он заметил, как девчонка несколько нарочито по-мальчишески старается держаться, а вот оборотень… Неужели он голубой? Странно, второй год с ним бок о бок, но не замечал ни разу. Вот обломается парень, если это действительно так! Вот уж… совет да любовь.
Ничего, у Ветра сейчас будет много работы. Найти, разнюхать, узнать о следующей добыче, следующем доме. Большинство охранных чар не реагируют на оборотней в их животной ипостаси, потому многие их так и не любят. На примете было шесть особняков, но если улов будет хотя бы средний, достаточно будет двух. Остальное, если захотят, без него. А он заберет Лорин и уедет на материк, та ничего и не узнает.
* * *
В день рождения Лорин Ирма не выдержала.
Скромный подарок — вышитая рунами тон в тон атласная лента легла на туалетный столик…
«Пусть хотя бы знает, что у меня все в порядке», — думала Ирма, надеясь, что сестра все же обрадуется подарку.
Она и обрадовалась. До слез.
— Почему, почему она не пришла?.. Хорошо, что жива. Но где она? Как?
Бадж осторожно вытирал слезы своей девушки…
— Если я найду твою пропажу, ты выйдешь за меня?
— Да…
* * *
Освальд Крессвел, никогда не видевший отца и едва помнящий мать, погибшую, когда ему было всего три года, бывший Шайстер, глава шайки малышей из Лютного, бывший подручный главаря, сменивший его после того, как вся старшая часть банды Серого дружно засыпалась во время грабежа и отбывала свой длинный-длинный срок в Азкабане (потому как не только засыпалась, но и сопротивление оказала, лишив жизни троих авроров), был в глубоких раздумьях.
Только один человек мог называть его по настоящему имени и видеть его таким, каким он был на самом деле, и этот человек был для него самым ценным. Ему не хотелось делить любимую с кем-то еще, пусть это и его старинная подруга и ее названая сестра. Но Лорин просила найти ее, а значит… Он приведет Муху на Холм. Но потом… Все-таки придется разрабатывать третье «дело», да так, чтоб никому в голову не пришло, что главарь их сдал. Тащить с собой на континент еще и девчонку ему не хотелось совершенно.
* * *
После двух ограблений, прошедших без сучка, без задоринки, ребята расслабились.
Лорин наконец высказала сестре все, что хотела, после чего обе долго рыдали, и Бадж, не переносивший такое количество слез и соплей, был готов собственноручно удавить Ирму… Собственно, так и укрепилось его решение.
Да и избавляться, в свете последних пожеланий будущей супруги, имеет смысл не только от нее. Нет, он не сделает ничего особенного, ну, посидят ребята годик, пока Лорин продаст дом, это дело не быстрое, если хочешь получить свою цену, а потом, как раз когда подельников выпустят, их уже не будет в Англии. Он прекрасно знал, что много за грабежи не дают. Недаром он готовил этот план не один месяц.
Так Бадж успокоил наконец свою обычно такую скромную и ненавязчивую, но вылезшую вдруг без спроса совесть. И на третье дело пошел вместе со всеми, но когда Кей, фырчащая, как кошка (девчонка страшно не любила работать в холода) вскрыла проход на чердак, вышел на лестницу и, завернув за угол, аппарировал. Он точно знал, что на этот раз хозяева были дома. И не только они, но и их гости. Естественно, непростые: племянник супруги хозяина дома — молодой аврор, а его молодая жена — ни много, ни мало — сотрудник Отдела тайн. Ничего… посидят ребята в тепле годик… Он же один раз отсидел — ничего страшного.
На хлопок аппарации подельники насторожились, но сделать ничего не успели: хозяева, которых они никак не ожидали увидеть, выскочили почти мгновенно. И не одни. Ирма еле успела выставить щит, хотя они у нее недавно только начали получаться.
Первым сорвался Ветер, увидев, как женщина в ночной рубашке, выскочившая из-за двери, целится палочкой в Кей.
— Экспульсо!
Женский крик стал стартом настоящей бойни. Ирма, чей инстинкт самосохранения всегда был на высоте, попятилась, но женщина бросила на нее что-то непонятное, такое, что она едва могла дышать. И никакой щит не помог, словно и не было его вовсе. Воздух, скорее на воздух! Она наконец смогла повернуться и побежала.
За спиной оставались крики, взрывы, товарищи… Товарищи? Любой из них знал, что в такие моменты каждый сам за себя. Объединить их для защиты мог только Бадж, если бы начал командовать. Но его не было… Не было?
Ирма стучала зубами на крыше, не в состоянии двигаться и даже шевельнуться. Какая же странная дрянь в нее попала? Даже дрожать не получалось — тело почти окаменело. И это при том, что сверху щедро сыпал мокрый снег. Она не просидит так долго: просто замерзнет насмерть. Палочка давно выпала из непослушных, переставших сгибаться пальцев, а невербально она тоже уже ничего наколдовать не могла, постепенно ощущая, как становятся чужими губы, щеки, язык…
Эльфийская магия, делающая ее невидимкой, оказалась тоже опасной.
Заледеневшее, почти каменное тело обнаружили авроры, осматривая дом на применение непростительных заклятий.
— Вот это да…
— Чем это она закрылась? Похоже не артефакт.
— Обыщи.
— Может, сначала в дом? Холодно.
— Ты кого жалеешь, ее или себя? — равнодушный голос доносился словно издалека.
— Нас.
— Ну давай. Левикорпус.
Глава 6. Осужденная
— Как отчитываться будем? Кроме этой соплюшки у нас никого не осталось.
— Ну и что ты предлагаешь?
— Все равно кому-то придется отвечать за всю банду.
— Неужели мы все-таки действительно ликвидировали Теней?
— Майсон хорошо покопался в мозгах у девчонки. Он уверен, что это они.
— Тогда сидеть ей до старости.
— Это вряд ли. Больше пяти-шести не дадут, на ней самой крови нет.
— Совсем молодая. Надо будет по приговору оставить ей верхний ярус. Ну, условия нормальные обговорить, чтобы вышла живая.
— С каких пор ты такой сердобольный?
— Да посмотри, она совсем ребенок еще! А если ее заставляли? Не хочу я грех на душу брать.
— А если нет? Выйдет через пять лет и обчистит твой дом.
— Разучится. Чтобы делать то, что она, надо все время тренироваться.
— На запорах камеры?
— А это ты хорошо заметил… Так, пишем…
«Азкабан, верхний ярус, дементоров не допускать, условия содержания А-плюс… А плюс два, пусть хоть поест, кожа да кости… Запоры камеры
