застонала вслух. Ирга зашипел. Некромант хмыкнул:
– Ведьмы… И чем, спрашивается, адептка Вильгельмина, вы сегодня слушали? – Я сидела, ни жива, ни мертва, боясь не то, что повернуться лицом к некромастеру, но даже и моргать. Взглядом обещая Симе все кары небесные. – Я ведь четко сказал, что жду вас послезавтра в девять часов утра на кафедре.
Негодница Сима расползлась в восторженной улыбке:
– Спасибо, декан Вирс. И не ругайте Мину. Для нее сегодняшний день оказался слишком перенасыщен событиями. Она переволновалась. И вот…
Новый тихий фырк над моей головой. И убийственное:
– Скорее, перегуляла вчера. Учтите, Вильгельмина, во время прохождения практики на моем факультете подобные загулы могут стоить вам если не жизни, я все же пристально слежу за адептами, в отличие от Саньяты, то здоровья точно. Хотите поближе познакомиться с вышедшим из-под контроля зомби?
Мне пришлось обернуться, так как на этот раз сидеть спиной к декану оказалось совсем уж невозможным и неприличным. Вопрос-то адресовался напрямую мне. Но ответить я все равно не смогла. Только головой затрясла отрицательно. Мол, не хочу.
Капюшон некроманта качнулся, плечи приподнялись и опустились. Слово декан обреченно вздохнул.
– Очень на это надеюсь. И да, Вильгельмина.
Он сделал небольшую паузу, словно ожидал, что я посмотрю на него. Я и посмотрела на свою беду. Капюшон форменного балахона надежно скрывал лицо некромастера, но его взгляд я ощущала кожей. Ощущала, как он скользнул с моего лица вниз. На расстегнутые верхние пуговки форменной блузки. Рука сама было дернулась вверх, прикрыться, но я подавила в себе отчаянное желание проверить – а не выглядывает ли нечаянно в вырезе блузки что-то лишнее?
– На практику без мантии приходить запрещено! Вы меня слышите, Вильгельмина? – Я кивнула, с трудом сглотнув. Голос повиноваться отказывался. Я боялась этого мага. Саньята наказала меня с изощренной жестокостью. Месяц в его обществе я не выдержу. – Хоть раз явитесь без мантии – про практику можете забыть! И мне плевать, как и у кого вы ее будете пересдавать! Если вам вообще позволят пересдать. И позаботьтесь о том, чтобы ваш питомец не нагадил у меня на кафедре!
Договорив, некромант повернулся и неспеша пошел на выход. А я смотрела ему вслед и с тоской думала о том, месяц в компании мастеров смерти я вряд ли переживу. Осознание чудовищных перспектив заставило меня затрястись всем телом. Ну за что мне это? Что такого непоправимого я сделала? Ведь не по моей вине мастер Саньята сверкала дурацкими эльфийскими шелками перед ректором. И не я создала то проклятое запрещенное зелье. Мне было так жалко себя, что хотелось плакать. Удаляющаяся спина некроманта подозрительно расплылась перед глазами. И тут случилось то, чего вообще никто за нашим столиком не ожидал.
Объевшийся фруктами ирга, вдруг воинственно зашипел и неуклюже хлопая крыльями взлетел над столом и… плюнул огненной струйкой вслед мастеру Вирсу.
Святая Бригитта! Никогда не думала, что умею так быстро и так точно двигаться. Но я почти молниеносно вскочила и, на лету схватив маленького хулигана, прижала его к своей груди. Ирга пискнул. Кто-то из девчонок за спиной испуганно охнул. Некромант, не оборачиваясь, спокойно покинул столовую. Огонь потух, не долетев до некромантской мантии считанные миллиметры.
Еще некоторое время в столовой висела мертвая, не прерываемая ни единым звуком, тишина. Мелкий драконеныш притих под моей рукой. Адепты в ужасе таращились на меня. Что делали за моей спиной девчонки – не знаю. Я все еще никак не могла отвести взгляд от закрытых дверей. Чудилось – некромант сейчас поймет, что мой недозащитник покушался на его мантию, вернется, и…
– Саньята, что у тебя тут случилось? Портал в Нижний мир открылся? – Некрошар медленно истаивал в руках декана Вирса. – Я уж думал, что не успею.
Куратор как-то даже приосанилась. Я чуть не икнула, увидев на лице ведьмы приветливую улыбку:
– Первая лабораторная работа у первокурсников. Ты же знаешь, Вирс, они не могут не начудить. Вот и меня – куратор показательно и томно вздохнула – не миновала эта участь. Даже архимаг приходил посмотреть.
Некромант хмыкнул из-под капюшона и опустил уже пустую руку:
– Ладно мои. Каждый год одно и тоже. Сначала они пытаются допросить скелет. А потом – зомби объясниться мне в любви.
Кто-то из первокурсников на беду себе захихикал. Я не стала смотреть кто. Страшно отворачиваться от некромастера. Да и куратор не оценит такое любопытство.
Некромант повернулся на звук:
– Весело вам, я смотрю. А вот сейчас я заберу весельчака к себе на кафедру, и посмотрим, как вы будете там смеяться. Мне как раз помощник нужен…
Я похолодела и съежилась от более, чем прозрачного намека. Святая Бригитта! Укрой и охрани! Лучше до конца года чистить клетки с подопытными крысами, чем месяц отрабатывать у некромантов. Я же девушка нежная, с тонкой душевной организацией! Я не переживу общения со всеми этими мертвяками!
Улыбка куратора Саньяты стала хищной:
– Ой, Вирс, спасибо! А я уже и не знала, какое наказание придумать. Архимаг распорядился, чтобы я сама придумала виновным наказание. И если с первокурсниками все понятно, чистка клеток всю дурь из головы быстро выбьет. То вот Мина…
Некромант молчал. И по его надвинутому до самого подбородка капюшону невозможно было понять – он заинтересован, осуждает или ему все равно. Не дождавшись реакции, Саньята поджала губы и продолжила:
– Вильгельмину я считала умной и очень ответственной. А из-за ее ротозейства первокурсники сварили запрещенное зелье, откуда-то взяли другое яйцо, а не то, которое я выделила для практики, и искупали это яйцо в запрещенном зелье перерождения!
В ответ на патетическое возмущение куратора из-под капюшона донесся очередной хмык:
– И кто вылупился из яйца?
Куратор скисла:
– Ирга.
– Серьезно? – Вот теперь некромастер заинтересовался происходящим. – А где же…
– Забудь. Детеныш уже выбрал себе хозяина. Они же его в зелье перерождения искупали! Плюс – магией воздействовали.
– И кто же хозяин?
– Пока не знаю. Допускаю, что хозяин сам не знает о том, что обзавелся
