
– Паша так хотел попасть в Стурджис, а его не пустили на концерт! – хихикает Миша.
– Ничего, – успокаивает Настя, – сейчас ты смотаешься в отель, возьмешь документы, вернешься, а тут как раз и концерт кончится!
– Ладно, – говорю, – еще посмотрим!
Я понимаю: возвращение в отель равнозначно тому, что я пропущу половину этого замечательного праздника. Но мое правило: не отступать и не сдаваться. Когда ребята скрываются за оградой, я ищу выход из положения. Будем действовать по-русски: обойдем площадку, найдем дырку в заборе; а если ее не будет – перемахнем забор. Опыт, слава богу, очень богатый: в начале девяностых я каждую неделю вписывался в концерты всех любимых рок-групп, хотя билетов никогда не покупал. Спустя минут пять мероприятие осуществлено.
Я быстро нахожу среди толпы Мишу со Славой и победно хлопаю их по плечу:
– Ну, я же обещал, что попаду!
Ночной Стурджис гудел от души. Гитара на сцене звенела и завывала, оглушительно стучали барабаны, а еще шума поддавала публика, постоянно вызывая на сцену любимого ею рок-певца. Толпа людей толклась перед сценой; и в других местах толпились тысячи людей, в воздухе плавали ароматы еды, и везде сверкала разноцветная иллюминация.
При этом, отмечу, ни одного конфликта мы не видели. Представители десятков разных клубов общались мирно, были на одной веселой волне.
Эту волну мы старались поддерживать и на следующее утро, когда ехали на такси из отеля в Стурджис – праздник должен был продолжиться. Узнав, что мы из России, водитель такси поинтересовался:
– Как там поживает ваш Путин? Какие у него планы?
– Не знаем про планы Путина! – подняли мы руки. – Мы приехали отдыхать! Наш девиз – «Отдых без политики»!
Праздник кончается, когда не находим свои байки. Эх, следовало быть умнее! Вот Миша, например, откатил свой «Интрудер» на гостиничную стоянку и теперь не имеет проблем. А мы со Славой имеем, да еще какие!
Увидев неподалеку полицейских, направляемся к ним. Исчезли мотоциклы? Тогда нужно повесить объявление вон на то дерево! – указывает рослый усатый полицейский.
Зачем? А туда вешают объявления все, у кого пропадают мотоциклы.
– Не нравится мне это… – напрягаюсь я. – Какое, на фиг, дерево?!
– Зачем вешать объявление? – спрашивает Слава.
– Это делают все, у кого пропадают мотоциклы. Это мне не нравится еще больше. Если вешают такие объявы – значит, байки все-таки угоняют!
Мы идем к дереву, видим прикнопленные объявы и окончательно впадаем в уныние. Возвращаемся к полицейским, и вид у нас такой, что служители власти участливо интересуются: а где именно стояли ваши байки? На той улице? Так ее ночью мыли и убирали, а технику, которая мешала, увезли на эвакуаторах!
«Ффу…» – выдыхаю. У меня вдруг отлегло: почему-то я уверен, что именно так все и произошло. Делали уборку, наткнулись на наши «Харлеи» – и на эвакуатор! Не может быть такого, чтобы на суперфестивале в Стурджисе угнали наши мотоциклы: не по-байкерски это! Оказывается, местные власти следят за чистотой улиц, а тысячи гостей фестиваля, ясное дело, не делают Стурджис чище. Поэтому ночью пускают уборочные машины, а чтобы не мешала техника – ее увозят. Мы просто не заметили табличку, гласившую, мол, с 2.00 до 6.00 ставить технику в этом месте нельзя. Штрафстоянка находится за чертой города. Оформлявшая штраф полноватая леди оказывается изрядной врединой, она пытается играть на нервах, но мы мужественно все это терпим. И, заплатив положенные сто пятьдесят баксов в качестве штрафа и платы за эвакуатор, вскоре опять оседлываем наши «Харлеи». Можно сказать, легко отделались – у нас в Питере эта услуга стоит не меньше.
Небольшая ложка дегтя в бочке меда – именно так мы восприняли происшествие, которое никак не могло испортить замечательные впечатления от фестиваля. Плюс к тому сработало известное русское правило: не было бы счастья, да несчастье помогло. Не окажись мы за чертой города – не увидели бы очень колоритного автомобильного кладбища, куда мы завернули по дороге назад.
На площади примерно в гектар здесь мирно ржавели сотни старых «кадиллаков», «крайслеров», «фордов» и т. п. Судя по дизайну, это железо выпускалось где-то в пятидесятые – шестидесятые годы, когда в моде было что-то похожее на советские «победы» и «волги». Некоторые машины с виду выглядели добротно, на другие без слез не глянешь – развалились и проржавели до основания. Были такие, что явно пострадали в каких-то криминальных разборках: стекла и дверцы были буквально изрешечены пулями. Что ж, привет тебе, Аль Капоне…
– Ты чего делаешь?! – спросил я Славу, увидев, как тот взялся отковыривать что-то от старого «шевроле».
– Значок крутой, – отзывается Сварщик. – Хочу с собой прихватить.
Он умело отвинтил никелированный значок, и тут показался хозяин автокладбища. Мы ожидали нареканий, однако мужик оказался понимающий: он самолично отрезал газовым резаком два сиденья от старых комбайнов и вручил их в подарок Славе.
– И что ты с ними будешь делать? – спросил я.
– Как что?! – удивился Сварщик. – На балконе приспособлю, в качестве барных стульев!
Хотя самое прикольное было расположенное поблизости кладбище велосипедов. Автомобильные кладбища я наблюдал и в России, а вот такое видел впервые: сотни спортивных, дорожных, дамских, детских и прочих велосипедов были свалены таким образом, чтобы образовалось своеобразное ограждение кладбища. В беспорядке торчали хромированные рули, посверкивая на солнце; виднелись покореженные педали, изогнутые восьмеркой колеса; и ощущение от всего этого было вполне фантастическое.
Второй день в Стурджисе тоже провели весело. Встретили много разных людей, например кругосветчика из Бразилии, который вез с собой прицеп-палатку, разукрашенную гербами десятков стран, в которых побывал. В этой палатке, установленной прямо на улице Стурджиса, он и жил.
Видели, как на маленькой зеленой лужайке в центре города был надут маленький бассейн, где купалась молодая худенькая байкерша, а рядом развалился на походном стульчике толстый татуированный мужик в шортах и в кепке, с сигарой во рту. Дополнял эту странную картинку воткнутый в землю рядом с бассейном американский флаг. Девушка вздымала брызги в минибассейне, а ее массивный приятель пускал клубы дыма изо рта и лениво озирал мотоциклетные кавалькады, что прокатывались по улице.
Видели танцующего полицейского, тот регулировал движение в центре города. С широкополой американской шляпой на голове, в узких форменных брюках, он свистел в свисток, как и положено полицейскому, но при этом выдавал под музыку прикольные танцевальные движения. А еще время от времени вставал перед проезжающими байкерами на колени. Где такое еще увидишь?!
Веселье прервал ураган, налетевший
