показателем статуса, нежели рабочим пространством, тот занимал целый этаж узкого здания. И казалось, что в комнате ни к чему не притрагивались с тех пор, как Феррис в последний раз здесь находился.
Он знал, что это не может быть правдой. Когда Феррис в последний раз был в кабинете, в дверь заходили сотрудники отдела по борьбе с организованной преступностью. Его выволокли отсюда в наручниках, обвиняемого в преступлениях как экономических, так и против жизни и здоровья. Каждый сантиметр кабинета подвергся осмотру, когда одно из самых влиятельных подразделений британской полиции искало доказательства его вины. То, что впоследствии разгромленный кабинет был приведен в первозданный вид, демонстрировало, какое уважение питают к Феррису его подчиненные.
Против Ферриса выдвинули целый ряд обвинений: убийство по предварительному сговору, разбойное нападение по предварительному сговору, торговля наркотиками, торговля людьми, отмывание денег, вымогательство. Все преступления, какие только можно предъявить криминальному барону. Огромный улов для полиции. Феррис с самого начала знал, что не сможет отмазаться от всего. Он был умным человеком. Ему хватало ума, чтобы понимать, когда дело проиграно. Но он понимал также и то, где может победить, поэтому поручил своим дорогостоящим адвокатам сражаться только в тех битвах, которые сам выбрал.
После ареста Феррис полгода изучал улики, на которых строилось обвинение. Пока не выучил их лучше всех. Лучше своего солиситора с барристерами. Конечно же, он совершил все, что ему вменялось, но знал, какие преступления обвинитель сможет доказать, а какие – нет. Феррис использовал это знание, чтобы направлять адвокатов, и к тому времени, как дело дошло до суда, самые тяжелые обвинения были сняты. Никаких убийств. Никакой торговли людьми. Все, что осталось, – это наркоторговля. Все еще серьезное обвинение. Требующее сурового приговора. Но все-таки не пожизненного заключения, которое грозило ему по первоначальным обвинениям.
Феррис признал свою вину и был приговорен к шестнадцати годам тюрьмы, из которых рассчитывал провести в заключении восемь. И выйти, когда ему будет сорок четыре. Уже не молодость, но и до старости далеко. Феррис смирился и решил извлечь из проведенных взаперти лет максимальную пользу.
Весь свой срок он отмотал в одном месте. В тюрьме ее величества Уандсворт. Лондонской тюрьме, расположенной менее чем в десяти километрах от его территории. Целое состояние ушло на взятки, чтобы его посадили так близко к дому, но каждый пенни того стоил. Благодаря этому Феррис смог руководить своей империей из тюрьмы. Тюрьмы, в которой он правил.
Леон Феррис не заходил в свой кабинет восемь лет. Однако он никогда не покидал его по-настоящему.
Единственное, что не мог делать Феррис, сидя в тюрьме, это отдавать приказы лично. Но теперь это было ему доступно, поэтому последние пять часов он провел, принимая посетителей. Все они пришли сюда выказать уважение вернувшемуся боссу.
Феррис разобрался с каждым. Демонстрируя полную осведомленность о положении дел, он наградил или отчитал всех, кто того заслуживал. Это был насыщенный, но необходимый день. Феррис хотел, чтобы его возвращение заметили.
Только теперь, когда день подходил к концу, поток посетителей иссяк. Но расслабляться было рано. Наоборот, настало время выслушать отчет заместителей Ферриса.
Он молча оглядел кабинет. На него смотрели трое мужчин.
Кевин Теннант, правая рука Ферриса. Его самый близкий друг с юности. Неизменно преданный.
Харви Эллис. На десять лет младше Ферриса с Теннантом. Умный, способный и безжалостный.
И Тай Лич. На десять лет младше Эллиса. Водитель, что забрал Ферриса из тюрьмы Уандсворт утром. Малец, мечтающий стать гангстером. Что ж, он попал в правильную компанию.
Феррис внимательно разглядывал своих людей, не спеша начать разговор. Сделал еще один глоток виски, на этот раз дольше наслаждаясь приятным жжением. Как у всякого хорошего виски, второй глоток был лучше первого.
Лич, стоявший у единственной двери в комнату, шевельнулся. Он был еще слишком молод для того, чтобы привыкнуть к манере Ферриса вести дела. Остальные казались более расслабленными. Они уже бывали в этой комнате раньше.
– Итак, на этом все? – наконец спросил Феррис. Кивнул в сторону двери, чтобы пояснить вопрос.
– Больше никого не ждем, – ответил Эллис. Распорядок дня шефа находился в его ведении.
– Что насчет тех, кого еще следовало ждать? Нам известно, кто должен был прийти и не пришел?
– Пока нет. – Эллис поколебался всего долю секунды, но этого было достаточно, чтобы Феррис понял, что он предвидел вопрос. В расписании встреч оставалось несколько окон. Для людей, которые так и не явились выказать свое почтение. Их отсутствие говорило само за себя: они больше не хотели иметь дело с Феррисом. Такая выходка не могла остаться безнаказанной, и не останется. – У меня будет список завтра к середине дня.
– Быстрее. Нужно донести послание. – Феррис повернулся к Теннанту: – Чье-нибудь отсутствие показалось тебе странным?
– Нет. – Теннант всегда отличался прямолинейностью. – Это было ожидаемо. Они все с Баррелем.
Феррис только кивнул в ответ. Он понял, что имеет в виду Теннант. Эд Баррель, базирующийся менее чем в пятистах метрах от кабинета Ферриса, был последним в ряду претендентов на его трон.
«Всего лишь еще один в длинном списке», – подумал Феррис.
Всегда появляются новые банды. У тех, что побольше, возникают амбиции. Они пытаются соперничать. Иногда люди Ферриса переходят к ним: трава соседа чаще кажется зеленее, особенно когда босс в тюрьме. До сих пор Феррис успешно расправлялся с каждым новым соперником. Баррель не будет исключением.
Он опять повернулся к Эллису:
– Это так?
– Думаю, да. Но я решил подождать с выводами. На всякий случай.
– К черту «всякий случай». – Феррис произнес это без какого бы то ни было раздражения. Это был бизнес. – Мы не будем ждать. Подготовь список и проследи, чтобы с каждым из этих придурков разобрались. Без исключений.
– А что с Баррелем? – спросил Теннант.
– Он может и подождать. Пусть поварится в собственном соку, когда увидит, что случилось с его новыми людьми. Скоро он с нами свяжется.
– А когда он это сделает, что дальше?
– Мне обязательно отвечать?
Несмотря на всю преданность Теннанта, Ферриса иногда выводило из себя то, что ему постоянно нужны инструкции. Но он не стал выказывать недовольство. Теннант заслуживал уважения. Вместо этого Феррис сменил тему.
– Далее. Расскажите мне об этом мальчишке Тейлоре, которого я сегодня видел. Кажется, он неплохо разобрался, как у нас тут ведутся дела.
– Так и есть, Леон. – На этот раз ответил Лич. – Он мой друг и…
– Кто просил его открывать рот? – перебил Феррис, не обращаясь напрямую к Личу. Даже не глядя на него. Он прекрасно знал, почему Лич заговорил: это Лич ввел Тейлора
