Тревер прополз по новому склону пола и через разбитый люк в безжалостный солнечный свет. Теперь он ясно видел, что наделал. Сделано все было хорошо. Последнего запаса горючего хватило...
Вся задняя часть корпуса исчезла, и с ней все Корины, бывшие в задних трюмах.
Затем в мозгу Тревера заговорил удивленный голос Шеннеча:
- Я и в самом деле состарился! Я недооценил силу и тайны свежего крепкого мозга. Я слишком привык к повиновению со стороны Коринов.
- Ты видишь, что происходит с последними Коринами? - спросил Тревер. Ты можешь видеть?
Последние Корины, которые оставались с рабами снаружи, были потрясены крушением их привычного мира. А рабы тут же поднялись против остатков своих ненавидимых хозяев. Они долго ждали, очень долго, и теперь Корины и соколы подлежат смерти.
- Ты видишь это, Шеннеч?
- Вижу, Тревер. А теперь... они идут на тебя!
Да, они шли. Шли, обезумев от крови, шли против всех, кто носил солнечный камень. Впереди шли Джин и Сол.
Тревер знал, что ему осталось меньше полминуты на разговор о своей жизни. И он знал, что Шеннеч следит с интересом.
Тревер резко сказал Солу и другим:
- Я дал вам свободу, а вы хотите убить меня за это?
- Ты выдал нас в пещере, - прорычал Сол, - и вот теперь...
- Я выдал вас, но сделал это не намеренно. Здесь есть кое-кто посильнее Коринов, а вы даже не знали об этом. Откуда же было знать мне?
Тревер быстро рассказал им о Шеннече и о том, как сами Корины попали в рабство.
- Вранье все это, - сказал Сол.
- Посмотрите сами в подземелье под городом. Только будьте осторожны.
Он смотрел не на Сола, а на Джин. Подумав, она медленно произнесла:
- Возможно, там и вправду есть Шеннеч... Может, поэтому нам никогда не позволяли входить в город, и Корины могли уверять, что они боги.
- А я говорю - вранье!
Джин повернулась к Солу:
- Пойди и посмотри, Сол. А мы его пока покараулим.
Сол поколебался, он и шестеро других рабов пошли к городу.
Тревер сел на горячую выжженную траву. Он страшно устал. И ему не нравилось, что сосредоточенная тень Шеннеча покрывает его мозг.
Горы отклонились от солнца, и по нижним склонам поползли тени. Сол и другие вернулись. Тревер взглянул на их лица и невесело рассмеялся:
- Все правда, не так ли?
- Да, - сказал Сол, вздрогнув. - Да...
- Он говорил с вами?
- Начал, но... мы убежали... - и Сол неожиданно закричал, но уже не от ненависти, а от страха: - Мы не сможем убить его. Это его долина. И мы, о боже, заперты с ним и не можем уйти!..
- Можем, - возразил Тревер.
ГЛАВА 7
Сол тяжело уставился на него:
- Но пути через горы нет. Там же нет воздуха...
- Есть способ. Я нашел его в корабле. - Тревер встал и продолжал с неожиданной резкостью: - Пусть не для всех и не сразу, но если пойдут двое или четверо, один из них сможет выжить... и он приведет сюда людей с кораблями, чтобы забрать и остальных. - Он посмотрел на Сола. - Рискнешь пойти со мной?
Мрачный человек хрипло ответил:
- Я все еще не доверяю тебе, Тревер! Но все-таки... уйти от этого...
- Я тоже пойду, - неожиданно сказала Джин. - Я так же сильна и вынослива, как Сол.
Это было правдой, и Тревер знал это. Он долго смотрел на нее, но ничего не мог прочесть на ее лице... Сол пожал плечами:
- Идет!
- Но ведь это безумие! - пробормотал чей-то голос. - Вы не сможете дышать там, на гребне. Там нет воздуха.
Тревер тяжело вполз в остатки корабля и вынес шлемы и кислородные баллоны, уцелевшие как будто специально для этого.
- Мы будем дышать, - сказал он. - Эти... - Он подыскивал слова; чтобы объяснить, что эти контейнеры содержат самую главную составную часть воздуха, - Мы возьмем их с собой.
- А холод?
- У вас же есть отличные теплые шкуры. И клей. Я покажу вам, как делается защитная одежда. Или - оставайтесь здесь с Шеннечем.
Сол содрогнулся:
- Нет, уж лучше я попытаюсь.
Все последующие часы, пока женщины работали с мягкими шкурами и резиновым клеем, а сам Тревер трудился над неуклюжими шлемами, Шеннеч молчал.
Молчал, но не ушел. Тревер ощущал тень на своем мозге и понимал, что Шеннеч следит. Хотя Последний не делал никаких попыток покушения на него.
Рабы тоже следили за Тревером. Он видел страх и ненависть в их глазах, когда они смотрели на солнечный камень между его бровями.
И Джин следила за ним, ничего не говоря. И по ее лицу он ничего не мог определить. О чем она думала? О Хьюго, о соколах?
Часам к трем дня все было готово. Трое начали медленный подъем к проходам, ведущим за пределы атмосферы. Все трое выглядели бесформенными и гротескными в трехслойной клееной меховой одежде и в неуклюжих шлемах, набитых тряпками, потому что застегивающийся опорный воротник отсутствовал. Лица были плотно обмотаны, и концы кислородных трубок пришлось держать во рту, поскольку не было возможности сделать шлемы герметичными.
Вечерние тени потянулись из долины, когда провожавшие спустились снова, а трое пошли дальше: Сол впереди, Тревер - замыкающим.
А Шеннеч все еще молчал.
Атмосфера осталась позади. Теперь они поднимались в космос - крошечные создания в бесконечности девственных скал, в полной темноте между спящими ликами наверху и яркими молниями вечерней грозы внизу.
Все выше и выше к проходу тащились они, помогая друг другу там, где одному было не под силу, в леденящем холоде и тишине. Три неуклюжие фигуры, бредущие над самым небом, в страхе перед бесконечностью, где не было ни звука, ни света.
Тревер знал, что они уже доходят к проходу, потому что теперь с обеих сторон поднимались склоны, которых никогда не касались ни ветер, ни дожди, ни живые корни. Он пошатнулся, потому что грунт пошел под уклон, но идти стало гораздо легче. Они прошли гребень. И кислород кончался. Теперь вниз, спотыкаясь и скользя... вниз, к воздуху. И они вышли по ту сторону горы, над каменной равниной, ведущей к...
И тут наконец Шеннеч рассмеялся.
- Разумно, - сказал он, - очень разумно бежать без корабля! Но вы вернетесь обратно с кораблем и возьмете меня на другую сторону мира. И я щедро вознагражу вас.
- Нет, - мысленно возразил Тревер, - нет, Шеннеч. Если мы доберемся туда, солнечный камень у меня извлекут, и мы вернемся за рабами, но не за тобой!
- Нет, Тревер, - с пугающе холодным спокойствием возразил Шеннеч, - ты теперь иной. Ты удивил и обманул меня однажды, но теперь я помню обман. Весь твой мозг открыт мне, и ты не сможешь больше мне противиться.
Холод вошел в душу Тревера и заморозил ее.
Сол и Джин сейчас были под ним, спускаясь вдоль усеянного камнями края пропасти к воздуху, звукам и жизни. Он видел, как они бросили шлемы, и пошел следом, хватая холодный воздух изголодавшимися легкими. Шеннеч спокойно заметил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
