Читаем без скачивания Оружие для Слепого - Андрей Воронин

Муж счел за лучшее ретироваться. Колодка от телефона с обрывком провода осталась в его сжатом кулаке.

Жена поняла, что проиграла: муж таки лишил ее средств связи. Как подсоединяются провода, она понятия не имела, а ведь связь во время ведения военных действий – самое первое дело. Это нервы войны, по которым передаются все приказы и распоряжения, по которым можно в случае чего вызвать подкрепление или санитарную службу, чтобы унести с поля боя раненых или оказать первую помощь. Бесполезную теперь телефонную трубку женщина положила рядом с аппаратом и от души саданула ногой в дверь мужа.

Тот хохотал раскатистым басом, полностью убрав звук телевизора, чтобы тот не мешал ему наслаждаться мучениями жены.

– Ах, так, – закричала она, – тогда тебе будет стыдно! Я пойду к соседям и позвоню от них.

– Иди, иди, – сказал муж, – посмотрим, кому из нас будет стыдно. Не забудь только сказать им, что ты не оплатила счет. И, кстати, не забудь поинтересоваться у своей питерской подруги, импотент я или нет.

Пусть расскажет тебе, как мы с ней плыли на теплоходе в Кижи и как потом поселились в соседних номерах Петрозаводской гостиницы. Пусть все расскажет, это тебе будет интересно, если, конечно, ее вдобавок к климаксу не одолел склероз.

Машинально наградив мужа эпитетом «вонючий кобель», жена уже засомневалась, стоит ли звонить подруге, но и оставаться долее в квартире не могла.

Слух Светланы Жильцовой обострился до такой степени, что она даже слышала тиканье часов у себя на запястье. Скандал в квартире площадкой ниже вроде бы улегся, крики затихли.

«А может, это передышка перед контратакой, – подумала Светлана. – Ну, да Бог с ними, в каждой избушке свои погремушки, мне-то что…»

И тут она боковым зрением увидела, как в арку въезжает белая «Волга» – комби. На часах было ровно семь без каких-то секунд. «Волга», неуклюже развернувшись, уткнулась передними колесами в бордюр и замерла. Теперь следовало смотреть в оба. Придерживая левой рукой немного сбившийся на бок фальшивый живот, Светлана подалась к стеклу.

– Один, – сказала она себе, увидев, как мужчина в темных очках закрывает переднюю дверцу машины и ставит ее на сигнализацию.

Правая рука скользнула за отворот плаща в специально пришитый большой карман с застежкой-молнией. Большим пальцем Светлана перевела рычажок предохранителя, затем вытащила пистолет и передернула затвор, досылая патрон в патронник. Внизу коротко прожужжал кодовый замок, хлопнула дверь.

Хозяин белой «Волги» на удивление резво, почти бегом стал подниматься. Светлана несколько раз глубоко вдохнула и медленно пошла вниз, примерно рассчитав, что столкнется с Кленовым на площадке между третьим и вторым этажом. Именно там она запланировала произвести выстрелы – как положено, первый в грудь, а контрольный в голову.

Мужчина, заслышав неторопливые шаги этажом выше, приостановился и попытался глянуть в узкий лестничный пролет. Между перилами он увидел край серого плаща, женские туфли без каблука на плоской подошве. Сперва он смотрел крайне настороженно, но затем на его лице появилась улыбка. Навстречу ему шла, придерживаясь левой рукой за стену, беременная женщина. Правой рукой, спрятав ее под полу плаща, она поддерживала живот.

Он хотел было посторониться, чтобы ей было проще разминуться с ним на не очень-то широкой лестнице, хотел пропустить ее к перилам, но женщина тоже приостановилась, как бы желая пропустить его.

– Проходите, – сказал мужчина.

Женщина кивнула, то ли благодаря, то ли давая согласие. А затем ее правая рука сделала плавное, но очень быстрое движение, выскользнула из-под полы серого плаща, и прямо перед мужчиной появился черный пистолет.

Указательный палец дрогнул, последовала короткая вспышка, и пуля, ударив мужчину в грудь, отбросила его на перила. В разрыве материи на груди клубился голубоватый дымок, словно от только что загашенной сигареты.

Светлана замешкалась, не понимая, почему Кленов еще не падает замертво. Времени рассуждать не оставалось.

Вторая пуля разбила стекло очков, войдя точно в глазницу, хотя Светлана целилась в лоб.

Мужчина тяжело пошатнулся, рухнул на ступени и скатился на площадку. Из нагрудного кармана плаща вывалился пистолет. И тут за спиной у Светланы щелкнул замок. Она быстро, даже не добежав до конца лестницы, перепрыгнула через перила и выскочила на улицу. Уже выбегая из подъезда, сообразила, что забыла бросить пистолет на месте убийства. Судорожно путаясь в полах плаща, сунула его в карман и под самой стеной – так, чтобы ее нельзя было увидеть из окна подъезда, побежала к углу дома.

Софья Сигизмундовна Баратынская, переводя дух после скандала с мужем, распахнула дверь и вышла на площадку. То, что она увидела, заставило ее замереть на пороге и забыть о собственных неприятностях. Она вздрогнула, услышав хлопок подъездной двери. В воздухе еще вились тонкие струйки порохового дыма, растаявшего у нее прямо на глазах. Виктор Павлович Кленов, их сосед по площадке, лежал внизу, не дойдя одного пролетало своей квартиры.

– Виктор Павлович! – истошно закричала Софья Сигизмундовна и, абсолютно забыв о страхе, бросилась к неподвижному соседу.

В первый момент она подумала самое банальное – сосед пьян, споткнулся, упал и вырубился. Но лужа крови и черный пистолет, лежащий рядом, говорили совсем о другом. Только сейчас до Баратынской дошло, что за странный запах стоит в подъезде. Этот запах был ей знаком.

– Эй, ты, скорее! Скорее! – заорала она и забарабанила кулаком в захлопнувшуюся дверь своей квартиры.

Уже по голосу жены муж понял: стряслось что-то из ряда вон выходящее, и это не какая-то уловка, которой воспользовалась Софья Сигизмундовна, чтобы выманить его на нейтральную территорию и продолжить ссору на лестничной площадке.

– Павел! Павел! Иди же скорее сюда, сюда!

Услышав, что жена назвала его по имени, Баратынский забыл обо всем и пулей вылетел из комнаты, а затем из квартиры. Жена уже переворачивала соседа.

– Это же не Кленов! – зашептала она, когда очки с разбитым стеклом сползли с окровавленного лица убитого и с головы свалилась кепка. – Похож, но неон!

Муж бросился к телефону, напрочь забыв о том, что все еще сжимает в руках вырванную с мясом колодку.

Он бросил молчавшую трубку, принялся звонить в соседнюю квартиру. Только потом сообразил: ведь это квартира Виктора Павловича Кленова, а именно Кленов, – их сосед, лежит на площадке в луже крови.

Глава 4

Не прошло и десяти минут, как милиция уже была в подъезде, а еще через четверть часа милиционеров сменили люди в штатском, приехавшие на трех машинах – двух черных «Волгах» и микроавтобусе – с одинаково темными стеклами. Мужчины были неразговорчивы и мрачны. Двое вошли в квартиру Софьи Сигизмундовны и Павла Павловича Баратынских, принялись их опрашивать. А затем появился высокий мужчина в осеннем пальто и властно распорядился оставить его наедине с хозяевами квартиры.

– Я вас хочу попросить, – сказал он тоном, не допускающим возражений, – о том, что произошло в вашем подъезде и чему вы стали невольными свидетелями, никому не рассказывать. А если кто-то станет интересоваться, приставать с расспросами, позвоните вот по этому телефону, – и на кухонный стол легла белая карточка, на которой были отпечатаны типографским способом три телефонных номера. – Звонить можно в любое время. Надеюсь, что вы, Софья Сигизмундовна, и вы, Павел Павлович, мою просьбу выполните.

– Но ведь это же не Кленов… – робко заикнулась Баратынская.

– Да, это не Кленов. Но об этом известно лишь вам и мне, а также моим людям. А для других – погиб ваш сосед. Вы все поняли?

– Да, – спокойно сказал Павел Павлович.

А Софья Сигизмундовна проглотила вертевшиеся на языке вопросы и пробормотала:

– Как скажете, так мы и сделаем.

– Вот и хорошо. Надеюсь на вашу помощь.

Через пару часов уже мало что напоминало в подъезде о том, что здесь произошло. А муж с женой впервые за последние пару месяцев сидели на кухне, глядя в глаза друг другу, и женщина заботливо подливала мужу крепко заваренный чай в чашку, которую принесла из своей комнаты.

– Чем он занимается, Павел?

– Кто, Софа? – Баратынский сам удивился, как легко назвал жену по имени.

– Кленов, кто же еще? Он же жив, убили другого.

А наверное, хотели убить его. Ведь что сказал этот генерал…

– А ты думаешь, это генерал приходил?

– Не меньше.

– А по-моему, полковник. Генералы в кабинетах сидят.

– Так вот, он же сказал, что если кто спросит.., чтобы мы говорили.., мол, убит Кленов. Так ты мне не ответил, Павел, чем занимался этот Кленов? Ты же иногда с ним разговаривал, заходил к нему по-соседски, брал книги.

– Он не любил говорить о своей работе.

– Но ты же видел его библиотеку?