Читаем без скачивания Круче некуда - Дэн Симмонс

– Джо.

– Детектив Кинг, – откликнулся Курц.

Плавным жестом Кеннеди предложил Курцу место справа от Риджби. Сам он сел у противоположного конца овального стола.

– Детектив Кинг попросила разрешения присутствовать на нашей встрече, мистер Курц. Надеюсь, вы не против?

Курц пожал плечами и сел на стул, поставив на пол кожаный портфель, который дал ему Гонзага.

– Вам что-нибудь принести, мистер Курц? Кофе, минеральная вода, пиво? – спросил Кеннеди, глядя Курцу прямо в глаза, когда тот снял очки Рэя Чарльза. – Нет, пожалуй, в данной ситуации пиво не к месту. Вам должны были вводить сильные обезболивающие.

– Я уже в порядке, – заверил Курц.

– Ты покинул больницу этим утром абсолютно неожиданно, Джо, – сказала Риджби Кинг. Умные, глубокие, как всегда, привлекательные карие глаза, подумал Курц. И настороженные. – Ты даже одежду свою не забрал.

– Я нашел себе другую, – ответил Курц. – Я ведь не под арестом?

Риджби покачала головой. Ее короткие, слегка торчащие волосы делали ее моложе, чем на самом деле. Но он помнил, что она на три года старше него, как ни крути.

– Давайте смотреть запись, – сказала Риджби.

– Пег все еще без сознания, на искусственном поддержании жизни, – сообщил Кеннеди, хотя его никто не спрашивал. – Но врачи надеются в течение пары дней перевести ее из критического состояния в стабильное.

– Хорошо, – отозвалась Риджби. – Я час назад звонила в больницу, чтобы узнать о ее состоянии.

Курц уставился в пустой экран.

– Это запись с камеры наблюдения, расположенной над дверью, через которую вы и Пег вошли в гараж, – сказал Кеннеди.

Изображение было черно-белым. Или освещение настолько слабым, что камера автоматически перешла в черно-белый режим. В поле зрения попадал квадрат примерно восемь на восемь метров, начиная от двери, ведущей из здания администрации в гараж.

– А камер, наведенных на место парковки машин, там не было? – спросил Курц, глядя на ожившее изображение. В правом нижнем углу появились дата и время, высвечиваемые белыми цифрами. Вчерашнее число.

– Есть, – ответил Кеннеди. – Городские власти сэкономили деньги при закупке оборудования, и шаг размещения камер равен семидесяти пяти футам, или двадцати трем метрам, если вам удобнее. И та камера работает в противоположном направлении. Стрелявший, или стрелявшие, попали в мертвую зону между ними. Перекрытия зон обзора не сделали.

На экране Курц увидел открывающуюся дверь и себя, выходящего сквозь нее. Он кому-то кивнул. Это была Пег О‘Тул, державшая дверь. Курц смотрел на свое изображение. На экране он шел вперед. Женщина стояла у двери.

Они шли на дистанции примерно в три метра, когда что-то произошло. Курц присел и взмахнул рукой в сторону, указывая на дверь и что-то крича. О‘Тул замерла, посмотрела на него, как на сумасшедшего, и полезла в сумочку за пистолетом. Потом она резко повернула голову, глядя на что-то, находившееся за пределами поля зрения камеры.

В кабинете царила тишина.

Курц увидел искры, высеченные пулей из бетонного столба в восьми футах позади них. О‘Тул достала из сумочки свой „Зиг Про“ калибра девять миллиметров и резко навела его в том направлении, откуда шла стрельба. Курц увидел, как сам он крутанулся в сторону, словно собираясь спрятаться за столбом, но в этот момент в О‘Тул попали. Ее голова откинулась назад.

Курц начинал вспоминать произошедшее. Медленно, по кусочкам. Три глухих хлопка и вспышки выстрелов. То ли шестой, то ли седьмой автомобиль, если считать от пандуса. Пистолет без глушителя, вспомнил и тут же осознал Курц, и не просто двадцать второго калибра. Похоже, стрелявший вынул из патронов часть пороха. Звук слишком мягкий.

О‘Тул начала падать. На ее бледном лбу расплывался черный цветок. Пистолет покатился по бетонному полу.

Курц нырнул вперед, подхватывая „Зиг Зауэр“, встал на одно колено спереди от падающей женщины, зафиксировал пистолет второй рукой и открыл ответный огонь. Замелькали вспышки выстрелов, засветившие экран.

Там было две фигуры, вспомнил Курц. Тени. Стрелявший, ростом пониже, около багажника машины, и другой человек, более рослый, стоявший позади машины. Он смотрел на происходящее сквозь ее стекла. Стрелял первый, низкорослый.

На экране Курц продолжал стрелять. Вдруг он прекратил огонь и схватил О‘Тул за руку, а потом поднял ее и потащил к двери.

Я попал в стрелявшего, вспомнил Курц. Он крутанулся на месте и упал позади машины. Поэтому я и решил утащить ее из гаража. И в этот момент второй нападавший схватил пистолет и начал стрелять в нас.

Рука О‘Тул дернулась. Пуля прошла через плечо, сказал врач. В этот момент Курц повернулся влево, переводя прицел. Затем его голова дернулась влево, и он упал, уронив женщину на бетон. На полу гаража лежали два тела, вокруг которых расплывались пятна крови – черные в черно-белом изображении.

Прошла еще минута записи. Два тела лежали на полу, одно на другом.

– Выездной пандус не попадает в поле зрения камер, – пояснила Риджби. – Выезжающую машину никто не видел. По крайней мере, кроме контролера на въезде.

– Почему он не подошел, чтобы добить нас? – спросил Курц, глядя на свое тело на экране, лежавшее поверх тела О‘Тул. Мысль о втором стрелявшем не давала ему покоя.

– Мы не знаем этого, – ответил Кеннеди. – Спустя минуту через дверь вышла стенографистка, сотрудница администрации… а, вот и она… Она могла спугнуть стрелявшего.

Стрелявших, мысленно поправил его Курц. Воспоминания о потоке адреналина, пронизавшем его в те минуты, заставили голову болеть еще сильнее.

На экране было видно, как из двери вышла женщина. Она прижала руки к щекам и, судя по открывшемуся рту, вскрикнула. Потом она побежала обратно в дверь.

Кеннеди остановил видеомагнитофон.

– Спустя три с половиной минуты она вернулась вместе с охранником. Он никого не видел. Только вы и Пег, лежащие на полу. Он вызвал „Скорую помощь“. Люди еще минут десять бегали вокруг, прежде чем приехали врачи. Просто чудо, что Пег выжила после такой кровопотери.

Почему второй стрелявший не добил нас, продолжал терзать себя Курц. Ведь он собирался убить, по крайней мере, одного из нас.

Кеннеди вынул кассету и вставил другую. Курц посмотрел на Риджби Кинг.

– И после всего этого вы приковали меня к кровати наручниками? – возмущенно спросил он.

– На тот момент мы еще не успели посмотреть эту запись.

– Это почему же?

– Случилась неувязка, – ответил за нее Кеннеди. – Записи не были датированы. Мы смогли продемонстрировать их офицерам Кемперу и Кинг уже после того, как вчера вечером они посетили вас.

А я был прикован этими долбаными наручниками всю ночь, подумал Курц, продолжая смотреть на Риджби Кинг. Ты оставила меня прикованным и беспомощным в этом долбаном госпитале на всю ночь. Судя по всему, она поняла его мысли, но ничего не сказала, в свою очередь, сверля его взглядом.

– Это запись с камеры наблюдения на выезде на Маркет-стрит, – пояснил Кеннеди, нажимая кнопку на пульте дистанционного управления.

На посту, в стеклянной кабинке, сидела молодая чернокожая женщина. Она читала „Нэшнл Инкуайер“. Неожиданно с пандуса выехал потрепанный автомобиль. Он выехал из гаража на большой скорости, разнеся вдребезги деревянный шлагбаум, и свернул вправо, исчезнув из поля зрения камеры. Улица была пуста.

– Сделайте стоп-кадр, – сказал Курц.

Кеннеди кивнул. Промотав пленку назад до момента появления машины, он остановил кадр на том моменте, когда машина таранила шлагбаум. Внутри машины был виден только один человек – мужчина с длинными волосами, торчащими в разные стороны. Но его лицо было повернуто в другую сторону, и фигуру тоже не разглядишь, только силуэт. Фокус камеры был наведен вниз, чтобы фиксировать номерные знаки. Однако задний номер машины был явно намеренно замазан грязью, и большинство букв и цифр были нечитаемыми.

– Дежурная смогла его рассмотреть? – спросил Курц.

– Нет, – ответил Кеннеди. – Она была слишком испугана. Мужчина. Возможно, кавказец. А может, испанец или даже чернокожий. В легкой рубашке. Очень длинные темные волосы.

– Ага-ага, – сказал Курц. – А второй лежал на полу, у заднего сиденья.

– Ты помнишь, что был второй? – спросила Риджби.

Курц посмотрел на нее.

– Не знаю. Я только хотел сказать, что на полу у заднего сиденья мог быть второй человек.

– Да уж. И мормонский церковный хор в багажнике, – съязвила Риджби.

– Детектив Кемпер считает, что следует искать „Понтиак“ темного цвета выпуска конца восьмидесятых с пятнами ржавчины на правом заднем крыле и багажнике, – добавил Кеннеди.

– Это нам здорово поможет, – ответил Курц. – В Буффало таких машин не более тридцати тысяч.

Кеннеди показал рукой на номерной знак на стоп-кадре.

– Мы можем вычленить изображение номерного знака и проанализировать его. Судя по всему, вот здесь – двойка, а последняя цифра в номере – семерка.