Командор это видел, но, казалось, только забавлялся, стараясь ставить меня только против них по очереди. Подозреваю, не за горами тот момент, когда он выставит нас сразу троих друг против друга. Не спорю, зрелище будет впечатляющим, но не хотелось бы.
Возможно, имело смысл просто обсудить все с ними в свободное время, но я даже не представляла, как это сделать. Да и потом, нужно отдать должное, вся эта борьба проявлялась лишь на поле боя. В остальном всё ограничивалось недовольными взглядами. К тому же в глазах Тайры — Первой — все чаще помимо досады проскальзывало уважение.
И вот наконец-то настал день тренировок с нашими наставниками. Во время утреннего спарринга я, воодушевившись скорой встречей с Джеромом, немного увлеклась и едва не ранила Тайру чересчур серьезно, сделав резкий выпад, пытаясь достать незащищенную шею.
Маневр удался, к счастью, в последний момент я сама немного изменила силу и угол удара, попав по ключице. Кость осталась цела, но полностью погасить инерцию не удалось, рана получилась достаточно серьезной.
— Идиотка! — Тайра зло сплюнула на землю, пытаясь ладонью зажать порез.
Между ее пальцами, припорошенными пылью, тут же просочились алые ручейки, медленно, но верно побежавшие вниз по ее запястью.
— Прости, — я искренне сожалела, меньше всего хотела ее ранить так сильно.
Только больше меня беспокоил страх, мелькнувший в ее чуть расширенных зрачках за мгновение до удара. Неожиданно — это было очень неприятно. Но не время сейчас анализировать произошедшее. Встряхнувшись, обернулась к командору, который в этот момент как раз объяснял Одиннадцатой ее ошибку, не стесняясь в выражениях.
— Командор! Первая ранена! — воскликнула я громко, стараясь перекричать лязг стали: остальные демонессы продолжали тренировку.
Мужчина недовольно обернулся к нам, беглым взглядом оценив ситуацию, грязно выругался.
— Чего стоите? Идите, — кивнул головой в сторону перевязочных материалов и вновь обернулся к следующей паре сражавшихся демонесс.
Пока мы стремительно пересекали двор, меня все больше мучила совесть. Ведь что мне стоило изначально бить лишь по конечностям? Ну, может, еще нанести несколько ударов в корпус. Что мной руководило, когда пыталась выполнить маневр, успешным завершением которого является смертельное ранение?
Тайра присела на лавку возле лекарских принадлежностей, бросив на меня задумчиво-вопросительный взгляд, после чего отняла ладонь от раны. При ближайшем осмотре оказалось, что все не настолько ужасно, как мне показалось в первый момент. Я принялась уверенными точными движениями обрабатывать рану, полностью сосредоточившись на своем деле. В какой-то момент Тайра шумно выдохнула через нос, только этим выдав, что ей больно. Я сокрушенно вздохнула в ответ. К щекам прилила кровь, вновь накатило чувство вины.
— Прости, — повторила, закончив наносить заживляющую мазь, и потянулась за перевязочным материалом.
Подняв голову, натолкнулась на внимательный чуточку насмешливый взгляд Тайры.
— За что ты просишь прощения? И ты, и я, и все остальные за эти годы привыкли наносить и получать раны. Ничего нового сегодня не произошло, — спросила она своим глубоким грудным голосом с легкой хрипотцой.
Я постаралась честно передать ей свои переживания и размышления, продолжая накладывать повязку. Но Тайра меня прервала, негромко искренне рассмеявшись.
— Знаешь, я долго думала в последнее время: что в тебе изменилось? Откуда вдруг появились эти умения, четкие выверенные движения, неожиданные маневры, необычная изменившаяся тактика боя… Потом поняла: это всегда было с тобой, просто ты почему-то не демонстрировала этого раньше. Напрашивался вопрос: зачем? Почему не показать сразу все, на что ты способна, получая то, чего достойна? Какой в этом смысл? И вот сейчас дошло. Твоя проблема в том, что ты слишком много думаешь. И ладно, если бы по делу, а так, вкупе с твоей поразительной наивностью, это ни к чему хорошему не приведет. Впрочем, вряд ли вообще кого-то из нас что-то приведет к хорошему… — Тайра негромко рассуждала, устремив взгляд своих поразительно красивых серебристых глаз в небо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Прядь ее светлых волос, выбившуюся из высокого хвоста, трепал ветер, отчего она постоянно лезла в лицо. Но девушка, казалось, этого совсем не замечала. В ее голосе чудесным образом сейчас переплеталась тоска и насмешка. Сложно сказать, чего касалась последняя: меня, всех нас, ситуации в целом?
Я предпочла промолчать в ответ. Такие разговоры ни к чему хорошему не приводят. Но, на самом деле, просто боялась признать, что Тайра права… Как и Шейла до нее.
Задумавшись о своей подруге, погибшей именно после таких вот разговоров, последний узел на повязке затянула чуть сильнее, ненароком причинив боль Тайре.
Та сдавленно зашипела, устремив на меня недовольный взгляд. Не знаю, что она хотела увидеть на моем лице, она вдруг неожиданно мягко улыбнулась мне.
— Не обращай внимания. Возможно, так действительно проще: жить, веря в какие-то свои идеалы и не обращая внимания на грязь этого мира… Пойдем, Элис, тренировку никто не отменял. Возможно, вместо спарринга нас теперь просто отправят на полосу препятствий, — хмыкнула девушка, легко вскакивая на ноги, и танцующей походкой направилась в сторону командующего.
ГЛАВА 12
Когда мы с Тайрой вернулись, тренировку объявили законченной, отпустив нас на обед. Наскоро перекусив, я помчалась в зал к своему наставнику, зная, что зачастую он приходит немного раньше.
— Ну что, поздравляю, девочка! Ты меня не подвела, — усмехнулся Джером, как только мы остались с ним наедине.
Я счастливо улыбнулась, зардевшись от похвалы, но затем нахмурилась, решив все же разобраться во всем до конца.
— Погоди… Ты знал, что так будет?
— Откуда? Но я в тебя верил, — и он мне подмигнул.
Понятно, глупо было надеяться, что вот сейчас мне все подробно объяснят. Стоит ли спрашивать теперь об императоре? Вернее, о том, кто им станет? Не уверена. Да и что я спрошу? Джером, а не знаешь ли ты случайно, что за ерунда произошла между мной и наследником, когда мы посмотрели друг другу в глаза? Тем более, что сам принц и объяснил — расовая особенность. А что касается нашего с ним более чем странного диалога, я даже не смогу толком сформулировать, что меня смутило и удивило больше всего. Не о стуле же рассказывать, право слово?
— Джером, а ты знал, что моя мать была драконом? — нужный вопрос возник сам собой.
Наставник не торопился начинать нашу тренировку, и я с удовольствием воспользовалась возможностью поговорить.
— Хм… Догадывался, что не человек, но дракон… С чего ты взяла? — мужчина едва заметно нахмурился, я растерялась.
Я привыкла, что Джерому известно все, что происходит за дверью любой комнаты, и считала само собой разумеющимся, что о моей встрече с принцем он знает больше меня. Справившись с удивлением, рассказала ему в подробностях, и на миг мне показалось, что в его глазах отразилось ликование, но тут же погасло, оставив лишь задумчивую заинтересованность. Показалось? Мог ли Джером все знать сам, но зачем-то решил услышать мою версию произошедшего? Чисто теоретически — да, но зачем это ему?
— Что ж, это даже хорошо. Среди демонесс ты, выходит, единственный дракон… — пробормотал он задумчиво.
Я же вновь в голове прокрутила слова Тайры. И чем больше над ними думала, тем больше понимала, что она права.
— Джером, по сравнению с другими девушками я невероятно наивна, верно? — заметила полуутвердительно.
Джером усмехнулся, бросив на меня лукавый взгляд, но промолчал. Я фыркнула, покачав головой. Иного ответа и не требовалось. А еще вдруг подумалось: насколько, должно быть, ему, привыкшему к интригам светской жизни, со мной скучно. Взглянула на него искоса. Он снова был мыслями где-то далеко. Тяжело вздохнув, я направилась к стойке с оружием.
— Стой. Оно тебе сегодня не понадобится.
