Читаем без скачивания Звезда наемников - Уильям Кейт

– Ладно,– бросил он.– Когда вы подойдете к нему так, чтобы на него можно было взглянуть?

– Патруль Один-Девять уже приблизился к нему на расстояние прямой видимости. Понадобится еще несколько минут, прежде чем патруль подойдет поближе, чтобы можно было разглядеть детали.

– Хорошо. Приведите вверенные вам силы в состояние полной боеготовности. И еще. Мне нужна прямая связь с патрулями. Я хочу слышать переговоры патруля с чужаком. Исполняйте.

– Есть, мой повелитель.

Поползли минуты ожидания. Чужак шел к Верзанди из зенитной Т-точки. Сейчас он был примерно в двухстах тысячах километров от планеты, двигаясь почти перпендикулярно эклиптике. Верзанди-Альфа сейчас была по другую сторону от планеты. Случайно ли это? Или это входило в планы чужака? Как бы то ни было, но его необходимо не подпустить к планете, а под конвоем вести к Верзанди-Альфе, где и вынудить совершить посадку.

Молчание в помещении командного центра нарушил голос, внезапно донесшийся из динамиков, еле слышный из-за треска помех:

– Что за черт?

Экран монитора у теха, сидящего спереди от Нагумо, тотчас ожил и через несколько мгновений выдал данные: голос принадлежал лейтенанту Кестрелу Сирнану, пилоту патруля, приблизившегося к нарушителю на расстояние прямой видимости. Еще секунда – и на экране высветились новые данные: вектор, расстояние и показания радаров. Сама цель появилась на другом экране. Изображение нарушителя транслировалось с бортовых видеокамер «Тайфуна» на «Чжао», оттуда– на Верзанди-Альфу, а лишь затем передавалось сюда, на планету.

– По-моему, все нормально, лейтенант. Судя по радарному профилю и по результатам компьютерной обработки, это, похоже, «Сфера», масса три тысячи пятьсот тонн. Все-таки это один из наших шаттлов.– Голос принадлежал Сметнову, командиру эскадрильи. Несмотря на то, что голос Сметнова звучал спокойно, бесстрастный компьютер зафиксировал признаки напряженности в его голосе. Ничего удивительного. Нагумо знал, что это был первый самостоятельный вылет молодого командира.

– Я сам прекрасно вижу, что показывает компьютер,– откликнулся Сирнан. Его голос также отражал напряжение, хотя и отлично скрытое.– Что-то с ним не так, однако"

Нагумо изучал изображение неизвестного шаттла на экране монитора, передаваемое с корабля Сирнана. На экране виднелся тусклый, матовый металлический шар, побитый и обшарпанный. На борту красовался черно-алый дракон, эмблема Синдиката Драконов. Китайские иероглифы обозначали название судна – «Ли Дао» и наименование его носителя – «Ци Лун».

По радио донеслась перепалка. Нагумо слышал, как кто-то – женщина, как ему показалось,– со злобой настаивает на своем, а затем Кодо рявкнул: «Вышвырните ее отсюда!»

– Кодо! Что там творится?

Из динамика донесся голос адмирала:

– Ничего, господин. Один из младших офицеров не вовремя -впустил курьера с депешей.

Сирнан был прав. Что-то с этим кораблем и вправду не так. Чего-то не хватает... чего?

– Что за депеша? – буркнул Нагумо.

– Ничего особенного, господин.

– Прочти мне ее.

– Ух...– раздалось невнятное бормотание, и послышались смущенные вздохи, как знак расширяющейся паники.

Так что же не в порядке с этой посудиной? Ага, вот оно что. Ч-черт! Это трудно было заметить в тусклом оранжевом свете Норны. Судно медленно вращалось, и в какой-то миг игра теней на обшивке открыла наметанному глазу Нагумо, в чем, собственно, дело. Вторгшийся шаттл вовсе не был кораблем класса «Сфера». Не хватало протонно-ионных излучателей, которые должны находиться на корме и по борту. Орудия были всего лишь искусно нарисованы, но поскольку судно вращалось, угол, под которым свет падал на его поверхность, все время менялся, выдавая фальшивку. Кстати, на «Сфере», как правило, устанавливаются и автоматические пушки, которых на шаттле не было.

– Господин! – Плешивый Кодо был, кажется, не на шутку встревожен.– Это донесение от нашего агента на Галатее. Он сообщает, что к Верзанди с Галатеи отправился отряд наемников. Очевидно, их наняли наши мятежники.

– Аврал! – взревел Нагумо.– Внимание всем! Приказываю атаковать!

Пилот АКИ уже действовал. Прошло бы немало секунд, прежде чем приказ генерал-губернатора был бы принят приемниками его АКИ. Однако не успел Нагумо отдать приказ, как по каналам связи стало слышно, как командир эскадрильи Сметнов отдает собственные приказания подчиненным:

– Сирнан! Выходи на предельное ускорение! Приказываю атаковать!

Телевизионное изображение исчезло, когда патрульный «Тайфун» двинулся на сближение с целью с четырехкратным ускорением.

– Тревога! Тревога! – Голос Сметнова выдавал крайнюю степень возбуждения.– Патруль Один-Девять базовому кораблю! Действия чужака расцениваю как враждебные. Нарушитель меняет курс на ноль-ноль-три точка пять...

Голос лейтенанта оборвался. Нагумо бросил взгляд вверх, на динамики.

– Что, черт возьми, произошло?

– Связь прервана,– ответил тех.– Потерян контакт с обоими кораблями Один-Девять. «Чжао» подтвержает новый курс нарушителя.

Тех посмотрел на Нагумо. В мертвенно-ярком освещении командного центра его лицо казалось неестественно бледным.

– Чужак, ускоряясь, идет прямо к Верзанди, господин.

Нагумо ответил не сразу, что-то обдумывая.

– Полковника Кевлавича ко мне,– наконец распорядился он.

Может, удастся остановить нарушителя, прежде чем он войдет в атмосферу. А если это не получится, то задача Кевлавича – ликвидировать опасность тотчас же, как только шаттл совершит посадку.

«Наемники! – пробормотал генерал-губернатор про себя.– Проклятье!»

Грейсон и остальные на мостике «Фобоса» прислушивались к радиопереговорам между обоими «Тайфунами» и кораблем-базой. Слов нельзя было разобрать – передачи шифровались, но даже и без декодера, по одной лишь резко изменившейся интонации, можно было заключить, что пилота ближайшего к шаттлу АКИ что-то вдруг взволновало.

Прозвучал сигнал тревоги. Илза Мартинес глянула вопросительно на Грейсона и движением бровей попросила разрешения открыть огонь.

– Можете открывать огонь, капитан,– проговорил Грейсон.

Тотчас же луч когерентного света из единственного на «Фобосе» бортового тяжелого лазера ударил в ближайший из «Тайфунов».

– Всем приготовиться к ускорению. Начинаем маневры,– скомандовала Мартинес. Грейсон едва успел плюхнуться в ближайшее противоперегрузочное кресло, как заработали двигатели «Фобоса». Борясь с навалившейся тяжестью, Грейсон услышал голос капитана Мартинес, которая приказывала перейти на новый курс.

Поврежденный «Тайфун» вышел из боя. Другой АКИ тем временем начал боевой маневр. Пилот явно не щадил себя, развив ускорение до четырех грав, стремясь выйти на выгодную огневую позицию.

Но не успел. «Фобос» ударил ракетами. Две ракеты поразили вражеский АКИ, полностью уничтожив один фюзеляж и заставив второй кувыркаться в пространстве. Возможно, пилот и остался жив, как, впрочем, и пилот первого АКИ, однако в настоящий момент никто не мог сказать ничего определенного. Связь между АКИ прекратилась, двигательная система обоих была выведена из строя.

В настоящий момент ускорение шаттла составляло двадцать метров в секунду. «Фобос» мчался ко все растущему золотистому шару Верзанди.

Прошло несколько секунд, и Илза Мартинес скомандовала выключить маршевые двигатели, сберегая топливо для возможных маневров. Дисплеи радаров и наружные камеры показывали на экранах боевой шаттл класса «Леопард», сопровождаемый двумя АКИ, идущими параллельными курсами. Их курс не оставлял сомнений. Противник намеревался отрезать «Фобос» от Верзанди. Причем курс «Леопарда» был проложен таким образом, что вражеский шаттл с легкостью мог предупредить любой маневр «Фобоса».

Единственное, что оставалось сейчас Илзе Мартинес,– неожиданное, непредсказуемое для противника маневрирование.

Сблизившись с «Фобосом» на расстояние в 90 000 километров, «Леопард» открыл огонь.

Бесконечные войны за Наследие, длившиеся уже не одно столетие, унесли великое множество человеческих жизней. Одной из первых жертв молоха войны стало высокотехнологическое производство. Для управления оружием, для систем наведения в первую очередь требовалась электроника. Для производства же электронных устройств необходимы соответствующие технологии. А их уже не было. Давным-давно уже забылось, как изготовить сравнительно простой чип, скажем, для систем автоматического наведения ракет. Космические битвы сегодня сводились к маневрированию и к обмену бортовыми залпами, разительно напоминая морские сражения времен парусного флота. Ракетные удары наносились вдоль курса корабля, причем бортовой компьютер заранее определял, исходя из скорости и траектории движения корабля противника, по какому курсу и с какой скоростью нужно послать ракету и на каком расстоянии ее надлежит взорвать. Вместе с тем непредсказуемое изменение курса корабля противника после того, как ракета уже выпущена, приводила к тому, что компьютер-"хозяин" взрывал ракету в стороне от цели. На этом, собственно, и строилась вся тактика защиты от ракет.