— Дерево как дерево, — вслух заключила она.
Потом Сирокко изучила дыру, откуда недавно выползла.
Вот она, сырая темно-коричневая рана в аккуратном травяном газончике. Вокруг раскиданы скрепленные легкими корневыми системами комья почвы. Сама дыра всего полметра в глубину; остальное уже заполнили осыпающиеся края.
— Что-то пыталось меня стрескать, — решила Сирокко. — Что-то сожрало все органические части скафандра и мои волосы, а остальное, меня в том числе, сочло дерьмом и выдавило сюда. — Мимоходом Сирокко отметила, что впервые в жизни счастлива оттого, что ее посчитали говном.
Да, зверюга явно была нешуточная. Еще тогда, на корабле, они выяснили, что наружная часть тора — та земля, на которой она теперь сидела, — тридцать километров в глубину. Эта тварь оказалась достаточно велика, чтобы зацепить «Укротитель», когда корабль находился на орбите в 400 километрах отсюда. Сирокко провела некоторое время в брюхе монстра и невесть как доказала, что переваривать ее не стоит. Тогда тварь протащила ее сквозь землю до этого самого места и вроде как выкакала.
Но где же тут смысл? Если тварь с аппетитом сожрала пластик, почему ей было не умять и Сирокко? Или капитаны звездолетов слишком жесткие?
Она стрескала целый корабль, начиная от таких роскошных ломтей, как машинный отсек, и кончая крошечными осколками стекла, мусором, облаченными в скафандры фигурками со вмятинами на шлемах…
— Билл! — Собрав все силы, Сирокко вскочила на ноги. — Билл! Я здесь! Я жива! А ты где?
В отчаянии Сирокко треснула себя ладонью по лбу. Только бы избавиться от этой мути в голове, когда все доходит с таким трудом. Нет, про команду она не забыла — просто до сих пор не могла связать своих товарищей с новорожденной Сирокко — той самой, что, голая и безволосая, стоит теперь на теплой земле.
— Билл! — крикнула она снова. Прислушалась, а затем села, сложив под собой ноги, и принялась выдергивать пучки травы.
Спокойно. Подумай. Скорее всего, тварь обошлась с ним как с еще одним обломком. Но он был ранен.
Так ведь и она тоже, вдруг вспомнила Сирокко. Но, внимательно осмотрев бедра, не нашла там даже синяка. Это ни о чем ей не говорило. Кто знает, сколько она торчала в брюхе у монстра — пять лет или пять месяцев?
И в любое время из-под земли мог выбраться еще кто-нибудь. Где-то там внизу, примерно в полутора метрах от поверхности, у этой твари было нечто вроде экскреторного вывода (или, скажем, заднего прохода). Если подождать и если это существо выкакивает не только капитанов кораблей по имени Сирокко, но и всех нормальных людей, — тогда вся команда вполне может вновь воссоединиться.
Усевшись поудобнее, Сирокко принялась ждать.
* * *
Через полчаса (или всего лишь минут через десять?) ожидание вдруг показалось ей лишенным всякого смысла. Ведь тварь-то гигантская! Она оприходовала «Укротитель» как послеобеденную карамельку с ментолом. Наверняка она занимает солидную часть подземного мира Фемиды, и глупо думать, что одна эта дырка может справиться со всем движением на линии. Наверняка есть и другие — разбросанные по всей округе.
Чуть позже пришла другая мысль. Мысли приходили медленно, не очень связные — но Сирокко была благодарна уже за то, что они вообще приходили. Новая мысль была предельно проста: ей хочется попить, поесть и смыть с себя грязь. Сейчас ей больше всего на свете хотелось воды.
Земля полого шла вниз. Сирокко могла бы поспорить, что где-то внизу есть речка.
Поднявшись, она поворошила ногой кучку металлолома. Все тащить было тяжеловато, но эти железки были ее единственными орудиями. Сирокко выбрала кольцо поменьше, затем подобрала самое большое, которое было частью шлема и все еще соединялось с остатками электронной аппаратуры.
Немного, но должно хватить. Повесив большое кольцо на плечо, Сирокко пустилась вниз по склону.
* * *
Озерцо подпитывалось двухметровым водопадом на горной речушке, что вилась по узкой лощине. Могучие деревья здесь совсем закрывали небо. Стоя на камне у самого озерца, Сирокко пыталась прикинуть его глубину и решала, стоит ли туда прыгать.
Мыслями все и ограничилось. Вода была чистой, но кто мог знать, что там водится? Тогда Сирокко спрыгнула с гребня, из-за которого, собственно, и получался водопад. При четверти жэ труда это не составило. Несколько шагов — и она уже на песчаном бережку.
Вода оказалась теплой, сладкой, шипучей. Ничего вкуснее Сирокко в своей жизни не пробовала. Напившись под самую завязку, она присела на корточки и стала оттираться песком, в то же время опасливо поглядывая по сторонам. На водопоях всегда держи ухо востро. Закончив с мытьем, Сирокко впервые после пробуждения почувствовала себя человеком. Она уселась прямо на мокрый песок и принялась болтать ногами в воде.
Вода была холоднее воздуха или земли, но все равно на удивление теплая — особенно если учесть, что наполняла она горную речушку, берущую исток не иначе как в леднике. Тут Сирокко поняла, что это объяснимо, если источник тепла на Фемиде находится там, куда они его предположительно и поместили: внизу. Солнечный свет на орбите Сатурна почву особенно не прогревал. Но треугольные плавники, располагавшиеся теперь далеко внизу, наверняка призваны были улавливать и хранить солнечное тепло. Мысленному взору Сирокко предстали полноводные реки горячей воды, бегущие в нескольких сотнях метров под землей.
Следующим пунктом опять было двигаться дальше — но куда? Идти прямиком вперед исключено. На том берегу земля снова начинала подниматься. Топать вниз по течению было бы куда как проще. К тому же так она скорее доберется до равнин.
— Решения… без конца эти решения… — бормотала Сирокко.
Тут взгляд ее упал на металлолом, который она тащила с собой весь… что «весь»? Весь день? Или все утро? Так время здесь не измерялось. Можно было говорить только о прошедшем времени — а сколько его прошло, Сирокко понятия не имела.
Она снова взяла в руки кольцо от шлема. На лбу собрались задумчивые морщинки.
В скафандре когда-то имелась рация. Даже не допуская мысли, что тонкая аппаратура прошла весь этот кошмар в целости и сохранности, Сирокко стала ее искать. И нашла! Вот крошечная батарейка и то, что осталось от тумблера, — во включенном положении. На этом и точка. Большую часть рации составляли силиконовые детальки и металл, так что слабая надежда все же оставалась.
Сирокко еще раз все осмотрела. Где же тут динамик? Должен быть такой маленький металлический рожок — остаток от наушника. Она отыскала его и поднесла к уху.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
