прекращается, когда в дверь громко и настойчиво стучат. Вздрагиваю, нехотя отрываюсь от умелых губ.
— Твою мать. Кто там? – раздраженно интересуется Басаргин.
— Наверное, ужин принесли. Нужно открыть.
Поднимаюсь с его коленей и на негнущихся ногах иду в мини-прихожую. Потуже затягиваю пояс халата, открываю замок.
— Добрый вечер! – улыбается официант. – Заказывали ужин?
— Да, заказывала.
— Разрешите?
Он проходит в номер и несёт поднос с едой к журнальному столу. В данную минуту я чувствую себя ещё более гадко, чем до этого. Наемный работник, мальчишка одного со мной возраста, наверняка догадывается, чем мы с Басаргиным занимались в номере. Таких девчонок, как я, они с друзьями сюда пачками возят.
С удивлением замечаю, что теперь рубашка Медведя застёгнута почти на все пуговицы, а сам он общается по телефону, стоя у высокого панорамного окна.
— Я там был, Стас. Два часа назад. Блядь. Понял тебя.
Басаргин заканчивает вызов и выжидающе на меня смотрит. Сердце часто колотится. Официант, мягко улыбнувшись, желает нам приятного вечера и доброй ночи. При этом так неоднозначно косится, что хочется провалиться сквозь землю.
— Мне нужно уехать на несколько часов, — произносит Медведь.
— Ладно.
Это даже к лучшему. Я радуюсь, злюсь, скучаю. И так по кругу со скоростью света. Я не должна хотеть этого мужчину и тянуться к нему. Теперь уже нет, всё бессмысленно. Для Басаргина я обычная подстилка, которую он пользует, когда захочет. Где-то дома его наверняка ждёт девушка, невеста или жена. Послушная и правильная до зубовного скрежета.
— Не засыпай без меня, — предупреждает Миша.
Подходит ближе, нависает. Снова целует в губы. Его запах пьянит покрепче всякого алкоголя.
— Не буду. Дождусь, конечно же.
Улыбаюсь, целую тыльную сторону его ладони, а сама тем временем планирую побег. Сейчас, немедленно.
Басаргин кивает, ему снова звонят. Он надевает пиджак по дороге на выход и продолжает кому-то отвечать. Резко, строго. Я едва не подпрыгиваю от его грубого голоса.
С тоской провожаю и понимаю, что буду безумно скучать. Мне всё понравилось. Секс, поцелуи и ласки. Медведь оказался не таким уж и страшным. Большим, тёплым и безумно страстным.
Когда остаюсь в одиночестве, то замираю посреди комнаты. Жалобно всхлипываю, не зная, куда деть себя от противоречивых эмоций. Пусть посадит. Пусть закроет наше предприятие. Хуже уже быть не может!
Спустя несколько минут оживаю. Бегаю по номеру, словно электровеник. Запихиваю вещи в рюкзак, тороплюсь и нервничаю. Басаргин разозлится, когда вернётся и не застанет меня в номере. Я почему-то в этом уверена.
Когда почти всё готово для побега, я ненароком цепляю поднос. Он переворачивается, неостывший чай болезненно обжигает ногу.
Я вскрикиваю и выхожу из номера. Громко хлопаю дверью, иду по каменной дороге. Возле кафе встречаю Олесю и Тимура. Опускаю глаза в пол, посматриваю на телефон. С минуты на минуту за мной должно приехать такси. Проверяю приложение и ощущаю острый прилив агрессии, потому что таксист отменяет заказ и сворачивает назад. Вот гад!
— Алиса! – радостно машет рукой Олеся. – Ты куда-то собралась?
Тимур щурится, рассматривает меня.
— Я уезжаю домой.
— О, я тоже. Представляешь, дочь с температурой свалилась, а родители не знают, что с ней теперь делать.
— Сочувствую.
— Тогда может уедем вдвоем? — предлагает моя новая знакомая. — До города напополам будет дешевле.
— Я только за. Мой таксист отменил заказ за несколько минут до прибытия.
— А мой уже на подъезде!
Тимур шагает в мою сторону, мягко трогает за плечо.
— Алиса, Басаргин ведь не в курсе, что ты уезжаешь? — спрашивает строго.
— Не в курсе. Силой держать будете?
— Таких распоряжений он не давал. Но сообщить ему я обязан.
— Сообщайте, — резко отвечаю мужчине.
— Ему что-то передать?
— Да, если можно. Передайте, пусть идёт нахрен со своими советами!
Такси подъезжает, мы с Олесей запрыгиваем на заднее сидение и трогаем с места. За окнами пролетают дома, деревья, море. Тоска острыми щупальцами впивается в душу и до слёз её терзает. По моим щекам катятся слёзы, Олеся успокаивает. И так до самого дома. Девушка живёт чуть дальше, поэтому я отдаю ей половину суммы, клюю на прощание в щёку и выхожу на улицу.
Глава 13
***
— Ирина едет на свидание к Коле, — произносит за завтраком мама и многозначительно на меня смотрит. – Не дай Бог, она скажет мне, что ты вместе со своим другом участвовала в кражах. Наказывать поздно, ругать тоже. Я тебя просто выпорю и посажу под замок.
Голос хладнокровный и устрашающий. Мороз по коже гуляет. В моей семье никогда не прибегали к насилию, хотя от мамы я не раз слышала, что она очень сильно об этом жалеет.
— Я не участвовала, мам! – наигранно-громко возмущаюсь. – Меня же не посадили. В отличии от Коли.
— Пока нет.
— Прошёл месяц. Захотели бы — давно нашли.
Мама недовольно качает головой и делает глоток кофе. Она не верит, мысленно меня осуждает, но зацепиться ей не за что. Ни одного доказательства.
— В день ареста Коли ты куда-то сбежала. На следующий день вернулась на нервах и проплакала у себя в комнате всю оставшуюся ночь.
— Я уже объясняла тебе в чем дело. Поссорилась с Лялей.
В разговоре с мамой я чувствую, как напрягаются все мои нервные клетки и сводит от страха желудок. Я виновата, и сама прекрасно знаю об этом, но не признаюсь ни за что на свете — разве что пытать будут.
Месяц назад, спустя два дня после ареста, с постороннего номера мне дозвонился Коля. Я плохо слышала его голос, но он явно был настроен не очень позитивно. Твердил, что всё-всё рассказал обо мне следователю и предъявил прямые доказательства того, что я участвовала в кражах. Чушь полнейшая!
Прошло время, но меня так никто и не тронул. Медведь обещал, что мне ничего не будет — Медведь сделал. И да, Боже, огромное спасибо ему за помощь!
— Ты сегодня в котором часу вернёшься? – интересуется мама, когда я встаю с места и начинаю мыть в раковине тарелку.
— После семи. Нужно попасть на тренировку.
— Отмени.
— Ну мам!
— Звонила Катя. Сказала, что приедет в гости и сообщит нам одну важную новость.
Я ощущаю, как внутри все расцветает от радости. В последнее время мы
