шелестят на ветру. Потрясающий вид заставляет улыбку кривить губы.
Ух ты.
Нас выводят в открытое пространство, где по обе стороны комнаты лестницы поднимаются на второй этаж. Подняв глаза, я вижу Анджело, стоящего на площадке верхнего этажа и опирающегося руками на кованые перила.
Одетый в черный смокинг из трех частей, мужчина больше похож на бога, чем на дьявола, которым он и является.
Чертовски красивый дьявол, но все же дьявол.
Сердце сильно колотится в груди, словно готовится вырваться на свободу. Каждая мышца в моем теле напрягается, потому что волчье логово - последнее место, где я хочу быть.
— Добро пожаловать, — бормочет Анджело, выходя на площадку и незаметно спускаясь по лестнице к нам. От низкого и смертоносного тембра его голоса у меня по рукам бегут мурашки.
Боже, я не могу поверить, что нахожусь в доме Анджело Риццо.
— Мистер Риццо, я просто хочу сказать, что для меня большая честь быть здесь сегодня вечером, — говорит Джорджио с уважением, которое так и сквозит в его словах.
Анджело игнорирует Джорджио и, остановившись передо мной, переводит взгляд с моей головы на пальцы ног, отчего по моей шее пробегает румянец.
— Ты прекрасно выглядишь, Виттория.
Я прочищаю горло, прежде чем прошептать: — Спасибо.
— Следуйте за мной, — приказывает он.
Чувство страха сворачивает мой желудок в узел, и пока мы идем за Анджело, я слышу, что Большой Рикки идет прямо за нами.
Каждое нервное окончание в моем теле начеку, а глаза продолжают метаться по сторонам, почти не замечая роскоши, украшающей особняк.
Что-то точно не так.
Глава 10
Тори
Мы проходим через стеклянные двери в задней части особняка, и, выходя на веранду, мой взгляд то и дело останавливается на красоте, которую я не могу не заметить.
Задний двор очень большой, а газон выглядит свежескошенным. По обеим сторонам прямоугольного бассейна стоят шезлонги, а вода кажется такой же голубой, как небо.
Цветы в горшках добавляют красок саду, а в каждом углу бассейна стоят по четыре больших цветка.
Я вижу отца Паризи, стоящего рядом с Тайни, но других гостей не замечаю.
Мы не рано?
Не говоря ни слова, Анджело продолжает идти в сторону дома, пока не останавливается под деревом, которое я видела, когда была в гостиной.
Все следуют за ним, и когда он поворачивается ко мне лицом, по моему позвоночнику пробегает дрожь.
Не буду врать, я чувствую себя очень неуютно, будучи единственной женщиной здесь.
Двое из людей Анджело встают по обе стороны от Джорджио, и у меня в животе поселяется пустота.
На мгновение в голове проносится мысль, что они собираются нас убить. Но тут отец Паризи бросает на меня извиняющийся взгляд, от которого по моему телу пробегает жуткое ощущение.
О, Боже. Нет!
Осознание приходит, когда Анджело смотрит мне в глаза и холодно произносит: — Мы женимся, Виттория.
Волны шока обрушиваются на меня, заставляя сделать шаг назад.
— Что? — огрызается Джорджио. — Мы так не договаривались!
Анджело не сводит с меня глаз, бормоча: — Мы не договаривались, Романо. Ты будешь держать рот на замке, пока тебе не разрешат говорить.
Мои губы раздвигаются, и в течение долгого момента я могу только смотреть на Анджело.
Постепенно шок от его заявления сменяется сильным страхом и отчаянием.
Нет.
Я качаю головой, не в силах вымолвить ни слова.
Анджело придвигается ко мне ближе, и мне требуется все мое мужество, чтобы стоять на месте, в то время как каждая клеточка моего тела кричит, чтобы я бежала.
Его напряженный взгляд впивается в меня. — В обмен на списание трехсот тысяч долларов, которые он должен, Джорджио предложил мне твою девственность. После того, как я тобой насыщусь, он намеревался отдать тебя мужчине, который не будет возражать против испорченного товара.
Мои глаза закрываются, и хотя я не должна удивляться или страдать, предательство все еще жжет, а сердце болезненно сжимается.
Это самое мерзкое, что Джорджио когда-либо делал по отношению ко мне.
Я чувствую руку Анджело на своем подбородке, прежде чем он требует: — Открой глаза.
Они открываются, и от того, как близко он стоит ко мне, у меня пересыхает во рту.
Его янтарные глаза обжигают, как солнце. — Со мной ты будешь жить в роскоши. Ты будешь в безопасности.
Его слова ничего не значат для меня, потому что люди из Коза Ностры умеют быть только жестокими и эгоистичными.
Я вырываю подбородок из его рук и опускаю голову. Сейчас я не могу ни на кого смотреть.
Я прекрасно знаю, как работает Коза Ностра, и понимаю, что от этой свадьбы никуда не деться.
— Мне нужно время, чтобы пережить шок, — шепчу я.
— Я дам тебе минуту, — говорит он, прежде чем обратить внимание на отца Паризи: — Отец, вы можете занять свое место. Церемония скоро начнется.
Прижав ладонь к животу, я глубоко вдыхаю.
Бежать некуда, и от надвигающейся свадьбы никуда не деться. Что хотят капо Коза Ностры, то и получают.
Я выпускаю дрожащий вздох и, подняв голову, вижу Анджело, стоящего рядом с отцом Паризи.
Они ждут меня.
Никогда в жизни я не думала, что выйду замуж за представителя одной из пяти семей.
Мой разум пытается осмыслить происходящее, и в голове постоянно всплывают одни и те же мысли.
У меня нет выбора. Свадьба состоится, и я стану женой Анджело Риццо. Я буду готовить ему еду. Я буду спать с ним в одной постели. Я буду рожать ему детей.
Святые угодники!
Мое дыхание учащается по мере того, как одно осознание приходит за другим.
Но одна мысль стоит выше всех остальных - я выхожу замуж за Анджело Риццо. Прямо сейчас. Прямо здесь.
Матерь Божья!
— Займи свое место рядом со мной, Виттория, — приказывает Анджело.
Медленно я переставляю ноги, и плащ тьмы окутывает меня, накрывая отчаянием.
Когда я останавливаюсь рядом с Анджело, мое тело - лишь дрожащее месиво. Сердце бьется о ребра, дыхание неглубокое и испуганное.
Я поднимаю глаза на лицо Анджело, когда он кивает отцу Паризи, чтобы тот начинал.
Пока отец Паризи читает отрывок из Священного Писания, я смотрю на мужчину, за которого выхожу замуж, как будто вижу его в первый раз.
Он намного больше меня и намного сильнее Джорджио. Анжело, вероятно, сможет убить меня одним ударом.
Я тяжело сглатываю и, когда слезы грозят упасть, сжимаю руки в кулаки.
Не плачь. Прибереги свои слезы на многие года вперед.
Я вглядываюсь в янтарные глаза Анджело, его черные как смоль волосы и мощное тело.
Он тянется к моей руке, и его пальцы обхватывают мою. Почувствовав, как я дрожу, он успокаивающе сжимает мою руку.
Этот нежный жест приводит меня в замешательство, и, как бы я ни старалась бороться с ним, в моем сердце зарождается росток надежды.
Анджело как-то сказал мне, что не находит удовольствия в том, чтобы
