Читаем без скачивания В бегах. Цена свободы - Павел Стовбчатый

— Разогреемся ходьбой, — сказал я им, намекая на то, что пора двигать к поселку. Мы его не видели, но знали, что окраина Губина где-то рядом. И действительно, не прошло и часу после того, как мы тронулись с места, как вдали показались какие-то постройки. Скорее всего заброшенные, оставленные людьми. Ни лая собак, ни крика петухов, ни антенн на крышах. Мы остановились и стали наблюдать. Никого.

— Ждите меня здесь. Если не вернусь через пару часов, отваливайте, и как можно быстрее. — Я ничего не объяснил Валету, и, мне показалось, он немного обиделся. Обиделся, но не поинтересовался, почему иду я, а не он. Деталь.

— Возьми автомат, Михей, — сказал мне Граф, увидев, что я собрался идти с одним «глушаком».

— Думаешь, спасет, если меня накроют менты?

— Не знаю. Всякое может быть. Спрячь под куртку, и все дела.

Я подумал и решил, что он прав. Спасет это меня или нет, но выстрелы Граф услышит, если я, конечно, не отойду слишком далеко от нашего места.

Глава девятая

Приблизившись к первым постройкам, я убедился, что они пусты. Железнодорожное полотно проходило чуть дальше «хутора», за ним шли редкие лесопосадки, затем снова виднелись крыши домов. Я ускорил шаг и вскоре преодолел расстояние от «хутора» до посадок. Нет сомнений, это была окраина города. Стоя за деревьями, я всматривался вдаль, уже выбирая будущий «объект». Ясное дело, я остановился на частном доме, а не на государственном двухэтажном бараке. Соваться туда было опасно. Впрочем, частный дом тоже не сулил мне гостеприимства, рядом с ним, вплотную, стояли другие дома. Один крик — и все соседи всполошатся. Но долго ждать я не мог, время уже пошло, два часа, которые я отпустил себе, пролетят быстро. Застегнув как следует куртку, я направился к добротному дому с высоким деревянным забором. Люди уже проснулись. Навстречу мне ехал на велосипеде мужик лет сорока или чуть больше. Поравнявшись со мной, он притормозил и (надо же!) попросил закурить. Я невольно улыбнулся, хлопнул себя по карманам и развел руками.

Напоминание о куреве немного подхлестнуло. «Может, в натуре, набраться наглости и двинуть прямо в магазин? Набить мешок жратвы и спокойно отвалить?» Еще рано, вряд ли в магазине в это время много людей. «Не дури! — тут же отозвался во мне другой голос. — Твою рожу наверняка показывали уже по телевизору раз десять. А еще, может, и газеты… Иди тогда сразу в «контору», чего мелочиться?»

Я оглянулся и посмотрел вслед удаляющемуся мужику. «Вроде нормально, не щекотнулся и не сверлил взглядом. Но Губин это или нет?» Пройдя по дороге метров триста, я свернул с нее и подошел к нужному дому. «Входить сразу или постучать по воротам, позвать кого-то? Лучше войти сразу, если открыто». Так я и сделал. Собаки во дворе не было, на крыльце дома сидел большой рыжий кот и равнодушно пялился на меня. «Комнаты четыре, — подумал я, глядя на окна дома. — Плюс кухня и веранда. Теперь меня могут выдать только соседи справа. Вот и они…» Во дворе соседского дома показался молодой парень, затем, вышла высокая девка, сестра или жена. Они тотчас заметили меня.

— Позовите Валеру, — обратился ко мне парень, даже не поздоровавшись. Он понял, что я сейчас войду, и звал какого-то Валеру. Видимо, приятеля. Зараза курил, сладко затягиваясь и медленно выпуская дым изо рта. Думать было некогда. Я взошел на крыльцо и без стука открыл дверь. К счастью, она была не заперта. Но не успел я пройти веранду, как на пороге комнаты появилась толстая бабища с полотенцем в руках. Она была заспанная и непричесанная, в тапочках на босу ногу. Увидев меня, замерла у холодильника, но не открыла рта. Ждала, что скажу я.

— Здравствуйте, хозяюшка, — кивнул я ей дружелюбно и забил баки Валерой: — Сосед зовет. Курит на дворе.

— Позову. — Голос у бабы был премерзкий и говорил о ее явно вредном характере. — А вы кто? — поинтересовалась она подозрительно, но не так чтобы очень.

— Проверяю счетчики. Принимаю заказы на установку новых. — Я быстро заискал глазами счетчик и полез в карман, хотя доставать из него было нечего.

— Проверяйте. Вот он, кивнула она на счетчик в углу и позвала Валеру. — А менять нам его нет никакой надобности, и так работает, — добавила баба лениво, очевидно поверив, что я контролер.

— Книжечку, пожалуйста, — попросил я, приближаясь к счетчику. Как раз в это время на пороге показался Валера, и я сразу понял, что это ее сын. Ему было лет двадцать семь, ей чуть за пятьдесят. Сходство было налицо.

— Свет проверяют, — сказала она сыну, позабыв сказать о соседе. Это сделал я. Валера глянул в окно и, потянувшись, пошел во двор. «Не слаб малыш», — отметил я про себя его телосложение и, не дожидаясь, пока толстуха вынесет мне книжку, шагнул следом за ней в комнаты. Еще можно было все переиграть, то есть, завершив спектакль со счетчиком, спокойно уйти. Но что толку? Кого я встречу в другом доме и что это даст? А время идет. Почуяв, что я иду следом, женщина оглянулась и остановилась, недовольно заворчала в мой адрес: «Подождите там, я вынесу, сказала». Телефона я не приметил, видно, его не было вообще. Это хорошо. Не давая ей опомниться и воспользовавшись тем, что Валера вышел, я извинился и сказал ей, чтобы она не спешила с книжкой, а сперва выслушала меня. Баба насупилась, ничего не понимая. И тут я понял, что никакие «сказки» и «легенды» не проканают, что и эта баба, и ее сын, если в доме нет кого-то еще, непременно догадаются, кто я на самом деле. Стоит мне только заикнуться о продуктах, и она сообразит. Нормальные люди покупают все в магазине или на рынке. Не показывать деньги и просто попросить? Эта стерва не даст и двух картофелин, факт. А мне надо много. Не туда попал, ох не туда! Не говоря ей ни слова, я вынул из кармана брюк несколько крупных купюр и протянул бабе.

— Я еще дам, если этого мало. Мне нужны продукты, — выписал я ей «сто в гору», ничего как следует не объясняя.

— Какие еще продукты?! — спохватилась толстуха, прижимая полотенце к груди. — Чего это вы? — подозрительно прищурила она глазенки, косясь на меня как на врага народа.

— Да любые, мать, любые! Купить хочу у вас, — пояснил я раздраженно, предвидя новые вопросы с ее стороны. — В магазин и на рынок — далеко, я спешу, да и вообще… Ну так получилось, чего объяснять? Я даю вам двойную цену, вы мне — колбасу, масло, хлеб… Договоримся! — Я замолчал, ожидая ее реакции.

— Да вы что? — Женщина подалась назад. — Никакая я вам не мать, и денег мне ваших не нужно. — Она выставила вперед руку и замахала ею, отгораживаясь от протянутых бумажек. — А магазин — совсем рядом, идите и купите себе, что нужно. Идите с богом, идите.

В соседней комнате послышались чьи-то шаги, я повернул голову и увидел рослого мужика в тельняшке.

— Что такое, Вера? — спросил он у жены и окинул меня быстрым взглядом.

— Да вот, мужчина какой-то… — указала та на меня. — Сперва назвался электриком, по свету, а теперь продукты просит. Чего вы стоите? Уходите!

— Какие продукты? — удивился мужик.

— Да кто его знает, всякие, — отмахнулась баба. — Черт-те что творится.

— Не прошу, купить хочу, — поправил я ее. — Дам двойную цену, больше. Что, деньги не нужны? — Их глупые вопросы начали доставать меня. Нудота! Сейчас пристанет этот козел, затем придет Валера.

— Короче, да или нет? — не выдержал я, глядя на мужика. Тот вроде бы дрогнул, что-то сообразил, я заметил это.

— Деньги-то оно, конечно, нужны… А вы кто будете сами? В магазине вон…

— А какая вам разница, уважаемый? Не олень, рогов вроде нет, питаюсь не желудями. — Я снова полез в карман. — Вот вам еще столько же, только дайте что есть, без вопросов. — Я уже напирал на них, так сказать «глушил бабками».

Баба было снова загундосила, но мужик оборвал ее.

— Тихо! — прикрикнул он на жену, и та заглохла. По всему было видно, бывший моряк имел здесь вес. Мой тон явно не понравился ему, но он не взбрыкнулся, «проглотил». Что ж, смекнул, что деньги на дороге не валяются, особенно в наши времена.

— Сколько здесь? — кивнул он на купюры в моих руках.

Я тоже посмотрел на них и посчитал.

— Хватит килограммов на двадцать мяса или сливака. Масла то есть, — поправился я.

— У нас нет такого количества, — взвизгнула толстая. — Сами на картошке сидим!

— Молчи, кому сказал, — снова прикрикнул на нее мужик и погнал прочь. Та нехотя выплыла из комнаты и скрылась в другой, ворча что-то себе под нос.

— Я пошутил, — пояснил я «моряку», — мне столько и не требуется. Возьму что есть, что нагрузите. — Помолчав чуть, добавил: — Мужикам всегда легче столковаться. А бабы, они и в Африке бабы — одна морока с ними.

Тот молчал и что-то прикидывал про себя. Почесав затылок, поднял глаза.

— Ну вот что, парень, — назвал он меня парнем. — Я могу дать тебе лук, картошку, пару рыбин, с поллитра подсолнечного масла, пару банок грибов, половину курицы. Посмотрим еще в холодильнике… Ах да, есть еще яйца, — вспомнил он о яйцах. — Около десятка. Пойдет?