— Неизвестный или неизвестные разбивали, испортили различные вещи Эмили таким образом, который обычно ассоциируется с полтергейстом… или безрукими слугами.
— Неужели вы верите в полтергейст?
— Нет. Я начну верить в злых духов, лишь когда исчезнет всякая вероятность вмешательства злого человека, и не раньше! Ваша тетя просто сумасшедшая, что сразу же не вызвала полицию, но ведь она в течение пяти лет сражается с властями из-за своих слуг кикую. Думаю, она не хотела дать Грегу шанс вновь их допрашивать и задержать десяток попавших под подозрение. Беда в том, что Эм упряма и, если уж выберет курс действий, остается ему верна. Теперь она признает, что считает виновным кого-нибудь из домашней прислуги, но кто бы это ни был, он или они действовали по приказу или под страхом наказания.
— Но почему? Стрэттон пожал плечами.
— Во время чрезвычайного положения банда мау-мау напала на Фламинго, ваша тетя оборонялась и убила несколько человек. Говорят, одним из убитых был родственник некоего Генерала Африка, который еще на свободе; очевидно это личная вендетта со стороны Генерала. Он всегда отличался хитростью по сравнению с остальными предводителями мау-мау. В течение ряда лет ходят слухи, что он работает на одной из ферм где-то в районе Найваша.
— Не может быть, чтобы поселенец его укрывал?
— Боже, конечно, нет. Если так и есть на самом деле, то, можете быть уверены, его хозяин понятия не имеет, кто на него работает, а тот использует свою работу как прикрытие. Днем играет роль преданного и скорей всего неразвитого слуги, а ночью организует набеги на тюрьмы, кражу скота, планирует убийства.
— Неужели это возможно?
— А почему бы и нет? Его никто не видел в лицо, он носит маску из красного шелка с отверстиями для глаз, носа и губ. Даже никто из его информаторов не видел его лица, поэтому, вполне вероятно, он ходит открыто где-то поблизости, ведь он вне подозрений. Скорей всего он придумал этот полтергейст на Фламинго как прелюдию к убийству, кого-то запугал из домашней прислуги, и ему помогли это осуществить. По всему видно, он весьма Умен, если умеет так мстить.
Виктория вздрогнула, несмотря на жаркое солнце:
— Какая же это тонкая месть — убить человека с помощью панги?
— Дело не в методе, а в самом убийстве, завершившем ряд мелких вредительств. Если б миссис де Брет убили внезапно, это было бы ужасно само по себе. Но данное убийство имеет и другую цель. Оно бьет по леди Эмили. У нее такой характер: она может принять открытый удар и пережить его, но эта мелочная, нарастающая жестокость имеет целью напугать Эмили. Все идет по нарастающей. Начинается с ерунды, заканчивается верхом жестокости. Сначала она думала, ее хотят запугать и вынудить продать ферму, но когда отравили ее собаку, ей следовало понять предостережение. Джилли Макхем назвал это «пробным выстрелом». Он здорово испугался. Он управляющий на Фламинго.
Они проезжали мимо резервации кикую, и наконец-то местность показалась Виктории знакомой: террасные склоны холмов, кучки аккуратных круглых хижин, кукурузные поля с белыми пятнами далматских ромашек, резная зелень пальмовых листьев, буйство банановых и ананасовых пальм. Миля за милей попадались местные посадки, яркие на фоне мазанок из красной глины, перемежавшиеся эвкалиптовыми зарослями. Но Виктория не могла любоваться пейзажем. Даже солнце, казалось, перестало согревать и радовать, ей стало холодно, к горлу подкатила тошнота. «Пробный выстрел?»
Она повернулась к Дру и заговорила прерывающимся голосом:
— Так это конец? Или…
Она не смогла закончить фразу, но Стрэттон легко понял ее мысль:
— Я считаю, что именно это и гнетет Эмили. С тех пор, как все началось, возникал вопрос: что дальше? А теперь, боюсь, встанет вопрос: кто следующий?
— Иден, — прошептала Виктория, не осознавая, что произнесла это вслух.
Дру холодно посмотрел на нее и спросил:
— Почему вы так решили?
— А кто же еще? Если только это будет не сама тетя Эм.
— Ну, не знаю, — намеренно жестко произнес Дру. — Любой, кто ей дорог… Или кто ей полезен. Ей и Фламинго.
— Я не верю! — вдруг заявила Виктория. — Такие вещи не случаются в реальной жизни с реальными людьми.
— На этот раз случилось, — сухо ответил Дру.
— О, я не хочу сказать, что не верю в смерть жены Идена. Я понимаю, что ее убили. Но все другие события! Должно же быть какое-то объяснение. В конце концов, вещи ломаются и разбиваются и в других домах. А собака могла отравиться крысиным ядом случайно.
— Думайте как хотите, — проговорил Дру.
— А вы не считаете, что так и было на самом деле?
— Нет. Я думаю, кто-то добирается до вашей тети. И весьма успешно. Это не просто вопрос о том, как избавиться от поселенца. Даже идиоты из мау-мау вскоре роняли, что, если они убьют одного поселенца, на его место придет другой белый, а не слуги кикую. Если Эмили умрет завтра, а на следующий день погибнет Иден, на Фламинго будет жить другой белый человек.
— Я, — сказала Виктория.
Светлые брови Дру сдвинулись, он нахмурился и медленно проговорил:
— Да, думаю, вы. Я и забыл, что вы ближайшая родственница после Идена. Вот поэтому я и не верю, что весь этот полтергейст призван напугать крупную землевладелицу и вынудить ее уехать. Во всяком случае, любой, кто хоть немного знаком с Эмили, должен понимать, что это не сработает. А тот, кто стоит за всем этим, очень многое знает об Эм, знает, как ударить ее в самое больное место. Этот факт заставил меня поверить в версию о Генерале Африка. Обычный африканец не получает удовольствия от простого убийства врага. Он предпочитает убивать медленно, наблюдать, как страдает враг.
Этого не может быть, думала Виктория. Но и еще более ужасные события происходили в этой стране, гораздо более ужасные. А он носит оружие. Он не выглядит человеком, кто стал бы носить пистолет без веских оснований. Она резко спросила:
— А как же полиция? Она наверняка найдет того, кто это сделал.
— Разбил безделушки Эмили? — спросил Дру.
— Нет, кто убил миссис де Брет. Убийство не сходит с рук просто так.
— Вы очень удивитесь, когда узнаете, что сходит с рук в этой стране, — цинично заметил Дру.
— Неужели никто ничего не слышал? Ведь она наверняка кричала?
— Конечно, бедняжка кричала. Но, к несчастью, ваша тетя в это время играла на рояле, поэтому в доме никто не услышал крика из сада. Мне не надо было оставлять ее одну.
— Вы были там?
— Да, — с горечью проговорил Дру. — Я был последним, кто видел ее живой, за исключением убийцы. Я знал, что она никогда не носила оружия, но до дома оставалось так близко и казалось безопасно. Я даже слышал этот чертов рояль! Но какой смысл искать себе оправдание сейчас? Все уже случилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
